Смутное время в истории России — это не только политическая смута и войны, но и время невероятных испытаний для простых людей. Народ, который оказывался между двух огней — между иноземными войсками и внутренними бунтами – пытался сохранить хоть что-то ценное, что могло бы пережить эти страшные времена.
И именно в такие годы особенно остро встал вопрос: как спасти то, что нажито, выковано, передано от дедов и прадедов? Речь о деньгах, реликвиях, церковных сокровищах, фамильных драгоценностях и предметах искусства. Всё это вдруг оказалось под угрозой. И потому началась эпоха великого ПРЯТАНИЯ.
Когда злато пошло в печь
Сценарий был прост и страшен. Весть о приближении врага, о грабежах, о боярских изменах, о войске, идущем с юга или запада, неслись по деревням быстрее почтовых. Люди не ждали, когда в их дом войдут чужаки. Они сразу принимались за дело.
На Руси прятать значило спасать. Земля, как ни странно, была главным союзником. Летописи и крестьянские сказания сохранили десятки историй о том, как боярские семьи, монастыри, даже целые города хоронили сокровища в буквальном смысле слова: зарывали в землю, укладывали в стены, запекали в глине, а то и прятали в печах.
Да, в русской печке. А что? Она Массивная, широкая, тёплая – она не только грела и кормила, но и спасала. За кирпичами, в тайниках, в заложенных топках устраивали особые ниши. Кто-то – чтобы спрятать, кто-то – чтобы при случае выкупиться.
Истории подлинные и почти легендарные
Вот, например, что происходило в Ярославле, когда туда пришли отряды Лжедмитрия II. Купцы, узнав о приближении "царя", начали спешно прятать товар, золото и серебро. Одна семья, по преданию, за ночь разобрала часть печи в лавке, чтобы вмуровать туда сундук с монетами. Сундук, по слухам, нашли спустя сто лет, когда лавку перестраивали. Доказать это сложно, но слишком уж часто похожие истории повторяются в разных концах страны.
Монастыри – особая история. У них были не только ризницы, но и огромные подземные погреба. В Троице-Сергиевой лавре, когда к ней подошли отряды Лисовского, братия не только закрылась на стенах, но и спрятала церковные ценности в колодцах, между бревен хранилищ, а кое-что – в печах келий. Монахам было проще: они народ хозяйственный, умелый, и про тайники знали многое.
Почему всё-таки печка?
Тут всё просто. Во-первых, печь – это конструкция массивная, её не разберёшь за пять минут. Во-вторых, она не вызывает подозрений: кто будет искать золото в месте, где коптят чугунки? В-третьих, она всегда в центре дома. Значит, можно за ней присматривать. И наконец – строили её, как правило, сами или под надзором хозяина. Так что лишний кирпич, ниша, заложенная кладка – всё это можно было устроить без свидетелей.
Есть сведения, что даже в Смоленске, перед тем как город окончательно пал под натиском Речи Посполитой, некоторые дворяне перед сдачей города оставляли ценности своим слугам с наказом спрятать "в огне или в землю". А "огонь", как выясняется, часто значил именно печь.
А потом пришёл голод и разруха
Когда война миновала, начинались поиски. Кто-то возвращался и знал, где копать. А кто-то уже не возвращался. И тогда началась охота за кладами. Слухи о "золоте в печке" передавались из уст в уста. Где-то копали целыми деревнями. Где-то так ничего и не нашли. А где-то – случайно, спустя столетия, находили то, что было спрятано в самую страшную пору.
В Костромской области известна история, как в одной деревне при ремонте печи в 1960-х обнаружили медные монеты в глиняной чаше. Судя по чекану – рубеж XVI–XVII веков. Дом был старый, ещё с елизаветинских времён. Печку разбирали впервые. Хозяева были в шоке: за стенкой, между кирпичами, лежала чаша – и в ней, как будто время остановилось, монеты, покрытые зелёной патиной. Кто спрятал? Почему не забрал? Так и осталось загадкой.
Клады как отражение времени
Вся эта история с "золотом в печке" – не о жадности или страхе. Это история о доверии. Люди доверяли только своей земле, своему дому. Это был акт отчаяния и надежды одновременно. Надежды, что переживут. Что вернутся. Что кто-то потом откопает и поймёт, как было тяжело.
И в этом – особый нерв русской истории. И в каждой такой вещи — ПАМЯТЬ. В сундуках, за кирпичами, под яблонями. Свидетельство того, как наш народ даже в самые тёмные времена сохранял главное: свою силу, свою веру и свою землю.