(или как лаборатория №42 случайно создала самое нелепое существо во Вселенной после какапо и долгопята)
Лаборатория межгалактического биоинженеринга №42, сектор "Земля-3.14", в очередной раз напоминала последствия встречи урагана с кометой. На этот раз виной был не сбежавший таракан (хотя тот самый, что обыграл ИИ в шахматы, теперь методично проигрывал ему в покер), а свежий заказ от Совета Галактического Наблюдения.
— Профессор Гл'арп! — завизжал Блип, безуспешно пытаясь распутать щупальца из спутанных проводов голопроектора. — Совет требует "элегантное, но биологически нелепое существо для африканской саванны"! По их словам, там уже есть всё смертоносное, но не хватает чего-то... неудобно высокого.
— Хм, — профессор задумчиво постучал щупальцем по лобовой пластине, откуда с треском отвалился кусок засохшего космического клея. — То есть нужно создать нечто, что будет выглядеть так, будто эволюция перебрала галактического рома?
— Именно!
— Прекрасно, — Гл'арп зловеще потер щупальца, отчего посыпались искры. — Давайте сделаем жирафа.
Шаг 1: Конструкция (или "Когда лошадь попадает в гравитационный растяжитель")
— Итак, — профессор развернул голографическую схему, — за основу берём обычную лошадь...
— И...?
— И растягиваем. Сильно растягиваем.
— ...Просто... взять и растянуть?
— Ну разумеется! — Гл'арп с энтузиазмом дёрнул за рычаг проектора, и изображение лошади неестественно вытянулось. — Шея — три метра! Ноги — ещё три! Тело — по остаточному принципу!
Блип моргнул всеми тремя глазами по очереди:
— Профессор, это же... это же просто лошадь, которую забыли вовремя выключить!
— Ты начинаешь понимать суть, Блип.
Шаг 2: Система жизнеобеспечения (или "Как заставить кровь подниматься на три метра вверх")
— Теперь главная проблема, — продолжил Гл'арп, — как доставить кровь в этот... э-э-э... мозг, если он вообще есть.
— Сердце обычного размера не справится!
— Значит, сделаем его размером с арбуз!
— А давление?
— Добавим клапаны-антигравитаторы! Пусть кровь поднимается этажами, как в небоскрёбе!
— А если он наклонится попить?
— О, — профессор зловеще замигал световыми рецепторами, — пусть тогда теряет сознание на две секунды. Для драматизма.
Блип схватился за голову:
— Вы создаёте живой недоразумный небоскрёб!
— Точнее не скажешь.
Шаг 3: Питание (или "Зачем просто есть, когда можно страдать")
— Теперь вопрос питания, — Гл'арп развернул новую схему. — Пусть ест только листья с верхушек акаций.
— Но зачем такие сложности? Можно же просто пастись, как нормальные животные...
— Блип, Блип, — профессор покачал щупальцем, — где же тут вызов? Пусть тратит восемнадцать часов в день на пережёвывание колючек! А пить воду будет, раздвигая ноги, как стеснительный первокурсник на медосмотре!
Блип издал звук, напоминающий короткое замыкание:
— Это же... это же анти-эргономика в чистом виде!
— Именно поэтому это гениально.
Шаг 4: Дополнительные функции (или "Почему бы и нет")
— А теперь изюминки! — Гл'арп в экстазе дёргал за все рычаги сразу.
— Рожки, покрытые кожей — пусть биологи спорят, считать ли их рогами или прыщами!
— Синий язык — просто чтобы было!
— Бесшумность — пусть все думают, что они немые философы!
— И главное — драки шеями! Пусть бьются, как пьяные мачты парусников!
Блип медленно сполз по стене:
— Профессор... это же... это же ходячая пародия на эволюцию...
— Разве не в этом смысл жизни?
