Олег поначалу не придал значения тому, как Марина выложила перед ним лист бумаги. Очередной счет, квитанция — что там еще могло быть? Последние три года их общение и так свелось к обсуждению платежей и бытовых вопросов.
— Это что? — он отхлебнул борщ, который был идеально приготовлен, как и всегда. В кулинарии Марина никогда не допускала небрежности, даже когда злилась.
— Это моя часть семейного уравнения, — она села напротив, сложив руки на столе. — Восемьдесят семь тысяч рублей. Примерно столько я потеряла, когда послушалась тебя.
Он отложил ложку, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.
— О чем ты?
— Три года назад я почти закончила курсы графического дизайна. Оставалась финальная работа, когда ты поставил мне семейный ультиматум, — она посмотрела прямо в глаза. — Помнишь? «Или ты бросаешь этот дизайн и возвращаешься в бухгалтерию на полную ставку, или я больше не смогу тянуть нас обоих».
Олег помнил. Это был не самый приятный разговор, но разве у него был выбор? Проценты по ипотеке взлетели, на работе объявили сокращение премиальной части. Кто-то должен был думать о будущем.
— Марин, ну было дело. Какие счета? Мы же семья, — он попытался улыбнуться. — У нас тогда был сложный период.
— У нас всегда сложный период, — она постучала пальцем по листу с цифрами. — Курсы, на которые ты мне посоветовал «забить» — сорок две тысячи. Разница в зарплате бухгалтера и начинающего дизайнера за три года — примерно сто восемь тысяч. Вычитаем то, что я действительно должна была вкладывать в семью — получается восемьдесят семь.
История глубже цифр
Марина не была безгрешной жертвой обстоятельств — и она это знала. Еще до замужества она дважды бросала институт, не могла определиться с профессией. Бухгалтерские курсы закончила только потому, что Олег тогда поверил в нее, нашел деньги, поддерживал, когда она хотела все бросить.
— Ты несправедлива, — Олег отодвинул тарелку. — Когда мы брали эту квартиру, ты клялась, что мы справимся вместе. Что готова работать. А потом вдруг в тридцать пять решила всё изменить, не считаясь с тем, что у нас обязательства.
— Я не отказывалась работать, — возразила она. — Я могла совмещать фриланс по дизайну и часть ставки в бухгалтерии. И приносить даже больше.
— Могла. Теоретически. А на практике? — он потер переносицу. — Помнишь, как ты пыталась шить на заказ? Три месяца энтузиазма, куча потраченных денег на ткани и оборудование, и что? Две заказчицы и разочарование.
В глазах Марины промелькнула боль — он ударил по больному. Это был ее первый творческий порыв пять лет назад. Да, она потерпела неудачу, но разве можно теперь вечно попрекать ее этим?
— Поэтому ты решил, что я не справлюсь и с дизайном? Что я всегда буду неудачницей? — её голос стал тише.
Олег вздохнул. Нет, он так не думал. Просто кто-то должен был твердо стоять на земле.
— Я хотел, чтобы у нас была стабильность. Чтобы мы наконец расплатились с долгами и начали жить.
Дороги, которые мы выбираем
Три дня они почти не разговаривали. Олег возвращался домой поздно, Марина уходила на работу рано. Дом, который они купили в надежде на счастье, превратился в территорию холодной войны.
На четвертый день она встретила его с собранным чемоданом.
— Ты что, уходишь? — он застыл в дверях, не понимая.
— Нет. Это тебе, — она кивнула на чемодан. — Заплати мне восемьдесят семь тысяч за разрушенную мечту, или собирай вещи.
— Ты с ума сошла? — он не мог поверить своим ушам. — Пятнадцать лет брака, и ты выставляешь меня за какие-то дизайнерские курсы?
Марина села на диван, который они выбирали вместе десять лет назад, когда еще смеялись над одними шутками.
— Не за курсы, Олег. За то, как ты поступил со мной. За то, что решил за нас обоих. За то, что даже не попытался меня услышать.
— Да я только и делал, что слушал твои мечты! — он начал злиться. — То шитье, то фотография, то дизайн! А платить кто будет?
— Я бы платила! Но ты никогда не верил, что я могу что-то, кроме бухгалтерии! — впервые за долгое время она повысила голос. — Когда я хотела детей, ты сказал — подожди, сначала выплатим ипотеку. Когда я хотела переехать ближе к моим родителям — та же песня. Всегда твои планы, твои решения!
Это был удар ниже пояса. Разве он не пытался выстраивать их будущее? Разве плохо хотеть финансовой стабильности перед тем, как рожать детей?
— А ты? — он смотрел на нее с горечью. — Ты, которая не могла определиться с профессией тридцать лет? Которая бросает всё на полпути? Мы оба не идеальны, Марина.
Цена стабильности
Они проговорили до трех ночи. Впервые за годы говорили начистоту — о том, что Олег тоже мечтал о другой жизни, хотел открыть небольшую кофейню, но отказался от идеи ради стабильной работы в банке. О том, как Марина задыхалась от рутины, и как каждый день, вводя цифры в таблицы, представляла, что создает что-то красивое.
