– Эльвира Эдуардовна, а почему вы не позвонили и не предупредили, что приедете? – спросила Маша, разглядывая внушительный багаж.
– Разве мне нужно тебя предупреждать? Эта квартира моего сына! – свекровь скинула туфли, даже не поставив их аккуратно.
– Квартира у нас общая, – пожала плечами Маша.
– Ты прекрасно знаешь, что я здесь не просто гостья! – свекровь повысила голос и прошествовала в гостевую комнату. – Надеюсь, у вас чисто? В прошлый раз я нашла пыль под кроватью.
Маша молча сжала кулаки. Выходные насмарку.
Дима вернулся поздно. Увидев мамину сумку в коридоре, он тихо выругался.
– Ты почему не предупредил? – шепотом спросила Маша.
– Я сам не знал, – он виновато пожал плечами.
Из гостиной вышла Эльвира Эдуардовна в домашнем халате.
– Димочка! Наконец-то! А я тут вынуждена была переехать из-за тараканов.
– Мам, ты надолго? – осторожно спросил Дима.
– Пока не выветрится запах химикатов. Неделя, может две, – она махнула рукой. – Машенька совсем не рада мне, представляешь?
– Просто неожиданно, – пробормотал сын.
Ночью в спальне Маша прошипела:
– Две недели? Я не выдержу!
– Давай просто переждём, – зевнул Дима. – Знаешь же – спорить с ней бесполезно.
Первая неделя с Эльвирой Эдуардовной превратилась для Маши в настоящий ад. Свекровь заняла кухню, сместив невестку с позиции хозяйки.
– Димочка всегда любил котлетки с картофельным пюре, а не эти твои салатики, – приговаривала она, размахивая половником. – Мужчине нужна калорийная пища.
Маша скрипела зубами, но молчала. Дима заметно округлился за неделю.
По утрам свекровь первая занимала ванную и проводила там не меньше часа. Маша опаздывала на работу.
– А ты поставь будильник пораньше, – посоветовала Эльвира Эдуардовна. – В моём возрасте нельзя торопиться, суставы не те.
Вечерами она переключала каналы, игнорируя предпочтения хозяев.
– Эльвира Эдуардовна, мы собирались фильм посмотреть, – робко заметила Маша.
– Милочка, не мешай! Там сейчас кульминация в сериале! – отмахнулась свекровь.
После ужина Эльвира подробно критиковала всё: соседей, политику, современную молодёжь и, конечно, невестку.
– Машенька, ты заметила, что у тебя кожа стала хуже? Может, присмотришься к моим средствам?
Дима делал вид, что ничего не происходит. Каждый вечер Маша шипела ему в ухо:
– Спроси у матери, когда она съедет! Я больше не могу!
– Потерпи, ради меня, – сонно бормотал муж.
К концу второй недели стало ясно – Эльвира Эдуардовна не собирается уходить. Она методично оккупировала всё жизненное пространство.
Однажды Маша, вернувшись с работы, обнаружила свои вещи в шкафу переложенными.
– Эльвира Эдуардовна, вы трогали мои вещи? – возмутилась она.
– Конечно! У тебя такой беспорядок! И вообще, эти джинсы тебе не идут, я отложила их на выброс.
Дима застал жену в слезах.
– Что случилось?
– Твоя мать выбросила мои джинсы! Мои любимые джинсы, которые ты подарил на годовщину!
– Мам, зачем ты это сделала? – вяло поинтересовался он за ужином.
– Они делали её бёдра необъятными, – фыркнула свекровь. – Я забочусь о вашей семье!
На следующий день Эльвира "случайно" застала их в спальне.
– Ой, простите! – она картинно прикрыла глаза ладонью, но не ушла. – Вы бы дверь запирали. А вообще, Димочка, в твоём возрасте надо умереннее... Сердце беречь.
Маша чуть не задохнулась от возмущения.
Последней каплей стало воскресное утро, когда свекровь ворвалась в их спальню с пылесосом.
– Подъём, лежебоки! Одиннадцатый час! Я решила генеральную уборку устроить!
– Мама, сегодня выходной, – простонал Дима.
– Вот именно! Нечего валяться! Машенька, ты ведь поможешь?
– Эльвира Эдуардовна, мы хотели поспать, – процедила Маша.
– Молодая, здоровая, а всё в постели! Неудивительно, что детей до сих пор нет! Кстати, вы над этим вообще работаете? – свекровь подмигнула. – С вашими темпами я внуков не дождусь!
Дима натянул одеяло на голову. Маша поняла – ещё немного, и она совершит убийство.
На исходе третьей недели Маша решилась на отчаянный шаг. Дождавшись, пока свекровь отправится в магазин "за нормальными продуктами", она набрала номер управляющей компании дома, где жила Эльвира Эдуардовна.
– Здравствуйте! Меня интересует, когда закончится дезинсекция в квартире 47?
– Какая дезинсекция? – удивилась женщина на другом конце. – У нас плановой обработки не было.
– А внеплановая? Может, жильцы вызывали специалистов?
– В сорок седьмой? Там Копылова живёт? Нет, ничего подобного.
Маша поблагодарила и положила трубку. Сомнения грызли её всё сильнее.
Вечером она попыталась аккуратно поднять тему:
– Эльвира Эдуардовна, как продвигается борьба с тараканами?
– Ох, эти паразиты такие живучие! – патетично воскликнула свекровь. – Травили-травили, а они всё ползают!
– Может, уже можно вернуться? Обычно запах выветривается быстро...
– Машенька, милая, ты что же, выгоняешь старую женщину? – свекровь прижала руку к сердцу. – Димочка, ты слышишь, как твоя жена со мной разговаривает?
