В истории Великой Отечественной войны до сих пор остаются белые пятна. Но есть и пятна темные. Такое пятно поставила на репутации РПЦ сотрудничество с оккупантами.
Многие батюшки воевали вместе со всей страной. И самые храбрые из них прошли в строю на Параде Победы в 1945 году, сияя наградами на рясах. Но были другие, те кто с амвонов проклинал советскую власть и призывал прихожан подчиниться "новому порядку".
Первым делом оккупанты искали себе добровольных помощников среди населения. Находились такие и среди духовенства, но так же, как и мирян, готовых служить врагу, их было меньшинство.
Как бы в награду за верность, немцы разрешали православным пастырям провести пышные пасхальные торжества в 1942 и 1943 годах. Пасху отмечали в больших городах и в селах. Условие было одно: обращение священников к мирянам должно было быть согласовано с оккупационной администрацией.
Народ в подавляющей части к оккупантам относился как к врагам, соответственно принимали и служителей Церкви, кто сотрудничал с врагом. Вполне понятно отношение к происходящему советского подполья и партизан.
Большие надежды оккупанты возлагали на Пасху. Однако ни один современный историк не берется утверждать, что даже празднование Пасхи на оккупированных территориях стало массовым. Не из-за отношения к празднику, а из-за отношения к коллаборационистам-священникам.
Тем не менее, во время большого праздника в храмы традиционно приходит больше людей. И немецкая администрация старалась внедрить в богослужения геббельсовскую пропаганду во всей красе...
Все это вспоминать в РПЦ сейчас не хотят. Если и пишут, то выворачивают события наизнанку, лепят из предателей мучеников. К примеру, на разных "открытых листах" и прочих антисоветских сайтах встречается фамилия священника Ольшевского. Причислен к новомученникам РПЦ, пострадашим от "гонений на Церковь".
Такой человек реально существовал, во время войны совершал богослужения в Острове (ныне районный центр Псковской области.
Немцы захватили Остров 9 июля 1941 года а уж в августе Ольшевский получил из рук немцев приход.
Там же немцы разрешили службы протоирею Сергию Ефимову, который был митрополитом Литовским и Виленским, и Сергию (Воскресенский), экзарху Прибалтики Московской Патриархии.
Оказывается целый экзарх здравствовал при кровавых большевиках! Более того, в 1940 году, Русская Православная Церковь увеличила паству за счет присоединения Прибалтики, чему была несказанно рада. Экзархат был учрежден в феврале 1941 года А в августе экзарх уже служил немцам, сформировал церковное управление под прямым контролем оккупационных властей.
Оккупанты прямо показывали, что намерены использовать церковь как опору нового порядка. В то же время кидали церковным иерархам подачки: восстанавливали и ремонтировать храмы, открывали церковно-приходские школы. Современные историки РПЦ стесняются этого факта, и пытаются называть "частной инициативой отдельных немецких командиров или чиновников". Надо же как-то оправдывать коллаборационистов...
Но из песни слов не выкинешь. Экзарх Сергий Воскресенский плотно контактировал с оккупационной администрацией, и любые действия согласовывал с ней. С согласия немцев, 18 августа 1941 года вл Пскове высадился десант из Латвии, прибыли 14 священников.
В этот же день пастырь первое богослужение в оккупированном Пскове в Кафедральном Свято-Троицком соборе. Во время крестного хода пелись среди лета пасхальные песнопения! Видимо, это должно было показать несказанную радость духовенства от отступления Красной Армии и пришествия "нового порядка освободителей от большевистского ига".
Как уже сказано, историки не очень любят рассказывать о делах священников во время оккупации. Поэтому в открытом доступе крайне мало документов иди хотя бы фотографий. Однако кое-что понять о событиях того времени можно.
В апреле 1942года прошли первые пасхальные празднования на оккупированной территории. Немцы разрешили в пасхальные дни не работать, и даже сократили комендантский час.
О пасхальных днях трубила подконтрольная немцам русскоязычная пресса. "Журналисты" печатали материалы о значении этого праздника, размещали информацию о грядущих богослужениях, обращения архипастырей и пастырей, рассказы на пасхальную тему из русской классической и эмигрантской литературы.
