Сергей не верил в сказки.
Когда в деревне зашептались, что в старом доме на холме снова кто-то пропал, он только фыркнул: «Идиоты. Нашли, куда соваться».
Но когда его младшая сестра, Катя, не вернулась из школы, а в её сумке нашли листок с корявыми буквами «ОНО ЗОВЁТ МЕНЯ», он понял — придётся идти.
Дом встретил его тишиной.
Но не пустотой.
Стоило Сергею переступить порог, как дверь захлопнулась сама.
— Кать?! — голос сорвался в хрип.
В ответ — скрип половиц.
Будто кто-то полз по ним.
На стене, прямо перед ним, проступило пятно.
Красное.
Свежее.
Оно растеклось в очертаниях руки и медленно поползло вниз, оставляя за собой липкие дорожки.
— «Серёжа…»— прошептал кто-то прямо в ухо.
Он рванулся к двери, но та исчезла. Вместо неё — стена, усыпанная царапинами.
И одна из них…
Была свежей.
---
Вернемся чуть назад.
Катя не помнила, как оказалась здесь.
Очнулась в темноте.
Вокруг пахло мокрым деревом и испорченным мясом.
Она попыталась встать, но что-то удерживало её за запястья.
Не верёвки.
Не цепи.
Пальцы.
Холодные, длинные, с ногтями, впивающимися в кожу.
— «Ты теперь наша…»— зашипело в темноте.
Потолок над ней задышал.
И закапал.
Тёплым.
Красным.
---
Сергей бил кулаками в стены, кричал, пока горло не начало кровоточить.
Но дом молчал.
Пока…
Одна из досок пола приподнялась.
Оттуда, из чёрной щели, выползло что-то.
Сначала он подумал — крыса.
Потом увидел волосы.
Длинные, спутанные.
А потом — лицо.
— «Кать?!»
Но это была не она.
Человекоподобное нечто вылезло целиком, её кожа была покрыта шрамами-надрезами, будто кто-то вырезал из неё куски.
— «Беги…» — прохрипело существо.
А потом стена за ней разверзлась.
И ОНО шагнуло вперёд.
Оно не имело формы.
То было движущейся тьмой, сотканной из теней, слишком длинных для этого мира.
Его лицо (если это можно было назвать лицом) плавилось, как воск, обнажая то кости, то зубы, то слишком много глаз.
— «Ты пришёл за ней…» — прошипело Оно.
Сергей почувствовал, как пол под ним стал мягким.
Будто дом раскрывал пасть.
— «Но она уже часть этого места».
Из темноты вынырнула Катя.
Её глаза были пусты.
А рот…
Рот растягивался в улыбке, слишком широкой.
---
На следующее утро полиция снова приехала к дому.
Никого не нашли.
Только новые царапины на стенах.
И записку на полу:
«ОНИ ВСЕ ЗДЕСЬ. И ОНИ ЖДУТ СЛЕДУЮЩЕГО».
А в углу, где тени гуще всего, что-то зашевелилось…
И засмеялось.
---
Конец.
Но дом ещё не закончил...