Дима с тоской посмотрел в окно.
– Никто тебя не выгоняет, мама...
– Я просто поинтересовалась, – сквозь зубы процедила Маша.
– Беспокоишься, когда я съеду? Неужели тебе так тяжело со мной? А я ведь столько для вас делаю...
Маша поняла – тупик. Открыто разоблачать свекровь она пока не решалась.
Разгадка пришла неожиданно. Маша возвращалась с работы и решила зайти в супермаркет возле дома свекрови – там были хорошие скидки. Выходя из магазина, она заметила знакомую фигуру – соседки Эльвиры Эдуардовны, Нины Петровны.
– Здравствуйте! Как поживаете? – Маша остановилась поболтать. – Как там наши тараканы поживают?
– Какие тараканы? – удивилась соседка.
– Ну, из-за которых травлю проводили в вашем доме.
– Деточка, о чём ты? Никакой травли не было.
Сердце Маши гулко забилось.
– А вы не в курсе, что сейчас происходит в квартире Эльвиры Эдуардовны?
– Как что? Там молодая пара живёт, – Нина Петровна понизила голос. – Приезжие, снимают. Эльвира им сдаёт. Уже месяца три как.
Земля ушла из-под ног. Маша еле добралась домой. Три месяца! А свекровь живёт у них всего месяц. Значит, до этого она сдавала квартиру, живя у себя, а теперь решила и сама переехать к ним, получая двойную выгоду!
Дома она первым делом полезла в сумочку свекрови, когда та принимала ванну. Нашла быстро – конверт с тридцатью тысячами и записка: "За июнь. Спасибо за квартиру, очень уютно."
Маша сфотографировала находку и положила всё на место. Вечером показала фото мужу.
– Не может быть, – прошептал ошарашенный Дима. – Она же говорила про тараканов...
– Таракан здесь только один – твоя мать, которая нас использует! – взорвалась Маша. – Она сдаёт свою квартиру и живёт за наш счёт!
Дима сидел бледный.
– Я поговорю с ней.
– Нет, – решительно сказала Маша. – Мы поговорим с ней вместе. Прямо сейчас.
Супруги решительно вошли в гостиную. Эльвира Эдуардовна оторвалась от журнала и подняла брови.
– Мама, нам нужно поговорить, – голос Димы звучал непривычно твёрдо.
Маша молча протянула распечатанное фото с конвертом и запиской. Лицо свекрови побледнело, затем пошло красными пятнами.
– Вы копались в моих вещах?! – она вскочила с кресла.
– Не уходи от темы, – Дима скрестил руки на груди. – Ты сдаёшь квартиру?
– Я имею право распоряжаться своей собственностью! – отрезала свекровь.
– А врать нам про тараканов вы тоже имеете право? – не выдержала Маша.
– Не смей разговаривать со мной таким тоном! – Эльвира Эдуардовна повернулась к сыну. – Димочка, неужели ты позволишь ей так обращаться с твоей матерью?
– Мам, я разговаривал с твоей соседкой. Никакой дезинсекции не было.
Свекровь поджала губы, затем её глаза наполнились слезами.
– Вы не понимаете... Мне так одиноко в той квартире! Я хотела быть ближе к семье!
– Так и сказала бы, – вздохнул Дима. – Зачем было врать?
– Сказать что? "Пустите пожить"? Чтобы твоя жена смотрела на меня как на нахлебницу?
– Эльвира Эдуардовна, – Маша старалась говорить спокойно. – Вы месяц жили за наш счёт, командовали, критиковали меня, вторгались в нашу личную жизнь. И всё это – обманом.
– Значит, выгоняете? – свекровь всхлипнула. – Родную мать на улицу?
– Я вызову такси, – решительно сказал Дима. – Завтра утром ты уедешь.
– Неблагодарные! – Эльвира Эдуардовна хлопнула дверью спальни.
Маша обняла мужа.
– Прости, что так вышло.
– Это ты прости, что не видел очевидного, – он поцеловал её в макушку.
Утром свекровь вышла к завтраку с красными глазами и собранным чемоданом.
– Такси будет через двадцать минут, – сообщил Дима.
Эльвира Эдуардовна величественно кивнула и села за стол. Завтракали в тишине.
У подъезда она обернулась к сыну:
– Надеюсь, ты счастлив, что выбрал жену, а не мать.
– Мам, ты сама всё испортила, – вздохнул Дима. – Мы не против видеться, но жить вместе...
– Понимаю, – она поджала губы и села в такси.
Квартира снова стала их крепостью. Маша наслаждалась тишиной и покоем.
Неделю спустя.
Через неделю раздался звонок.
– Дима? Это мама, – голос Эльвиры Эдуардовны звучал непривычно тихо. – Я тут пирогов напекла... Может, заедете?
– Давай съездим, – неожиданно предложила Маша. – Но только в гости.
В квартире свекрови их ждал накрытый стол.
– Я была неправа, – признала Эльвира Эдуардовна. – И квартирантов выселила.
– Правда? – удивился Дима.
– Иногда можно к вам приезжать? На выходные? – спросила она. – Обещаю предупреждать заранее.
– Договорились, – кивнула Маша. – Только честно, без тараканов.
– Без тараканов, – улыбнулась свекровь. – Хотя один в моей голове останется.
Они рассмеялись, и лёд начал таять.
Дима подмигнул жене – семейные узы выдержали испытание. В этот момент из-под холодильника выбежал самый настоящий таракан. Маша закричала, Дима начал искать швабру, а Эльвира Эдуардовна пошла в комнату, чтобы собрать вещи для переезда к сыну, ведь теперь дезинфекции не избежать.