Пасха, или Светлое Христово Воскресение, в дореволюционной России считалась главным религиозным праздником. «Праздников праздник и Торжество торжеств» — именно так называют Пасху на церковном языке, и название это как нельзя лучше отражает ту всеобщую любовь, которая царила вокруг этого праздника в прошлом. Пасху ждали, к ней готовились. И когда наступала ночь Воскресения, начиналась настоящая радость.
Предлагаю совершить небольшое путешествие в прошлое и попробовать прочувствовать атмосферу праздника, а заодно узнать о том, как его встречали и праздновали.
Великая суббота
Первая половина Великой субботы проходила в предпраздничной суете. Улицы городов напоминали оживленный муравейник, все куда-то бежали, торопились: посыльные стремились как можно скорее доставить заказы; магазины переполняли покупатели, желающие приобрести необходимое в последний момент; извозчики были нарасхват...
Хозяйки тем временем украшали комнаты цветами и живыми растениями, сервировали пасхальный стол, приводили в порядок нарядную одежду, готовили пасхи, куличи, яйца, четверговую соль, чтобы взять их с собой в церковь к заутрене.
К часам 5–6 вечера, а в столице обычно к 7–8, улицы пустели, и жизнь в городах замирала, а в домах с завершением всех хозяйственных хлопот наступал покой. Тишина окутывала дом, и тревоги, связанные с подготовкой к празднику, уступали место благоговейному ожиданию столь долгожданного праздника. Многие верующие стремились найти время и выспаться перед праздничным богослужением. Вечер Великой субботы замечательно описан у И. Шмелева в романе «Лето Господне»: «Великая Суббота, вечер. В доме тихо, все прилегли перед заутреней. Я пробираюсь в зал — посмотреть, что на улице. Народу мало, несут пасхи и куличи в картонках. В зале обои розовые — от солнца, оно заходит. В комнатах — пунцовые лампадки, пасхальные: в Рождество были голубые?.. Постлали пасхальный ковер в гостиной, с пунцовыми букетами. Сняли серые чехлы с бордовых кресел. На образах веночки из розочек. В зале и в коридорах — новые красные “дорожки”. В столовой на окошках — крашеные яйца в корзинах, пунцовые: завтра отец будет христосоваться с народом. В передней — зеленые четверти с вином: подносить. На пуховых подушках, в столовой на диване, — чтобы не провалились! — лежат громадные куличи, прикрытые розовой кисейкой, — остывают. Пахнет от них сладким теплом душистым. Тихо на улице. Со двора поехала мохнатая телега — повезли в церковь можжевельник».
Собираться к заутрене начинали в 9–10 часов вечера. Для столь торжественного повода надевались самые лучшие наряды: у каждого сословия свои, например: крестьяне надевали праздничную одежду своего региона, а дворяне — дамы парадные светлые платья, кавалеры гражданские — фраки, а военные — парадную форму вместе с орденами. Каждый ехал в «свою» церковь. Малолетние и болеющие, которым было тяжело выстоять долгую заутреню, оставались дома.
Около 10 часов вечера города вновь оживали, появлялись первые пешеходы, с шумом проносились извозчики. Ближе к 11 часам на улицах уже толпы нарядных людей. Все спешили к заутрене.
В журнале «Иллюстрированная Россiя» 1928 года в статье «Светлый Праздник. В пасхальную ночь» так вспоминали встречу Светлого праздника в Санкт-Петербурге: «К концу Страстной недели настроение достигает особой торжественности. Во многих семьях строгий пост и та патриархальная сосредоточенность, которая знакома только нам, русским.<...> К восьми часам вечера в Страстную субботу жизнь в столице замирает. В домах заканчиваются последние приготовления. Каждый, кто запасся билетом в одну из многочисленных петербургских домовых церквей, наряжается к заутрени, как на самый изысканный бал. Излюбленными домовыми церквями петербуржцев, в которых они любили бывать на заутрени, были дворцовые церкви, церкви столичных высших учебных заведений и институтов, а так же большие полковые соборы.<...> И вот около 11 часов вечера все в огромном городе приходило в движение. Мчались кареты, автомобили и извозчичьи пролетки, развозя военных и придворных в полной парадной форме, нарядных дам и штатских во фраках.»
