Биография Льва Троцкого читается как увлекательный роман. Историк Джошуа Рубинштейн в книге «Троцкий: Жизнь революционера» рассказывает о невероятных поворотах судьбы этого человека. Один из них — встреча с художницей Фридой Кало, которая едва не разрушила его брак.
В 1937 году Лев Троцкий искал политического убежища в Мексике. Супруги-художники Диего Ривера и Фрида Кало направили правительству Мексики петицию с просьбой предоставить Троцкому визу. Революционер вместе с женой отправился через Атлантику на нефтяном танкере.
Диего Ривера не смог встретить Троцкого. У художника обострилось заболевание почек, он попал в больницу. Поэтому именно Фрида Кало встретила Троцкого и его супругу Наталью Седову у берегов Мексики. Они прибыли в Мехико, в пригород Койоакан, имение Фриды — знаменитый Голубой дом.
Роман Льва Троцкого с художницей Фридой Кало начался той же весной 1937 года. Ей на тот момент было 28 лет, а ему около 60. Вот как пишет об их отношениях Джошуа Рубинштейн в книге «Троцкий: Жизнь революционера»:
«Это была безрассудная авантюра. Кало и Ривера не славились супружеской верностью, но при этом Ривера был страшно ревнив; узнай он об их связи, он бы, скорее всего, вышвырнул Троцкого из своего дома — если бы сперва не пристрелил его. Такой разрыв создал бы для Троцкого политические трудности в Мексике, о чем ему не преминули напомнить сотрудники его штаба».
Но в первое время отношений Фриды и Льва Риверо не замечал. Подозрения появились у жены революционера, Натальи Седовой. Она замечала, что разговоры мужа с молодой художницей выходят за рамки обсуждения политики и культуры, хотя и не знала английского языка. Чувствовала, что хозяйка дома проводит слишком много времени с ее супругом, замечала, что порой они остаются наедине.
Вскоре между супругами произошла ссора, Троцкий уехал на фазенду Сан-Мигель-Регла, которую для него снял Диего в 130 километрах от Мехико. Фрида и Диего Ривера отправились с ним, показывали гостю живописные места Мексики.
Лев Троцкий ежедневно писал жене. В одном из писем он упоминает о романе с художницей: «Ты как бы продолжаешь (даже написать трудно!) соперничать, соревновать… С кем? Она для меня — никто. Ты для меня — всё. Не надо, Ната, не надо, не надо, умоляю тебя».
В одном из писем он признается Наталье Седовой в любви: «Письмо твоё принесло мне радость, нежность (как я люблю тебя, Ната — моя единственная, моя вечная, моя верная, моя любовь и моя жертва!..), но вместе с тем и слёзы — слёзы жалости, раскаяния и… мучительства. <...> Приезжай!..»
Жена простила Троцкого. Роман с Фридой Кало был окончен, ему положила конец сама художница, рассказывает искусствовед Анастасия Коновалова. На прощание Фрида подарила революционеру автопортрет со словами: «Льву Троцкому с глубокой любовью я посвящаю эту работу». Но, уезжая из Голубого дома, тот не взял картину с собой.