Раиса Ивановна Попандопуло родилась, выросла и всю жизнь проживает в Краснодарском крае. В ее письме отражены страшные факты, касающиеся оккупации этих территорий фашистами. К середине 1942 года немцы захватили значительную часть Краснодарского края. В оккупированных районах развернулось партизанское движение. Освобождение Кубани началось в январе 1943 года, а полностью Краснодарский край был освобожден в октябре того же года.
«Я родилась в 1938 году в станице Абинской Краснодарского края. В семье было четверо детей: я, сестра Наташа и два брата, Юра и Виктор.
Отец наш был коммунистом, но тогда я не понимала, что это значит. Мама работала в колхозе и воспитывала нас. До сих пор, до наших дней я отчётливо помню множество эпизодов во время оккупации станицы Абинской.
Перед приходом немецких войск станицу обстреливали артиллерийскими снарядами и бомбили немецкие самолёты. Рядом с нашим домиком (хатой, как называли на Кубани) разорвалась бомба, и хата сразу загорелась, потому что была под камышовой крышей. Мама приказала старшей сестре собрать нас и вывести из хаты. Сама взяла полмешка муки и ещё что-то. Сестра и братья (все были старше меня) выбежали первыми, а я споткнулась и немного отстала.
Когда выходила из хаты, на меня обрушился сноп горящего камыша. На мне сразу же вспыхнуло платьице. Я, видимо, закричала, и в этот момент мама оглянулась. Как сейчас помню её глаза, полные ужаса. Она бросила мешок, подбежала ко мне и сдёрнула горящее платье. Благодаря моей мамочке я осталась жива, хотя шрамы от ожогов до сих пор напоминают мне о том, как мы выбегали из горящей хаты.
Потеряв свою хату, мы переселились в дом, который находился напротив и тоже пострадал от бомбёжки, но остался наполовину целым. Вот в той оставшейся части домика мы и жили в начале оккупации, если это можно назвать жизнью.
Отец ушел в партизаны, в отряд, который назывался «Тихий». Через некоторое время после ухода отца пришли какие-то люди и сказали, чтобы мы собирались, что нас заберут в партизанский отряд. Объяснили, что это необходимо, иначе нас могут всех расстрелять, как семью коммуниста и партизана. Позже мы узнали, что это была разведывательная группа из «Тихого».
Мама ночью собрала кое-какие вещи, и мы пошли в сторону гор, потому что, когда утром стало рассветать, я видела реку, а затем озеро, в котором отражалось солнце, а справа - большую скалу и узенькую дорожку, по которой мы шли. Мама всё время предупреждала: «Осторожно, осторожно». Кое-как мы добрались до отряда. И жили там до конца оккупации станицы. В отряде мои старшие сестра и братья помогали партизанам: по кухне, стирке белья, сбору хвороста и другим работам. После освобождения Абинской мы вернулись в полуразрушенную хату.
Но война продолжалась. Очень трудно было выживать. Многие дети, кто постарше, помогали в колхозе. Еды не хватало катастрофически. Собирали колоски, всякую траву, молодой камыш, крапиву. Мама ходила в село Варнавинское вместе с другими женщинами, откуда приносила корни каких-то растений, которые мы потом ели. А ещё нам иногда давали макуху (жмых подсолнечных семечек), и это была самая вкусная еда того времени. Понятно, какое могло быть тогда у нас здоровье, а теперь и подавно, я имею в виду у тех, кто выжил. Ведь многие дети в то время умирали от голода и холода, невыносимых условий жизни, и не только от этого.
Однажды мы собирали снаряды, гранаты, которых оставалось великое множество, и сбрасывали их в яму, а затем поджигали. Конечно, нам это делать взрослые запрещали, но дети всегда остаются детьми. И вот однажды, когда долго не было взрыва, мы, группа детей, решили заглянуть в яму, чтобы узнать, в чём дело. В этот момент взрыв не заставил себя ждать. Осколок мины или гранаты рассёк мне лицо около глаза. Глаз чудом остался цел, но всё лицо залила кровь.
Мы шли в больницу и смывали кровь водой из луж. Идти мне помогал брат. Даже невозможно понять, как от такого умывания не произошло заражения крови! Я осталась жива, а двое мальчишек тогда погибли от взрыва… Это были страшные уроки жизни во время войны.
В годы войны, да и несколько лет после неё, одежда на нас была из перешитых старых вещей взрослых, остатков солдатских шинелей и других тряпок. Обували нас в постолы - это кусок кожи животного, который по краям зашивается и затягивается на узел... Какое уж тут здоровье при такой одежде и обуви?
Но, несмотря на все беды, я всё-таки смогла окончить школу, получить высшее образование».