От пушечного цеха до Сталинской премии: взлет Евгения Самойлова
Вглядываясь в лицо актера, триумфально получившего Сталинскую премию за роль легендарного Щорса, невольно возникала мысль о его аристократическом происхождении. Казалось, в его облике читалась порода, утонченность, принадлежность к высшему обществу. Но жизнь, как всегда, оказалась куда прозаичнее и интереснее: Евгений Самойлов вышел из самых что ни на есть рабочих низов, а его юношеские мечты и вовсе лежали вдали от театральных подмостков – он грезил о палитре и кистях, о карьере художника.
Петербургское детство: запах пороха и книжная пыль
Его рождение в Петербурге, 16 апреля 1912 года, стало свидетельством еще дореволюционной эпохи. Отец, Валериан Саввич, ковал орудия на Путиловском заводе, в самом пекле пушечного цеха. Будучи первоклассным специалистом, он получал солидные деньги – 280 золотых рублей! – что позволило семье приобрести просторную трехкомнатную квартиру в частном доме. С началом Гражданской войны Валериана Саввича, как ценного оружейника, незамедлительно отправили на фронт.
Евгений Валерианович сохранил в памяти образ отца как человека глубоко образованного. С каждой зарплаты Валериан приносил домой книги, прививая любовь к литературе своим сыновьям. И хотя юный Евгений частенько бывал с отцом в театре, мысль о сцене как о своем будущем его не посещала. Его сердце принадлежало рисованию, и он твердо намеревался поступить в художественную академию.
Судьбоносный конкурс: случай, изменивший жизнь
Но судьба, как известно, любит вмешиваться в наши планы. Все перевернул случайный эпизод: школьный товарищ попросил Евгения составить ему компанию на вступительном конкурсе в театральную студию. И вот парадокс: приятеля забраковали, а Евгений Самойлов оказался в числе счастливчиков, принятых в частную студию Николая Ходотова. Методы преподавания мастера увлекли его с головой.
От Александринки к Мейерхольду: первые шаги к призванию
Благодаря Ходотову, Евгений стал завсегдатаем спектаклей Александринского театра, все глубже погружаясь в мир искусства. Один из преподавателей училища, Леонид Вивьен, организовал «Молодежный театр» и пригласил Самойлова на характерные роли. Именно тогда, на сцене, он осознал свое истинное призвание.
В 1932 году, когда 20-летний Евгений уже блистал в спектакле «На дне», в доме отдыха он встретил 18-летнюю Зинаиду Левину, будущую инженершу. Вскоре они поженились, а в 1934 году у них родилась дочь Татьяна, которой суждено было продолжить актерскую династию.
Тесть актера был знаком с братом самого Всеволода Мейерхольда! Борис Эмильевич посоветовал знаменитому родственнику устроить Евгению пробы.
«Мейерхольд был для меня богом! Я видел все его спектакли, которые он привозил в Ленинград. Когда я пришел к нему в гостиницу „Европейская“, то так оробел, что не мог вымолвить ни слова. Он расхохотался и сразу предложил мне роль Пети в „Лесе“»,
– вспоминал Самойлов.
Актер получал главные роли, но когда начались гонения на Мейерхольда, спектакли стали запрещать один за другим. Самойлов перешел в «Маяковку», а с 60-х годов прочно обосновался в Малом театре.
Довженко: Кинематографическое Крещение
Что касается кино, то здесь судьбоносную роль сыграл Александр Довженко. Режиссера поразил не дебют Самойлова на экране в «Случайной встрече», а генеральная репетиция спектакля «Как закалялась сталь», где Евгений играл Павку Корчагина. Довженко без колебаний утвердил актера на главную роль в картине «Щорс», несмотря на то, что на площадке уже работал звезда МХАТа Аркадий Кисляков. Довженко почувствовал, что Кислякову не хватает той самой волевой мощи, которая была необходима для образа Щорса.
«Довженко сам написал сценарий. Первым зрителем картины стал Мейерхольд. Он приехал в Киев на постановку оперы, и Довженко пригласил его на просмотр. Довженко очень волновался, но Мейерхольду фильм понравился. А за „Щорса“ я впервые получил Сталинскую премию»,
– рассказывал Самойлов.
Кумир советских женщин: между сценой и любовными признаниями
Признание пришло мгновенно. Самойлов стал востребованным актером, играя ключевые роли в фильмах «Светлый путь», «Сердца четырех» и «Неуловимый Ян». Вторую Сталинскую премию он получил за образ артиллериста Кудряшова в картине Ивана Пырьева «В шесть часов вечера после войны». Позже последовали роли в лентах «Адмирал Нахимов», «Герои Шипки», «К Черному морю», «Живые и мертвые».
Актер стал настоящим кумиром миллионов зрителей, его осаждали толпы поклонниц.
«Они подстерегали меня, исписывали признаниями в любви все стены моего дома, но я не обращал на это внимания»,
– подчеркивал Самойлов, оставаясь верным своей жене.
