Что может быть прозаичнее одуванчика?
Он везде, он всегда, он сорняк. Но вдруг выходишь из инета на улицу. А там не одно солнце, а много-много. Оглядываешься, и почему-то смеешься. Большое солнце ложится на лоб, на щеки, нагревает волосы, скользит за шиворот куртки, нагревает все и внутри. Маленькие солнышки кивают и переглядываются. Жмуришься – до чего ярко, и идешь в эти одуванчики. Становится теплее, теплее, и прям в одно мгновение тает и испаряется все скрюченно-замерзшее, что за сезон несправедливостей и предательств накопилось.
Опускаешься ниже-ближе, не обнять, хоть потрогать. Лепесточки крошечные, нежные. И веселые загогулинки узорчатым заборчиком. А пальцы и нос в волшебной пыльце.
Оказывается, одуванчики пахнут медом. Будто баночку открыл и собираешься зачерпнуть ложкой сладкого.
Погружаешься. Будто дверь в другое измерение открыл. Перешагнул, а там и восхитительно, и спокойно, доброе-доброе все. Лето, свобода, каникулы – никто в целом свете ничего от тебя не потребует пока ты среди этих одуванчиков.
Говорят, пчелы умирают. Нет, не просто месяц полетали и крылышки больше не носят, а совсем. Все пчелы вымрут.
Говорят, когда пчелы вымрут, умрет человечество.
А кажется, что может быть прозаичнее пчелы.
Теплый день, поляна с одуванчиками, жужжат, снуют, будто будут жить вечно. Небо синее, зелёные травинки-былинки. Былье. Бытие.
Былинки и быть – слова родственники. Означают живое, что растет. Означают жизнь.
Что может быть прозаичнее жизни?
Светлана Соколова