— Знаешь, что я сделала после того разговора три года назад? — Марина налила им обоим чай. — Я не бросила курсы. Я закончила их тайком. По ночам, когда ты думал, что я смотрю сериалы. И даже сделала несколько заказов.
Олег замер с чашкой в руках.
— Почему не сказала?
— Потому что боялась, что ты снова заставишь выбирать между нами и моей мечтой. И оказалась права.
В её словах не было торжества, только усталость.
— И эти деньги... восемьдесят семь тысяч?
— Это мои накопления, — она горько усмехнулась. — Откладывала с каждого заказа по дизайну. Думала, может, когда-нибудь решусь уйти из бухгалтерии. Открою свою студию.
Он смотрел на женщину, с которой прожил пятнадцать лет, и будто впервые её видел. С её мечтами, на которые он всегда смотрел снисходительно. С её упорством, которое он принимал за упрямство.
— Почему ты не ушла? — тихо спросил он. — Все эти годы.
— Потому что я тебя любила, — просто ответила она. — И верила, что мы справимся. Что ты поймешь.
Прошедшее время в глаголе "любила" резануло больнее, чем любой ультиматум.
Новое уравнение
Утром он снял деньги с накопительного счета — того самого, на который откладывал на новую машину. Не спрашивая, положил конверт перед Мариной, когда она собиралась на работу.
— Забирай свои восемьдесят семь тысяч. Ты права — я должен тебе гораздо больше.
Марина не взяла конверт.
— Мне не нужны подачки.
— Это не подачка, — он сел напротив. — Это признание, что я был неправ. Не во всем, но во многом. Я правда хотел как лучше для нас обоих.
— Знаю, — она наконец встретилась с ним взглядом. — Но твое "лучше" душило меня годами.
Олег достал из кармана еще один конверт.
— Помнишь Виктора? Моего одноклассника? У него сеть кофеен. Он давно зовет меня к себе, предлагает долю в новом заведении. Я всегда отказывался — нестабильно, рискованно...
Марина непонимающе смотрела на него.
— Вчера я подумал — может, мы оба потеряли себя в этой погоне за стабильностью? — он протянул ей второй конверт. — Здесь предложение Виктора. И резюме, которое я набросал ночью. Если я пойду к нему, зарплата сначала будет меньше. Но есть перспектива. И я смогу заниматься тем, о чем когда-то мечтал.
— Зачем ты мне это показываешь?
— Потому что я хочу спросить: сможешь ли ты поддержать меня, если я рискну всем ради мечты? Не только моей, но и твоей тоже.
Второй шанс
Марина смотрела на конверты — с деньгами и с мечтой — и не знала, что сказать. Пятнадцать лет вместе не могут испариться за ночь. Обиды не растворяются от одного разговора.
— Я не знаю, — честно ответила она. — Ты просишь довериться тебе после того, как годами указывал, как мне жить.
— Я прошу дать нам обоим второй шанс, — он не отводил глаз. — Не ради ипотеки или планов, а ради нас самих. Настоящих.
— А если не получится? Если твоя кофейня прогорит, а мой дизайн не принесет денег?
— Тогда мы хотя бы попробуем, — впервые за долгое время он улыбнулся. — Вместо того, чтобы всю жизнь сожалеть о несбывшемся.
Она встала, подошла к окну. За стеклом был серый двор, в котором они мечтали когда-то поставить детскую площадку. Мечты так и остались мечтами.
— У нас всё еще много проблем, — сказала она, не оборачиваясь. — И я до сих пор злюсь за тот ультиматум.
— Знаю.
— И нам нужно многое обсудить. Про детей. Про твое неверие в меня. Про мое упрямство.
— Согласен, — он подошел ближе, но не прикоснулся.
Марина повернулась, посмотрела ему в глаза. В её взгляде не было былой нежности, но была решимость.
— Я не буду брать твои деньги, — она кивнула на первый конверт. — А вот второй...
Олег затаил дыхание.
— Я возьму. Если ты возьмешь это, — она протянула ему телефон с открытым сайтом её дизайнерских работ. Простой, но стильный. С несколькими отзывами клиентов. Настоящий, живой.
— Это твое портфолио? — он листал страницу, пораженный тем, сколько всего она сделала втайне от него. — Когда ты успела?
— За три года можно успеть многое, если действительно чего-то хочешь, — она впервые за долгое время улыбнулась. — Даже когда твой муж ставит ультиматумы.
Это не было прощением. Не было возвращением к прежней любви. Но, возможно, это был первый шаг к чему-то новому. Без ультиматумов. Без счетов за несбывшиеся мечты. Просто двое людей, которые решили быть честными друг с другом.
Плати или убирайся? Нет, есть и третий путь. Начать заново.
Только вот получится ли у них — это уже совсем другая история.
НАШ - ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