За супермаркетом Merkator, в одном из спальных районов Целе, есть неприметная электроподстанция, окружённая забором из бетонных плит с колючей проволокой. По будням туда никто не ходит, разве что подростки на скейтах катаются рядом, потому что асфальт гладкий. А за подстанцией, почти вплотную к сетке, стоит металлический почтовый ящик.
Он не выглядит особенно странно — облупленный, бурый от ржавчины, будто его забыли лет тридцать назад и просто не убрали. Но, если приглядеться, нет ни таблички, ни герба, ни прорези для писем. Только узкая ручка сбоку, как у технического шкафа. Он всегда закрыт. Нет петель, нет замка.
Местные называют его "немой ящик". Никто толком не знает, откуда взялось это название. Возможно, потому что он "молчит", не открывается. А может, потому что в нём что-то слышит — но не отвечает.
По слухам, ящик стоит там с семидесятых. Кто-то говорит — остался от железнодорожной связи. Кто-то — что это был ящик для жалоб сотрудников подстанции. Но странное началось, когда люди стали говорить перед ним вслух, будто в шутку.
Говоришь, например:
«Сосед сверху ходит как слон, хоть бы раз извинился».
Через три дня — стоишь в очереди за кофе, и кто-то сзади вдруг говорит:
«Хоть бы раз извинился, а то ходит как слон».
С тем же ударением, той же интонацией. Только речь идёт вообще о каком-то коллеге на работе.
Сначала это воспринимали как совпадения. Но таких совпадений стало много. Слишком много.
Один студент, оставив возле ящика пустую пачку жевательной резинки, сказал в шутку:
«Если меня выгонят, займусь чем-нибудь бессмысленным. Буду расклеивать объявления о себе».
Прошло три дня — и преподаватель, которого он едва знал, произнёс это же на семинаре, как шутку. Даже с тем же странным словом — “о себе”.
Ещё одна история — про пожилого мужчину, который решил вскрыть ящик. Он жил в доме напротив и говорил всем, что “внутри наверняка просто паутина и ржавчина, вот и вся загадка”. Принёс монтировку, ключи, даже отвёртку. Но ящик не поддавался, будто был цельнолитым. На следующий день его машина заглохла прямо на перекрёстке. Навигатор на экране вдруг сам открыл маршрут с названием “Poslušanje” — "слушание" по-словенски. Маршрут вёл вглубь леса, где нет дорог, зданий или сёл.
Он рассказывал потом, что попытался поехать — и в какой-то момент у него в машине исчез весь звук. Полностью. Двигатель работал, но тишина была глухая, как в пустом зале. Даже поворотники щёлкали беззвучно. Он развернулся. С тех пор — к ящику ни ногой.
