В самолёте мы обсуждали наши дальнейшие планы. Олег хотел расписаться только вдвоём и как можно скорее. Мне было обидно, что у меня не будет свадьбы, о которой мечтают все девочки. Не будет пышного платья, многоярусного торта, а главное, родителей.
Родители живут за несколько тысяч километров, они до сих пор не знакомы с моим избранником, и новость о свадьбе, думаю, повергнет их в шок.
Ещё одним условием было, что жить теперь я буду в загородном коттедже Олега, а значит, на дорогу до университета будет уходить больше времени. Привыкнуть к таким изменениям будет непросто, но я так влюблена, что соглашаюсь на всё, лишь бы не потерять своё счастье.
Через несколько недель мы играем свадьбу, ну как играем, тихая роспись, ужин в ресторане только для двоих и брачная ночь в шикарном отеле. Несмотря на то что праздник не соответствует моим ожиданиям, я счастлива. Рядом любимый мужчина, который обещает быть для меня самым лучшим мужем.
Дальше мне предстоит переезд в наше семейное гнёздышко. Собираю вещи и съезжаю из своей съёмной комнаты, из «приданного» у меня лишь один скромный чемодан.
Я не из богатой семьи, и наживать юной студентке было нечего. В свободное от учёбы время мне удавалось ходить на подработки, но этого хватало только на аренду комнаты и еду.
За 3 года учёбы я забыла, что такое покупать себе модную одежду, да и не было у меня её никогда. Родители хотели, чтобы я жила лучше, чем они, и копили деньги на моё обучение, приходилось на всём экономить, многие вещи нам отдавали родственники.
По этой же причине с родителями я не виделась с момента переезда, билет на самолёт для нас стоит слишком дорого. Я очень скучаю по ним и жалею, что не всегда нахожу время позвонить…
Увидев дом, в котором теперь буду жить, я потеряла дар речи. Огромная территория с газонами и высокими соснами, каменные дорожки, подсвеченные фонариками. Терраса с зоной отдыха за чашечкой чая тёплыми вечерами. Могла ли я мечтать о таком?
Внутри коттедж оказался ещё красивее, дорогая современная мебель подобрана со вкусом, видно, что над интерьером трудился талантливый дизайнер. Два этажа, на первом просторная гостиная, кухня, гостевая спальня. На втором — три спальни и кабинет Олега.
Теперь за всей этой роскошью нужно ухаживать мне. Раньше у Олега была домработница, но он считает, что теперь в ней нет необходимости, так как убеждён, что жена должна быть единственной хозяйкой в доме. Так было у его родителей, мама после свадьбы больше не работала, она занималась его воспитанием и домашним уютом.
С его родителями я тоже до сих пор не знакома, он рассказал, что однажды сильно поругался с ними и с тех пор связь не поддерживает. Я пыталась убедить, что нужно помириться, всё-таки родные люди, но муж запретил любые разговоры на эту тему.
Начались будни в роли жены, мне нравилось встречать мужа с работы за накрытым столом, только времени на готовку ужина мало, слишком долго я добираюсь с учёбы домой. Меня расстраивает, что блюда приходится готовить простые и совсем не такие, к каким привык Олег.
По вечерам я стараюсь сделать уборку и стирку, ночами делаю домашку, сплю мало, на уход за собой ничего не остаётся. Чувствую, что начинаю выгорать, и когда супруг предлагает уйти с университета, аргументируя это тем, что его состояния хватит сполна, я соглашаюсь.
Теперь я занята только домашними обязанностями. Домой Олег приезжает поздно вечером, бо́льшую часть времени я одна. Подруги, с которыми снимали комнаты, не хотят ехать в гости так далеко, а одну меня в город муж не пускает, ревнует.
Мне сложно в одиночестве, теперь мои увлечения только книги и сериалы, Олег приезжает домой всё позже, а иногда вообще остаётся ночевать на работе. Говорит, что ведёт сейчас дело очень важных людей и проигрыш в суде может стоить ему карьеры.
От этого дела он стал нервным, мы практически не проводим время вместе. Я попросила хотя бы познакомить меня с соседями, чтобы я могла общаться с людьми. Олег усмехнулся: в коттеджном посёлке живут влиятельные люди, и их жёны совсем не лучшие собеседники, но раз я хочу убедиться в этом лично, он возьмёт выходной.
Вечер знакомства мы организовали у себя на террасе. Барбекю, шампанское, тёплые пледы. Наконец-то я обрету друзей. К нам пришли две супружеские пары, Олег был прав. В жены эти богатые мужчины взяли кукол, разговор у меня с ними не клеился, мы будто с разных планет. В этот вечер я потеряла последнюю надежду.
Я жила в золотой клетке, выходя за забор 1–2 раза в месяц, когда муж мог выделить себе выходной. Как я не упрашивала отпустить меня погулять одну, мои просьбы сразу были отклонены. Ослушаться я боялась, честно говоря, за это время бояться я стала многого. Особенно собственного мужа. Мужа, которого я любила и которому доверяла.
Олег стал совершенно другим человеком. Сначала он мог внезапно вспыхнуть из-за какой-нибудь мелочи, накричать так, что я боялась даже ответить. Я пыталась понять, что происходит, думала, что это вре́менные трудности, но с каждым днём ситуация становилась всё хуже.
Он начал кричать на меня по малейшему поводу, обзывать, унижать. Его лицо как будто наливалось кровью, а в глазах была пугающая ярость.
Когда он в первый раз меня ударил, от неожиданности я впала в ступор и не сразу сообразила, что произошло. Мир рухнул в одно мгновение. Придя в себя, я сказала, что с меня хватит и я ухожу, но это только усилило его агрессию.
Он начал бить меня ещё сильнее, кричал, что я больше никогда не увижу, что происходит за забором его дома, а если попробую сбежать, этот день станет для меня последним.
Так страшно мне не было ещё никогда, я не знала, куда обратиться за помощью, Олег контролировал каждый мой шаг. Теперь я поняла почему не пускал меня в город, хотел оборвать все мои контакты.
Я знала о его связях в органах, любое моё обращение сразу дойдёт до него, а после этого я буду «наказана» так он называл всё, что творил со мной. После каждого издевательства внушал, что мне никто не поверит, он успешный адвокат, которого уважают за честность и справедливость.
И он был прав, Олег тщательно скрывал свою настоящую сущность, и всё, что видели другие, — это заботливый и внимательный мужчина. Который превращался в тирана только за закрытыми дверями.
Страх за свою жизнь как будто парализовал меня, я была морально уничтожена. Боль и отпечатки его деяний на моём теле каждый день служили напоминанием, что я ничего уже не смогу с этим сделать, моя жизнь только в его руках, в руках, которые сначала нежно обнимали меня, а теперь безжалостно ломают.
Звук открывающихся ворот по вечерам вызывал у меня панику, я считала его шаги по лестнице, ведущей в спальню, и с каждым шагом всё глубже, вжималась в кресло, не зная, чего мне ожидать на этот раз. Иногда он приходил как ни в чём не бывало целовал меня в лоб и звал провести с ним ужин.
В такие моменты я вспоминала того Олега, которого полюбила несколько лет назад и молилась, чтобы мучения мои остались в прошлом. Эти качели терзали мне душу, я так сильно его ненавидела, но в глубине души всё ещё любила.