Механик-водитель КВ-1, сержант Петренко, по прозвищу "Утюг" за его маниакальную любовь к гладко выбритому лицу и отутюженным портянкам, сплюнул в смотровую щель.
-Вот же ж, блин, приехали! - пробурчал он, глядя на покосившийся указатель с надписью "Деревня Гадюкино - 3 км". Гадюкино, как назло, оказалось последним населенным пунктом перед открытым полем, где, по данным разведки, притаилась немецкая противотанковая пушка.
В башне, командир танка, старшина Сидоров, почесывал затылок под шлемофоном.
-Ну что, Утюг, поехали?
Гадюкино, оно, конечно, звучит не очень, но лучше, чем "Кладбище КВ-1".
-Поехали, товарищ старшина!
-Только бы утюг не забыть потом, а то жена ругаться будет! - отозвался Петренко, и КВ-1, словно ленивый медведь, тронулся с места.
В Гадюкино их встретила тишина, нарушаемая лишь кудахтаньем испуганной курицы, выскочившей из-под гусениц. Сидоров высунулся из башни.
-Странно, где же эти фрицы? Может, разведка опять напутала?
В этот момент раздался оглушительный грохот. Танк содрогнулся, и из смотровой щели посыпалась ржавчина.
-Вот они, родимые! - заорал Сидоров. - Утюг, полный вперед! Дави гадов!
Петренко, с силой вдавил педаль газа. КВ-1, словно разъяренный слон, помчался в сторону, откуда донесся выстрел.
Немецкая противотанковая пушка, которую наши бойцы окрестили "Колотушкой" за ее внушительный калибр, стояла за покосившимся сараем. Расчет, состоящий из трех перепуганных солдат, лихорадочно перезаряжал орудие.
-Schnell! Schnell! - кричал унтер-офицер, дергая затвор.
Но было поздно. КВ-1, словно огромный каток, надвигался на них.
-Ой, мама!" - пропищал один из солдат, бросая снаряд.
Унтер-офицер попытался отдать приказ, но его заглушил рев мотора КВ-1. Танк, не сбавляя скорости, протаранил сарай, превратив его в груду щепок. "Колотушка" жалобно скрипнула и завалилась на бок.
Петренко, высунувшись из люка, протер глаза.
-Ну и где эти фрицы?
Сидоров, вылезая из башни, указал на три фигуры, в панике бегущие в сторону леса.
-Вон они, бегут! Давай, Утюг, догоняй!
Петренко, ухмыльнувшись, снова залез в танк. КВ-1, словно игривый щенок, погнался за немцами.
Через минуту, три перепуганных солдата, задыхаясь, стояли перед танком, подняв руки вверх.
-Nicht schiessen! Nicht schiessen! - кричали они в один голос.
Сидоров спрыгнул с танка, поправляя сползающий на глаза шлемофон.
-Не шпрехать! Говорите по-русски, а то сейчас утюгом поглажу! - пригрозил он, доставая из кармана кисет с махоркой.
Один из немцев, самый молодой, робко произнес:
-Мы... мы сдаемся. Война... капут!
Сидоров хмыкнул.
-Капут, говоришь? Это мы еще посмотрим. Утюг, свяжи их!
Петренко, довольный, вылез из танка с мотком веревки.
-Сейчас мы вас, фрицы, как пирожки перевяжем!
Пока Петренко возился с пленными, Сидоров подошел к "Колотушке". Орудие лежало на боку, словно подбитый жук.
-Ну и колотушка! - пробормотал он, пнув колесо. - А говорили, что КВ-1 не пробить. Видать, колотушка-то оказалась с гнильцой.
В этот момент из-за деревьев выскочила та самая курица, которую они спугнули в Гадюкино. Она подбежала к "Колотушке" и начала клевать что-то в механизме орудия.
-Смотри-ка, Утюг! - захохотал Сидоров. - Даже курица понимает, что это барахло!
Петренко, закончив связывать пленных, подошел к ним.
-Ну что, фрицы, будете еще на нашу землю лезть?
Немцы молча опустили головы.
-То-то же! А теперь, марш в Гадюкино! Будете нам картошку чистить!
Пленные, под конвоем Петренко, поплелись в сторону деревни. Сидоров, запрыгнув в танк, скомандовал:
-Утюг, поехали! Надо еще утюг найти, а то жена точно убьет!
КВ-1, словно послушный конь, тронулся с места, оставляя за собой клубы пыли и покореженную "Колотушку". Курица, довольная своей работой, продолжала клевать что-то в механизме немецкого орудия, словно ставя точку в этом нелепом бою. В Гадюкино их ждала тишина, картошка и, возможно, даже стакан самогона от благодарных жителей. А где-то в штабе, разведчики, почесывая затылки, гадали, как это один КВ-1 смог разгромить целую противотанковую позицию. Но это уже была совсем другая история. Главное, что Утюг не забыл свой утюг.
Вечером, когда солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в багровые тона, в Гадюкино царила непривычная суета. Пленные немцы, под бдительным присмотром Петренко, чистили картошку, напевая под нос какие-то грустные немецкие песенки. Местные бабки, сидя на завалинках, с интересом наблюдали за этим зрелищем, перешептываясь и порой подкидывая пленным гнилую картофелину "для скорости".
Сидоров, сидя на крыльце покосившейся избы, попыхивал самокруткой и поглядывал на горизонт. В животе урчало, напоминая о пропущенном обеде.
-Утюг! - крикнул он. - Когда там картошка будет готова? Жрать охота, как волку!