Например, в хронике газеты "Голос Крыма" (газета Симферополя времен оккупации) городская комендатура уведомляла местное население, что пасхальные богослужения запланированы на четыре дня: 3,4, 5 и 6 апреля. В Симферополе богослужения проходили в четырех церквях , само празднование Пасхи в Симферополе было прописано до мелочей. В городе было разрешено свободное нахождение на улице на две ночи с 3 на 4 и с 5 на 6 апреля.
5 апреля 1942 года передовица этого коллаборационистского рупора была посвящена исключительно празднованию Светлой Пасхи. На самом видном месте разместились рассуждения о сущности главного христианского праздника.
Естественно, без упоминания большевиков не обошлось. Проводились параллели "гонений" при большевиках преследованиями римского императора Нерона. И конечно, обещалось возрождение Православия после свержения сталинской тирании:
"..Первый удар большевиков был по церкви. Народ был духовно умерщвлен; потеряв веру, он потерял самого себя. Христианство пришло в мир в качестве религии рыбаков и бедных тружеников. Немалое время оно было вероисповеданием нищих.
Не только церковь, обращенная в руины, но и вся не так давно цветущая страна наша дымится в развалинах. Мы голодные и раздетые большевиками как первые христиане в поруганных храмах, без свойственного им блеска и пышности, прославляем своего Бога. Сейчас мы начинаем жить заново.
Праздник святой Пасхи да будет нашей огненной купелью, в которой зажгутся наши сердца друг к другу и любовью к родине. Если Россия вся целиком еще не воскресла к новой жизни, если на просторах ее полыхает пламя кромешного ада, созданного большевиками, то для нас, русских людей, увидевших зарю освобождения, здесь, в Крыму, Воскресение наступило.
Пожелаем, чтобы и вся Россия поскорее освободилась от власти коммунистического сатанизма. Да воскреснет поверженное и исстрадавшееся ее тело. Христос Воскрес!»
Короче говоря, праздник Пасхи пропаганда использовала как очередной повод натравить население на советскую власть, а оккупацию изобразить как начало новой жизни.
Любопытно, что через полвека примерно такой стиль и такие выражения использовали перестроечные журналисты... Да и используют по сей день.
Практически во всех занятых немцами районов СССР пасхальные дни стали выходными днями. Так было и в Брянской области. 4 апреля 1942 года старшины сельскохозяйственных управ получили распоряжение о нерабочих днях в Пасхальные дни: "Настоящим ставим Вас в известность о том, что 5 и 6 апреля считаются нерабочими днями по случаю религиозного праздника "Воскресения Христова", о чем оповестите граждан волости".
В других оккупированных районах время комендантского часа изменилось в связи с Пасхой. Например, в Таганроге 5 апреля 1942 года на круглосуточных предприятиях, объявлялся нерабочий день. Кроме того немцы обещали компенсировать выпадающую зарплату в виде пасхальной премии.
Со дня Великой Пасхальной субботы населению Таганрога немцы с барского плече подарили целый лишний час свободного хождения по улицам. Но... комендантский час никто не отменял, и даже детям под страхом наказания нельзя было оставаться на улицах, а также около раскрытых дверей и ворот своих квартир во внеурочные часы.
В Старо-Оскольском районе, через газету "Новая жизнь", венгерская комендатура оповестила, что разрешает считать нерабочими днями Рождество, Крещение, Пасху и другие церковные праздники.
В общем, свобода, как ее понимали оккупанты...
Через много лет бургомистр оккупированного Смоленска, Борис Меньшагин, отсидевший и вышедший на свободу, не казненный зловещими большевиками коллаборационист, описывал свои впечатления от празднования первой поднемецкой Пасхи в Смоленске : "Хорошо помню радостное чувство, испытанное мною в пасхальное утро 5 апреля 1942 года, когда, придя с семьей в собор к пяти часам утра, мы еле смогли протиснуться внутрь собора: весь огромный храм и двор были наполнены людьми".
Как и все коллаборационисты, Меньшагин предпочитал не говорить всей правды. Да, немцы приложили много усилий, чтобы Пасха праздновалась как можно пышнее. Богослужения даже транслировали по радио. Но нет, народ не особо радовался празднованию Пасхи под дулами автоматов.
И чтобы слепить картинку, что народа в храмах много, в них пригоняли советских военнопленных. А рядом с ними стояли солдаты Русской Освободительной армии, и даже германские солдаты и офицеры. Тоже ведь христиане...