В храме
«По всем улицам тянулись длинные вереницы народа, одетого по-праздничному; женщины несли кульки с куличами и пасхами, предназначенными для освещения; около церквей виднелись плошки, пока еще не зажженные. В воздухе чувствовалась весенняя прелесть», — вспоминал художник Виктор Шиц о праздновании Пасхи в Новгороде во времена своего детства. В 23:00 в главном соборе города раздавался удар колокола. Второй удар следовал в 23:30. Hачиналась служба «полунощница» — последняя великопостная служба, плавно переходящая в Светлую пасхальную заутреню, что подчеркивало контраст между смертью и жизнью, скорбью и радостью.
Во время «полуношницы» в торжественно убранных церквах свет был приглушен. Ровно в полночь раздавался удар колокола главного собора (в Петербурге — залп из пушки Петропавловской крепости, и лишь затем звон колоколов) и раздавался оглушительный праздничный перезвон всех колоколов всех церквей и соборов — пасхальный благовест.
Начинался торжественный крестный ход. Впереди процессии несли зажженный фонарь, за ним запрестольный крест, а далее хоругви, иконы.
Обойдя церковь три раза, процессия останавливалась около закрытых дверей. Звон колоколов прекращался. В ночной тишине проходила небольшая служба, и когда духовенство запевало «Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ!», двери открывались, а на словах «И сущим во гробех живот даровав» процессия входила в ярко освещенную церковь. Начиналась Святая заутреня.
После пения «Воскресения день» на словах «и просветимся торжеством, и друг друга обымем. Рцем братие, и ненавидящим нас...» присутствующие в церкви христосовались друг с другом и обменивались крашеными яйцами. После христосования читалось «Огласительное слово» св. Иоанна Златоуста о духовной сути и всепрощающем характере праздника Пасхи. Когда заканчивалась заутреня, начиналась Пасхальная литургия. Далее следовали отпуст и общая молитва на освещение куличей, пасх, крашеных яиц. Освещение пасхальных угощений НЕ ПРОВОДИЛОСЬ днем в Великую субботу, как это принято в наши дни. В дореволюционной России такого обычая не существовало — освящение происходило только в пасхальную ночь.
Тогда не святили колбас, алкоголь, окорока и пр., что любят приносить прихожане в наши дни.
После праздничной службы прихожане спешили домой, неся с собой петые пасхи, куличи, крашеные яйца и четверговую соль.
«Улицы наполнялись народом, сгущенной массой выходящим из церквей, рассыпаясь веером по разным сторонам, с зажженными свечами, с несением больших узлов с освященными куличами и яйцами. Встречая кого-либо из своих знакомых, весело христосовались, снимая шапки, здесь же на улице» (Н. Варенцов. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое). Дома ждали накрытые столы, разговение, поздравления и обмен подарками. Впереди была целая Пасхальная неделя с обязательными визитами и народными гуляньями.
В день Светлой Пасхи
Разговляться начинали сразу же после возвращения из церкви. Принесенные из церкви освященные куличи, пасхи и яйца, с которых и начиналось разговение, ставились посередине стола.
Далее ложились на короткий отдых. Вставил обычно к 8 — 9 утра. Готовились к встрече к гостей. К часам 11:00–12:00 начинали приходить первые гости, в старину их называли «визитерами».
Весь день гости сменяли друг друга. Пасхальные визиты обычно длились не более 15-20 минут. Гость заходил, обменивался с хозяйкой дома поздравлениями, обязательно христосовался, делился последними новостями, угощался и, не задерживаясь, откланивался, чтобы поспешить в следующий дом.
Так продолжалось весь день: одни уходили, другие приходили.
Вечером Светлого Воскресения, обычно к 18:00 часам, за пасхальным столом собирались родственники и самые близкие знакомые.
