Всё утро у соседей было тихо. Павел напрягся: неужели Василиса уже увезла деда в дом инвалидов? Парень несколько раз выходил на балкон, прижимал ухо к стене, прислушивался. Но в соседской квартире была тишина.
Ему уже нужно было ехать на работу. Но вот так просто уехать и оставить старика без помощи он не мог. Паша вышел на лестничную площадку и собирался позвонить в дверь квартиры 68. Он придумал, что сказать соседям, если откроют, и поднял руку к звонку.
Тут он увидел, как по лестнице поднимается Василиса. Она была какая-то грустная, поникшая. Увидев Пашу, она улыбнулась.
— Привет! – сказала девушка.
Паше было противно даже здороваться с соседкой.
— Где Никита Петрович? – спросил он.
— В поликлинику уехал с тётей Томой, - растерянно ответила Василиса. – А что случилось?
— Тем лучше, что его нет, - сказал Паша. – Скажи, у тебя вообще совесть есть?
Улыбка с лица Василисы пропала.
— Что за вопрос? – удивилась она. – Ты о чём?
— Я всё слышал, - со злостью сказал Паша. – Как ты кричала на Никиту Петровича, как он жаловался вашей гостье, что ты грубо обходишься с ним, что наказываешь голоданием и в комнате закрываешь. И про дом инвалидов тоже слышал. Тебе не стыдно?
Василиса опустила голову и покраснела.
— Хорошо, что хотя бы стыд остался, - кивнул Паша. – Я уж думал всё потеряно. Я вообще не ожидал, что ты на такое способна. Когда я смотрел на тебя раньше, общался с тобой, то даже представить не мог, что ты так можешь обращаться со своим родственником, человеком, который пережил инсульт, практически беспомощным, инвалидом. Это просто ужасно!
— Ты всё неправильно понял, - стала оправдываться Василиса. – Это всё совершенно не так.
— Ну конечно! – всплеснул руками Паша. – Сейчас ты станешь говорить что угодно в своё оправдание. Что не хамила, не грубила Никите Петровичу, не запирала в комнате, голодом не морила.
— Такого на самом деле не было! – спорила Василиса.
— Хочешь сказать, что и в дом инвалидов ты деда не увозишь? – ухмыльнулся Паша.
Василиса потупила взгляд. Вдруг у неё зазвонил телефон. Девушка взяла трубку.
— Ты уже увезла вещи деда в интернат? – спросила Тамара.
Динамик телефона Василисы был прибавлен на максимум. Но девушка в тот момент не обратила на это внимание и не подумала, что Паша услышит то, что ей говорят.
— Да, отвезла, - ответила Василиса.
— Слава Богу! - с облегчением вздохнула Тамара. – Хорошо, что ты решила уговорить Никиту поехать в интернат. Нечего нам за ним бегать. Правильно ты сказала: ты ещё молодая, зачем тебе эта ноша, эти обязанности. Пусть дедом занимаются люди, которые за это зарплату получают. Тебе нужно учиться, на дискотеки ходить, молодость свою проживать. Не нужен тебе этот груз. Уедет – и дело с концом.
Паша хмыкнул и покачал головой. Василиса поняла, что он всё слышал, и положила трубку.
— Какая же ты лживая, - сказал он. – Только что мне в глаза смотрела невинным взглядом, говорила: «Ты всё не так понял, это не так!». А на деле всё именно так, как я услышал. Но учти: я этого просто так не оставлю. Я твоего деда в обиду не дам. А ты ещё пожалеешь о том, что так с ним поступаешь!
Паша закрыл дверь на ключ и стал спускаться по лестнице вниз. Василиса кричала ему вслед:
— Да подожди ты! Я хочу всё объяснить!
Но слушать оправдания Паша не стал. Он спустился вниз и поехал на работу.
Парень планировал быстро сделать все важные дела, отпроситься и поехать в дом инвалидов, чтобы вовремя успеть забрать соседа к себе, пока не случилось непоправимое. Он считал, что даже в элитных домах инвалидов люди находятся в опасности. Видимо, та ситуация с бабушкой оставила сильный отпечаток на его психике. Он боялся, что сосед, попав туда, долго там не протянет.
Василиса зашла в квартиру и заплакала. А потом вытерла слёзы и стала готовить обед.
Через час из поликлиники приехали Никита Петрович и тётя Тома.
— Всё в порядке! – радостно объявил Никита Петрович. – Я готов ехать в интернат.
— Сейчас пообедаем и поедем, - ответила Василиса.
Они сели за стол, отобедали и стали ждать, когда за Никитой Петровичем пришлют транспорт из дома инвалидов.