Петренко, вытирая пот со лба, ответил:
-Скоро, товарищ старшина! Эти фрицы, они, конечно, воевать умеют, а вот картошку чистить - как курица лапой!
Вскоре на столе появилась огромная миска с вареной картошкой, посыпанной укропом. Сидоров, не церемонясь, набросился на еду, уплетая картошку за обе щеки.
-Эх, хорошо! - пробурчал он, прожевывая. - После такого боя и картошка вкуснее кажется!
В этот момент к избе подъехал мотоцикл с коляской. Из коляски вылез запыленный лейтенант с планшетом в руках.
-Старшина Сидоров? - спросил он, оглядывая окрестности. - Это вы тут немецкую противотанковую батарею разгромили?
Сидоров, выплюнув картофельную кожуру, вытер рот рукавом.
-Я, товарищ лейтенант. А что такое?
Лейтенант, удивленно посмотрел на Сидорова, потом на пленных немцев, чистящих картошку, и на покосившуюся "Колотушку", лежащую на боку.
-Да тут... доложили, что вы тут чуть ли не танковую дивизию уничтожили! А тут... картошка, пленные... Что тут вообще происходит?
Сидоров пожал плечами.
-Да ничего особенного. Просто приехали в Гадюкино, а тут "Колотушка" эта. Ну мы ее и приколотили. А пленные... так это они сами сдались. Говорят, война им надоела.
Лейтенант покачал головой.
-Ну вы даете, старшина! Герои! Будете представлены к награде!
Сидоров усмехнулся.
-Награда - это хорошо, конечно. Но лучше бы дали нам бензина, а то у нас бак почти пустой. И утюг новый, а то у Утюга старый совсем сломался.
Лейтенант записал что-то в планшете.
-Бензин и утюг? Будет сделано! А пока, ждите дальнейших распоряжений.
Лейтенант сел в мотоцикл и уехал, оставив Сидорова в раздумьях.
-Утюг! - крикнул он. - А ты свой утюг-то нашел?
Петренко, вытирая руки о штаны, ответил:
-Нашел, товарищ старшина! Лежал под гусеницей. Только немного помялся. Но ничего, выправим!
Ночью, когда все в Гадюкино уснули, Сидоров сидел у костра, попыхивая самокруткой. В голове крутились мысли о войне, о доме, о жене, которая наверняка уже вышила ему новый кисет с махоркой. Рядом, свернувшись калачиком, спал Петренко, обнимая свой помятый утюг.
-Вот ведь, Утюг, - пробормотал Сидоров в темноту. - Нашел же время утюг свой спасать. А ведь мог и под гусеницы попасть.
Вспомнив про утюг, Сидоров невольно улыбнулся. В этой войне, полной ужаса и смерти, такие мелочи, как утюг или кисет с махоркой, становились символами нормальной жизни, за которую они и сражались.
Утром, когда солнце только начало подниматься над горизонтом, в Гадюкино снова закипела жизнь. Пленные немцы, уже более сноровисто, чистили картошку. Местные бабки, привыкшие к новому зрелищу, подбадривали их шутками и советами.
Сидоров, проснувшись, первым делом проверил бак танка. Бензина, как и ожидалось, не прибавилось.
-Утюг! - крикнул он. - Готовь танк! Поедем за бензином!
Петренко, выскочив из-под танка, где он что-то ковырял, ответил:
-Готов, товарищ старшина! Только надо еще утюг в кабину положить, а то вдруг пригодится.
Сидоров махнул рукой.
-Ладно, клади. Только смотри, не забудь его где-нибудь.
КВ-1, словно проснувшийся медведь, выехал из Гадюкино, оставляя за собой клубы пыли. На этот раз они ехали не на бой, а за бензином. Но кто знает, что их ждет впереди? Война - штука непредсказуемая.
По дороге они встретили колонну советских солдат, идущих в сторону фронта. Солдаты, увидев КВ-1, приветственно махали руками.
-Эх, повезло вам, ребята! - крикнул один из солдат. - На таком танке и воевать не страшно!
Сидоров усмехнулся.
-Страшно, братцы, страшно. Но мы не боимся!
Вскоре они добрались до ближайшей заправочной станции. Заправив танк, Сидоров решил заглянуть в местный магазин.
-Утюг, пошли со мной! Может, хоть сигарет купим.
В магазине их встретила продавщица, удивленно посмотревшая на их запыленные лица.
-Что вам, ребята?
-Сигарет, - ответил Сидоров. - И чего-нибудь к чаю.
Продавщица достала пачку сигарет и несколько пряников.
-Слышала я, что вы тут немцев разгромили. Герои!
Сидоров пожал плечами.
-Да какие мы герои? Просто делали свою работу.
Расплатившись, они вышли из магазина. В этот момент к ним подошел мальчишка лет десяти.
-Дяденька, а правда, что вы на танке немцев давили?
Сидоров улыбнулся.
-Правда, парень. Но лучше бы они к нам не лезли.
Мальчишка с восхищением посмотрел на КВ-1.
-Вот бы мне на таком танке покататься!
Сидоров подмигнул мальчишке:
-Вырастешь - сам будешь на таком кататься!
Они вернулись в танк, полные решимости. Впереди ждала война, но с полным баком и утюгом, жизнь казалась немного лучше. КВ-1 взревел мотором, отправляясь навстречу новым приключениям, оставляя за собой пыль и надежду на скорую победу. Гадюкино, с его картошкой и пленными немцами, осталось позади, как символ их маленькой, но важной победы.