Пасхальная неделя
За Светлым Воскресеньем следует Пасхальная неделя (Светлая седмица). В дореволюционной России празднование Пасхи не ограничивалось только одной ночью и воскресеньем. Вся Пасхальная неделя была праздничной. Было принято ходить в гости (пасхальные визиты), дарить подарки, играть в пасхальные игры, гулять по улицам и в парках, посещать праздничные богослужения.
Всю неделю в церквах велись богослужения по пасхальному чину, то есть при открытых царских вратах, а после каждой божественной литургии совершался крестный ход.
По случаю Пасхи в городах обязательно организовывались народные гулянья. Если погода позволяла, то празднично одетый народ валил толпами на площади, где были устроены балаганы, карусели и качели.
Катание на пасхальных качелях былo настолько любимым развлечением в прошлом, что качели обязательно устанавливали и на городских площадях, и в складчину на деревенских улицах. Возле качелей всегда собиралось много народа. Катались на них преимущественно незамужние девушки и парни.
На Пасхальной неделе возобновляли свою работу театры, концерты, выставки. Одними из любимых в это время были выставки цветов и экзотических растений. Люди благородного происхождения не участвовали в простонародных увеселениях, но ездили в своих экипажах смотреть, как развлекается народ. До революции праздничные катания были очень популярны.
На Пасхальной неделе, начиная с понедельника, возобновлялись светские мероприятия, которые затихали на период поста. В первые три дня в дворянских семьях любили устраивать детские балы, на которых подрастающее поколение демонстрировало усвоенные хорошие манеры и выученные танцы, что являлось своеобразной репетицией перед выходом в мир взрослых. Мария фон Бок, дочь П. А. Столыпина, вспоминала, что «на второй день Пасхи мама устраивала детский бал, на котором мы танцевали уже без Лейкинда выученные за зиму танцы». Вновь организовывались званые завтраки, обеды и ужины. Череда светских мероприятий продолжалась до Троицы (празднуется через 50 дней после Пасхи). После этого общество разъезжалось на лето до поздней осени на дачи или в имения.
Начиная с раннего утра Светлого воскресенья и на протяжении всей Пасхальной недели не умолкал пасхальный звон. Колокола звонили ежедневно с утра, после обедни до вечерни. По столь торжественному поводу колокольни церквей и соборов открывались для всех желающих, и каждый из пришедших мог ударить в один из колоколов. Согласно воспоминаниям, в колокольни выстраивались очереди из празднично одетых мальчишек, девочек, женщин, мужчин, влюбленных парочек и стариков.
В целом, Пасхальная неделя (Светлая седмица) — это было время радости, гостей, колокольного звона и пасхальных угощений.
Забытые традиции
- Христосоваться начинали сразу после заутрени и продолжали на протяжении всей Пасхальной недели.
- Пасхальный стол накрывался на весь день, и все, кто приходил в дом, имели возможность подойти и отведать угощения. Это был распространенный обычай во время Пасхи, особенно в домах, где держали открытый стол. Праздновалась Пасха всю следующую неделю, и каждый день, вплоть до Фоминой недели (Антипасхи), в таких домах накрывался пасхальный стол.
- В течение первых 40 дней после Пасхи было принято приветствовать друг друга словами пасхальной радости «Христос воскресе!». В среду на шестой недели после Пасхи, за день до Вознесения Господня, совершалось отдание Пасхи, когда заканчивалось празднование Светлого Христова Воскресения, и тогда в последний раз звучало приветствие: «Христос воскресе!».
Спешу поздравить с праздником Светлого Христова Воскресения!
Как и сто лет назад, сегодня мы встречаем Пасху с куличами, пасхами, радостным приветствием «Христос Воскресе!», верой в обновление и надеждой на лучшее.
Пусть радость этого дня коснется каждого сердца. Мира, здравия, благодати, благополучия и душевного света Вам и Вашим близким!
Христос Воскресе!
________________________
Статья подготовлена по материалам книги «Традиции и истории Светлой Пасхи».
Всех благодарю за комментарии, 👍, подписку и рекомендацию моего канала.