— Никита! – обратилась к брату Тамара. – Ты уедешь в свой интернат, а квартира, получается, останется без законного хозяина. А вдруг чего случится? Вдруг придётся счётчики менять, проблемы с управляющей компанией решать. А мы с Василисой этого сделать не сможем. Мы ведь здесь никто.
— И как же быть? – испуганно спросил Никита Петрович.
— Я посоветовалась тут с одним человеком, - с умным видом сказала Тамара. – Он посоветовал тебе написать доверенность на кого-то из близких. Чтобы они могли в разных организациях представлять твои интересы. Вот, я документ распечатала. Тебе осталось только подписать и написать от руки, на чьё имя доверенность.
— И на кого писать? – наивно, как-то по-детски, спросил Никита.
— Ты уж сам решай, - ответила Тамара. - Хочешь, на Василису пиши, или на кого другого. Да хоть на меня. Я уж, так и быть, если что побегаю по твоим делам, решу всё. Родня ведь.
Никита Петрович внимательно прочитал документ, написал в нужную строку полное имя Василисы и поставил подпись.
— Василиса, я тебе доверяю, - сказал дед Никита. – Ты девочка умная, ответственная. Следи уж за моим добром хорошенько.
Василиса улыбнулась счастливой улыбкой и потёрла руки.
— Не переживай, дед, - ответила она. – Отдыхай там себе спокойно! Я уж за твоим добром прослежу так, что закачаешься!
При этом она подмигнула Тамаре.
Тамара оторопела. Не на это она рассчитывала. Но потом поразмыслила: уедет Никита, она поговорит с Василисой. Убедит её поделиться с ней всем добром, что есть в доме у брата.
В скором времени за Никитой Петровичем приехала машина из интерната. Мужчину загрузили в транспорт. Он попрощался с Тамарой, обнял её. Василиса села в машину рядом с дедом, и они поехали в интернат.
Первое, что сделала Тамара после отъезда родственника – это схватила свой мобильный. Она стала звонить всем родственникам, которых знала. И всем сообщила, что гадкая Василиса всё-таки отвезла Никиту Петровича в дом престарелых потому, что устала за ним ухаживать. При этом Тамара в красках рассказала всем, что Никита написал на Василису доверенность, и теперь она имеет право распоряжаться имуществом богатого родственника.
Эти слухи быстро распространялись среди родни. Василиса и Никита Петрович ещё не успели доехать до интерната, а все родственники уже перемывали гадкой и бессердечной девице кости. Но никто из родственников не решился вступиться за бедного, несчастного инвалида, спасти его из интерната, забрать к себе.
Многие из них грешным делом подумали: «Скоро Никита Петрович помрёт в этом интернате. Имущество делить нужно будет… Интересно, перепадёт ли хоть что-нибудь мне? Может быть, хотя бы антиквариат».
Кто-то из близких позвонил Виталику. Рассказал, что его отца увезли в интернат. Мужчина молча выслушал новости и положил трубку.
В нём боролись тьма и свет. С одной стороны, ему было жаль отца. Виталий жил в большой, красивой квартире, купленной, кстати, за счёт отца, и мог бы забрать отца к себе, нанять ему сиделку.
Но, с другой стороны, детские обиды давали о себе знать.
— С чего ради я должен сейчас о нём заботиться? – говорил Виталик сам себе. – Он не заботился обо мне. Отдал бабушке. Избавился от меня. Только присылал деньги. Изредка приходил. А я сейчас всё должен бросить и бежать решать его проблемы? Ну уж нет! Я тоже буду изредка навещать его в интернате, привозить гостинцы, деньги. Этого будет достаточно. Я выжил – и он выживет.
С этими словами Виталик отложил телефон в сторону и продолжил работать. Только вот мысли были совсем не о работе.
Тем временем Василису и Никиту Петровича сотрудница интерната провожала в комнату, которую приготовили для нового постояльца.
Дедушка и внучка спокойно шли по коридору интерната. Да-да, Никита Петрович шёл на своих ногах, самостоятельно! Коляска осталась стоять в холле.
— Как вам комната? – спросила сотрудница.
— Прекрасно! – ответил Никита Петрович. – Очень уютно.
— Это хорошо, что вам нравится, - ответила работница интерната. – Распорядок дня на столе. Телефон тоже. Если что – звоните. Я всегда на посту.
Василиса и Никита Петрович остались в комнате вдвоём.
— Хороший интернат, - сказала Василиса. – Здесь очень чисто и уютно. Работники такие приветливые. Надеюсь, они всегда такие.
— Я тоже, - ответил дед Никита.
— Может быть, поедем всё-таки домой? – спросила внучка. – Хватит этого спектакля! Итак всё уже далеко зашло.
— Нет-нет, - ответил Никита Петрович. – Всё нужно довести до конца. Посмотрим, кто из родни хватится меня вызволять из интерната. Если такие, конечно, имеются.
