Американский банкир Майкл Калви был задержан в 2019 году в Москве по подозрению в мошенничестве. И сразу оказался в СИЗО "Матросская тишина". Для респектабельного преуспевающего финансиста, ведущего роскошную жизнь это оказалось шоком.
Калви считал, что он не нарушал никаких законов, а его посадка — это попытка его бизнес-партнеров с помощью влиятельных московских силовиков "отжать" его инвестфонд "Baring Vostok". Ранее, Калви обвинял своих русских партнёров в нечистоплотных сделках и в дело вмешалась ФСБ. Корпоративный конфликт привел к тому, что дверь в съёмной московской квартире выломали, бизнесмена положили лицом в пол, надели наручники и отвезли в ИВС, где он сидел с "русским медведем" Сашей и чеченцем Ильдаром. Калви всё ещё считал это каким-то недоразумением. Он думал, что таким образом партнёры по бизнесу отправили ему предупреждение и утром его освободят.
Но на следующий день его отвезли в Басманный суд, а затем отправили в Следственный изолятор. Калви, обескураженному происходящим, сначала показалось, что он попал в филиал Ада на Земле.
Первое, что американца поразило в СИЗО — это ревущая сирена, когда охранники вели его по лестнице. Ранее он видел такое во время ключевой сцены убийства в фильме Альфреда Хичкока "Психо", но думал, что это фантазия режиссёра. Когда он столкнулся с этим в реальности — эта реальность стала похожей на сюрреализм. "Она звучала громче и страшнее всего, что я когда-либо слышал".
Калви очень боялся, что попадёт в общую камеру с уголовниками, в которой стеснённые условия, нечем дышать и воры пристают к другим подследственным. Он слышал, что именно так всё и происходит в русских тюрьмах. Ещё он слышал про пытки "верёвочным конём". Американец вполне сносно говорил по-русски, но совершенно не знал жаргона и местных традиций, боялся опростоволоситься и попасть в касту отверженных, о которых он тоже слышал.
Но Калви привели в небольшую "одиночку", в который был старый телевизор и камера видеонаблюдения. Телевизор он смотреть не хотел и спросил, можно ли принести сюда англоязычные книги и газеты? Ему сказали, что можно, но для этого надо написать заявление.
Так же американец хотел отправить письмо жене, но это делать запретили, т.к. цензор был в отпуске. Затем его водили к психологу и на встречу с адвокатом.
Когда он попал в общую камеру, Калви сначала испугался, думая, что его наконец-то отправили к ворам. Но затем заметил радушные улыбки арестантов и оказалось, что он попал в полне "приличное общество": заминистра культуры, генерал и ещё несколько человек подобного уровня.
В СИЗО, вспоминает Калви, царила бытовая атмосфера 19 века. Например, нельзя пойти в постирочный комплекс и закинуть свои вещи в стиральную машину. Их там просто нет, стиральных машин для нужд подследственных и заключённых. Стирать приходилось руками, в вёдрах, используя мыло и так, как это делают еноты, с помощью силы трения в воде.
Калви пишет:
"Наш режим стирки подразумевает, что каждый стирает свою одежду вручную в круглых пластиковых ведрах, затем прополаскивает ее под краном в раковине, насколько это возможно, прежде чем повесить ее сушиться либо на один из радиаторов, либо на импровизированную бельевую веревку, сооруженную из растянутых мусорных мешков.
Веревки и провода, что неудивительно, запрещены в камерах, как и шнурки и все остальное, что может быть использовано для членовредительства. Нам также не разрешается использовать никакие металлические приборы, кроме одной ложки на человека. Ножи и вилки, которые мы используем, пластиковые. Учитывая эти ограничения, тюремная жизнь требует изобретательности, и русская изобретательность не перестает меня удивлять".
Не оказалось в СИЗО и комнаты психологической разгрузки и отдыха. "Я мечтал хотя бы пару часов поспать на диване под умиротворяющую музыку, но это было несбыточно", вспоминает он.
Так же выяснилось, что арестантам запрещено иметь при себе личные телефоны. Их запрещено при себе иметь и в американских тюрьмах, но для финансиста это стало откровением. Ведь ему было важно контролировать финансовые процессы своих компаний, но в следственном изоляторе он оказался лишён этой возможности.
Со временем Калви привык к тюремному распорядку и успокоился. Его адвокаты давали надежду, а сокамерники оказались вполне приятными людьми. Он научился наблюдать, проводить аналогии и делать выводы. Так, например, он сравнил здание СК РФ с министерством правды из книги Джорджа Оруэлла «1984»: "Здесь царит атмосфера упорной, но непреодолимой силы — той, что может медленно стереть камень в порошок. Это такое место, которое внушает не то чтобы страх, но безнадёжность".
Правила жизни в русской тюрьме Калви описывает как систему, близкую к коммунизму, — сам он, убежденный сторонник свободного рынка, приходит к выводу, что тюрьма — единственное место, где такая система работает лучше других. Еда делится поровну, при этом два маленьких холодильника заполнены, и арестованные даже отказываются от тюремной еды.
Калви пишет:
"Мы здесь — товарищи. Работаем вместе, чтобы сделать жизнь настолько сносной, насколько это возможно. Каждый, конечно, моет свою посуду и застилает свои кровати, но мы по очереди убираем всю камеру каждый день. Пол и стол моются, туалет и раковина чистятся и так далее.
Никто не "срезает углы", когда приходит его очередь убираться, и им не удалось бы избежать наказания, если бы они попытались. С восемью мужчинами в таком компактном пространстве жизнь в этих четырех стенах быстро стала бы невыносимой без такой системы".
В один из вечеров по телевизору показывали фильм "Движение вверх" о победе советской сборной по баскетболу над американцами.
Калви писал:
"Этот фильм и сегодняшние обсуждения в камере 604 напоминают мне, насколько похожи русские и американцы во многих отношениях.
Мы живём в больших странах с большими природными пространствами и разнородным набором расовых и этнических групп. Оба народа от природы патриотичны, так что, хотя мы часто критикуем свои собственные страны, мы инстинктивно спешим защищать их от критики со стороны кого бы то ни было, обоснованной или нет.
И у нас обоих есть свое собственное уникальное национальное чувство юмора. Конечно, есть очевидные культурные различия, включая очень разные взгляды на общество и иерархические отношения, но на человеческом уровне у нас гораздо больше общего, чем того, что нас разделяет".
Калви провёл в СИЗО два месяца своей жизни. Стараниями адвокатов большинство обвинений были сняты, а он переведён под домашний арест.
В 2021 году он был приговорён к условному сроку за растрату. Затем смог вернуться в Великобританию, где жил уже много лет с своей женой Юлией и написал книгу о своих приключениях в русском СИЗО "Odyssey Moscow: One American's Journey from Russia Optimist to Prisoner of the State", которая за два месяца стала бестселлером.
В целом, американец весьма положительно отзывается о русской тюрьме и своих сокамерниках. Его страхи оказались напрасны. Но обратно возвращаться он почему-то не хочет.