Шаг 5: Тестирование (или "Наблюдение за тестовой саванной")
Голографический экран мерцал, проецируя перед учеными широкие просторы африканской саванны. В центре кадра неспешно прогуливалось новое творение лаборатории — первый жираф. Его длинная шея изящно (если не считать постоянных подергиваний) изгибалась, когда он тянулся к верхним веткам акации.
Блип, нервно перебирая щупальцами, прильнул к экрану.
— Профессор, — прошептал он, — он же... он же...
Жираф в этот момент услышал шорох в кустах. Его огромные глаза округлились, уши насторожились, а вся шея застыла в неестественном изгибе, будто он внезапно осознал, что забыл выключить плиту перед выходом.
— Он же полный биологический провал! — выдохнул Блип, закрывая глаза щупальцами.
Гл'арп, развалившись в кресле и лениво жуя что-то, что в других галактиках могло бы сойти за пончик (но здесь явно было деталью от какого-то прибора), лишь усмехнулся.
— И тем не менее, — протянул он, указывая на экран, — он работает.
На голограмме жираф, оправившись от испуга, продолжил жевать листья с видом философа, размышляющего о смысле бытия. Потом в кадре появился второй жираф. Они уставились друг на друга, шеи их напряглись, и...
— О нет, — простонал Блип.
Два длинношеих создания начали медленно, с преувеличенной серьезностью, биться шеями, словно два пьяных великана пытались выяснить, кто из них выше. Удары были настолько нелепыми, что Блип невольно прикрыл глаза.
— Профессор, это же... это же не драка! Это... это как если бы две пожарные лестницы вдруг решили заняться боксом!
Гл'арп лишь удовлетворенно крякнул.
— А вот и нет, Блип. Это — элегантный биомеханический танец.
— ТАНЕЦ?!
— Ну конечно. Посмотри, какая грация!
На экране один из жирафов, видимо, увлекся и, сделав особенно размашистое движение, пошатнулся, споткнулся о собственную тень и медленно, как падающая башня, рухнул на землю.
Блип замер.
— Всё. Он сломался.
Но жираф, не моргнув и глазом (хотя у него и так было выражение вечного легкого недоумения), поднялся, отряхнулся (насколько это возможно, когда твое тело — это в основном ноги и шея) и продолжил жевать листья, будто ничего не произошло.
Гл'арп торжествующе развел щупальцами.
— Видишь? Работает.
Блип вздохнул, потирая переносицу (или то место, где она должна была бы быть).
— Профессор, он даже убегать не может нормально!
Действительно, когда в кадре промелькнула тень хищника, жираф попытался рвануть с места. Его ноги двинулись вразнобой, тело качнулось, как мачта во время шторма, а шея совершила несколько независимых от всего остального тела движений. В итоге он передвигался так, будто его собрали пять минут назад и еще не откалибровали.
Гл'арп задумчиво почесал подбородок.
— Ну... технически он же двигается?
— ТЕХНИЧЕСКИ?!
— Ага. Ноги — переставляются, тело — перемещается, хищник — в замешательстве. Идеальный результат.
Блип бессильно опустил щупальца.
— Я... я даже не знаю, что сказать.
— Тогда просто скажи: "Гениально, профессор".
Блип посмотрел на экран, где жираф, благополучно забыв о хищнике, снова мирно жевал листья, периодически роняя слюну и выглядев при этом абсолютно довольным жизнью.
— Ладно, — сдался он. — Гениально. Но только потому, что "гениально" и "кошмарно" иногда пишутся одинаково.
Гл'арп довольный хлопнул его по спине (отчего Блип чуть не упал в мусорное ведро).
— Вот и славно. А теперь идем проектировать следующее существо.
— ...Я боюсь спросить.
— О, это будет нечто особенное! Представь: ленивец... но с реактивным ранцем!
Блип простонал и накрылся щупальцами. На экране тем временем жирафы продолжали жевать, драться шеями и выглядеть так, будто их существование — самая естественная вещь во Вселенной.
И, черт побери, в этом было что-то прекрасное.