— Надеюсь, имеются, - с грустью сказала Василиса.
— Видела, с какой ненавистью на тебя Тамара посмотрела после того, как я на тебя эту липовую доверенность подписал? – спросил Никита Петрович. – Я ведь сразу понял, что она приехала не для того, чтобы помочь.
— Я тоже сразу поняла это, - сказала Василиса. – И даже знаю, чем она сейчас занята. Наверняка обзванивает всех родственников. Сообщает, что злая и безжалостная Василиска, такая мегера и змея, отдала-таки деда Никиту в интернат.
— Ты прекрасно справилась со своей ролью, - похвалил дед Никита внучку. – Я видел, как тебе это трудно даётся. Но ты молодец. Спасибо тебе!
— Поехали домой, дед! – жалобно попросила Василиса.
— Нет, - ответил Никита Петрович. – Я должен посмотреть на реакцию родни. А уж потом вернусь домой. И закончим этот спектакль.
Вся эта история началась месяц назад.
Оказавшись в больничной палате после инсульта, Никита Петрович как никогда осознал, что он очень одинок. Ему позвонили только брат Игорь и Василиса. Одни они искренне посочувствовали ему, поддержали, предложили помощь. Сын, конечно, тоже позвонил, но был холоден и чёрств.
Мужчина был расстроен, поник. Было горько осознавать, что всю жизнь им просто пользуются родственники и друзья, общаются с ним только из-за денег, связей. Лишь несколько человек любят его, несмотря ни на что.
Так как в последнее время сердечко у него пошаливало, голову посещала мысль о том, что нужно бы составить завещание. Он не хотел, чтобы после его смерти родственники устроили бойню за наследство. Только вот кому оставить своё состояние?
Он уже давно решил, что наследство поделит на несколько частей. Одну часть оставит своему единственному пока внуку, вторую – сыну, третью – Василисе. А вот кому отдать остальное? Может быть, среди родных людей есть ещё кто-то достойный, не оценённый по достоинству. Тот, кто протянет руку в трудной ситуации, поможет, придёт на помощь. И Никита Петрович решил узнать, есть ли среди его родственников такие.
Мужчина придумал, как это сделать: он решил прикинуться, что после инсульта он стал несчастным, больным стариком, инвалидом-колясочником, который частично утратил критическое мышление, стал слишком доверчив и почти безволен. Он попросил Василису подыграть ему, будто она – эдакая злюка, бессердечная и безжалостная внучка, которая издевается над дедом и хочет отдать его в дом инвалидов.
— Зачем всё это? – спросила девушка.
— Я хочу проверить, кто из родственников приедет выручать меня, спасать, - ответил дед Никита. – А то они все звонят да намекают: «Будешь составлять завещание – нас не забудь». И смеются. А мне не смешно. Я хочу посмотреть, кто из них – настоящий родной человек, а кто так себе родственничек.
— Но меня начнут все ненавидеть! – возмутилась девушка. – Хотя… Меня, моего отца и деда всё равно все родственники ненавидят за то, что мы такие воспитанные, не корыстные, интеллигентные. Они про нас постоянно сплетни собирают. Так что мне терять уже нечего. Я помогу вам. Но мой дед должен всё знать. А то ему про меня расскажут «новости» - у него сердце прихватит.
Дед Василисы, Илья, поддержал идею Никиты.
Тамаре, как главной сплетнице семьи, в этой истории отвели роль информатора. Именно Тамаре Василиса позвонила и сама рассказала, как ей надоело ухаживать за Никитой Петровичем, как она мечтает, чтобы он скорее покинул этот мир, чтобы ей легче жилось.
Тамара со своей миссией справилась на все сто. Вот только никто из родственников так и не взялся выручать Никиту Петровича из лап чудовищной внучки. Одна надежда была на то, что сейчас хоть кто-то приедет и заберёт его из дома инвалидов. Но внутреннее чутьё подсказывало Никите Петровичу, что никто не придёт.
Василиса уже собиралась уезжать от Никиты Петровича. Но вдруг зазвонил телефон. Девушка ответила.
Никита Петрович посмотрел на внучку. На ней лица не было.
— Дедушка в больнице, - сказала она. – Приступ. Я поехала к нему.
— Поезжай, - сказал Никита Петрович, обнял внучку и поцеловал в макушку. – Сразу позвони, как доберёшься, как про деда что-нибудь узнаешь. Проси там для него лучшую палату и лекарства. Всё оплачу.
— Разберёмся, - ответила Василиса и уехала.
А тем временем в квартире Никиты Петровича хозяйничала Тамара.
Интересно ваше мнение, а лучшее поощрение — лайк и подписка)))