Если сейчас провести опрос, какой праздник самый важный, то ответов может быть множество. В Российской империи он был предугадываемым: Пасха. Как писала Екатерина Андреева-Бальмонт, жена известного поэта, «Пасха справлялась у нас еще торжественнее Рождества». Гид Павел Перец расскажет о том, как праздновали Воскресение Христово в дореволюционной России и Петербурге.
Значимость Пасхи объяснялась довольно долгим постом. Это касалось не только строгой регламентации пищи: был запрет на проведение любых увеселительных мероприятий. Когда человек добровольно загоняет себя в достаточно жесткие рамки воздержания, а затем снимает с себя оковы этого канона, чтобы официально, с согласия церкви позволить себе все то, чего был лишен во время поста, он испытывает настоящую радость. Радость эта могла быть искренне религиозной, могла быть более житейской, но она объединяла всю страну.
В пасхальные дни Петербург был иллюминирован, на фасадах богатых особняков и правительственных зданий горели газовые лампы в виде царского вензеля. На рубеже XIX и XX веков газовые горелки были заменены электрическими лампочками. На столбах газовых фонарей устанавливались звезды из светящихся трубок. В менее аристократических кварталах от одного столба к другому протягивалась проволока, на которой развешивались шестигранные фонарики с разноцветными стеклами.
Еще в эпоху Александра III на колесоотбойных тумбах, отделявших тротуары от проезжей части, ставили плошки с конопляным маслом и зажигали в них фитиль. Вся улица таким образом превращалась в волшебный променад. Бытописатели Владимир Пызин и Дмитрий Засосов вспоминают, что в пасхальную ночь на Исаакиевском соборе зажигались факелы.
Перед самой Пасхой во всех домах проходила генеральная уборка. «Мыли окна, обметали потолки, выносили на двор и выколачивали мебель, ковры, драпировки, и полотеры натирали полы», — писала Андреева-Бальмонт.
Далее начиналось приготовление всевозможных блюд, среди которых главное место уделялось самой пасхе, куличам и покраске яиц. Из запасников доставались парадные сервизы, потом эта традиция перешла в СССР. Помните чайные сервизы, которые ставились на стол только по праздникам? Всевозможные нескоромные блюда из индейки и телятины окружали пасху, на которой из цукатов выкладывали буквы Х и В. Ее обступали куличи, облитые сахаром и украшенные бумажными цветами. Картину дополняла гора красных яиц.
Ближе к полуночи во всем парадном петербуржцы отправлялись в церковь. Несли еще не зажженные свечи, город преображался от количества людей на улицах в столь позднее время.
Многие храмы не могли вместить всех желающих. Поэтому часть прихожан стояла на паперти и ждала самого торжественного момента — крестного хода.
После фразы «Христос воскресе!» все собравшиеся с уже с горящими свечами отвечали: «Воистину воскресе!» Этим и открывался сам праздник, после которого начиналось разговение. Свечи старались донести до дома горящими, чтобы засветить от них лампадки. Молодые люди иногда шалили, задувая свечи у девушек, чтобы тут же подставить свою, еще горящую. Это был своеобразный способ знакомства. Некоторые изготовляли для свечей специальные ширмочки от ветра.
Вся следующая неделя проходила в увеселениях. Начинались балы и народные гулянья. Это был самый светлый и радостный период в году практически у всех россиян, который потом вспоминали до следующей Пасхи.
#культурныйкод