Война в сердце актера: трагедия блокады
Позднее актер сыграл в драме «Ватерлоо» Сергея Бондарчука, картинах «Крушение империи» и «Длинная дорога в короткий день», но многие запомнили его по роли полковника Марченко из «Они сражались за Родину». Этот фильм имел особое значение для Самойлова, ведь война отняла у него самое дорогое – родителей, погибших в блокадном Ленинграде.
Театр как храм: верность подмосткам
Для актера кино и театр существовали параллельно, дополняя друг друга. «Я жил в двух мирах, – пояснял Самойлов. – Но театр всегда оставался главным. Это святое место, живое, непосредственное общение со зрительным залом. Кроме того, идет длительный репетиционный процесс, есть время все как следует проверить, и ты всегда можешь себя поправить, если чувствуешь, что что-то не так. А в кино ты снимаешься и подчас не знаешь, что получится – как снимет оператор, как проявят пленку… Да и твой просчет мгновенно виден на экране, и ничего уже не изменить».
После «Они сражались за Родину» у актера наступил девятилетний перерыв в съемках, после чего Евгений Валерианович появился в ленте «Берег его жизни». В фильме «Борис Годунов» артист сыграл Пимена, а в «Осаде Венеции» – простого священника.
Завершилась фильмография Евгения Самойлова картиной «Спас под березами» 2003 года, а вот на подмостки Малого театра он продолжал выходить практически до самой смерти.
«Что значит для меня этот театр? Я в свое время пересмотрел здесь всех великих мастеров, которых застал. Потрясла Вера Николаевна Пашенная в „Вассе Железновой“, великолепны были Михаил Жаров, Михаил Царев, с которым мы были знакомы еще со времен театра Мейерхольда… Потряс меня Остужев в „Уриэле Акосте“, в „Отелло“. Этот артист был явлением, которое покорило всю Москву. Я помню, как кончался спектакль, и люди выходили из театра как после большого праздника… Эти мастера и память о них заставляют меня относиться к себе с достаточным вниманием. Раз уж избрал такой путь, надо отдавать ему все свои силы и способности. Вот я и стараюсь этим заниматься»,
– говорил актер.
Династия: дети, пошедшие по стопам отца
Евгений Самойлов мог по праву гордиться своими детьми: Татьяна Самойлова стала звездой Каннского фестиваля после триумфа фильма «Летят журавли», а ее брат Алексей, хоть и не достиг такой мировой известности, служил «Современнику» и Малому театру с полной самоотдачей.
Сдержанность и страсть: портрет артиста
«Из времени и эпохи родились сдержанность отца, немногословность, – говорил Алексей про Евгения Самойлова. – Не припомню, чтобы он много рассуждал, бурно радовался или огорчался. Никаких лишних эмоций, только самая суть, „сухой остаток“. А может быть, все же это – удел по-настоящему хороших артистов: накопить внутри переживания и страсти, чтобы потом выдать на сцене, на экране. Таня в этом плане – вся в отца. В жизни закрытая, хотя я назвал бы это сосредоточенностью».
При этом Евгений Самойлов предостерегал детей, считая, что им не хватает необходимой для актерской профессии выдержки. И, как оказалось, не ошибся: после напряженных съемок нескольких картин Татьяна попала в клинику с нервным срывом. Не менее тяжело артистка переживала любовные драмы – все ее четыре брака распались.
Не везло в личной жизни и Алексею – его союз с тренером Татьяной Тарасовой рухнул через два года, а вторая бывшая жена Элен уехала с дочерью Натали во Францию. В браке с Эдуардом Машковичем Татьяна родила сына Митю, которого фактически воспитывали Евгений Самойлов и Зинаида Левина – у режиссера и актрисы не хватало времени на семью. После окончания интерната-пятидневки Дмитрий поселился у бабушки с дедушкой, да и Алексей после второго развода присоединился к семье: в 80-х Зинаида сломала шейку бедра и слегла. Она мучилась почти 12 лет, но никогда не жаловалась на здоровье.
Последние годы: память и бессмертие
«Мамы не стало в 1994 году. Папа пережил ее на 12 лет. Хотя мамин уход его подкосил, он перенес серьезную операцию. Но его спасала работа – театр был для отца всем. Буквально до последнего дня играл на сцене»,
– вспоминал Алексей.
Разумеется, скончавшийся в феврале 2006 года 93-летний Евгений Валерианович не увидел трагического финала жизни дочери: дважды – в 2009-м и 2011-м – забытая зрителями актриса терялась в Москве, оказываясь в больницах, а в день своего 80-летия, 4 мая 2014 года, умерла от ишемии.
🌷Мы собираем для вас самые интересные истории, чтобы каждая статья была как встреча со старой подругой за чашкой чая. Поддержите нас — и мы продолжим радовать вас новыми рассказами!