У меня были папилломы. Гордиться тут нечем, но и стыдиться нечего. Они не мешали мне, а я им. Все испортила жена. Она сказала, что в моем возрасте уже пора задуматься о важном и избавиться от ненужного. Я уточнил: что она имеет в виду? Оказалось, что речь шла о здоровье вообще, и избавлении от папиллом в частности. А совсем не о том, на что я надеялся. Я не стал спорить. Приобрел различные чудодейственные мази и настойки и принялся за дело. Получалось не очень, оказалось, что для достижения нужного и окончательного эффекта необходимо смазывать себя регулярно и долго, о чем я разумеется забывал, да еще и в рассеянности оставлял препараты открытыми, от чего они выдыхались и теряли свойства. Жена сдалась первой. Она сказала, что я провонял всю ванну своими снадобьями, отчего у нее болит голова, поэтому она записывает меня к косметологу, где мне все удалят быстро и безболезненно. Я снова не стал спорить и в назначенный день и час явился куда сказали. Косметолог оказалась энергичной решительной дамой, встретив меня у стойки администратора она сказала следовать за ней, после побежала петляя по узким коридорам. Я побежал следом, гадая: является ли это частью процесса или она просто не хочет терять время попусту. Мы добежали до небольшого кабинета, разделенного надвое высокой кушеткой. Косметолог обогнула ее и сказала мне ложиться головной частью сюда. Я задумался о том, что у меня может быть головной частью. Пока я думал, она энергичным взмахом руки показала мне в какую сторону укладываться и сказала, чтобы я раздевался до пояса. Пока я снимал футболку и ложился, она спросила: нужно ли обезболивать? Я в свою очередь спросил: а это вообще больно? Она сказала, что сначала немного больно, а потом вообще ни капельки. Я подумал, что раз так, то как-то неловко просить обезболивание и сказал, что ничего не нужно. Все оказалось ровно наоборот. Сначала было больно, а потом очень больно. Еще и пахло чем-то горелым. Я принюхался и понял, что пахнет мной. Какое-то время я терпел, думая, что все быстро закончится, но ничем быстрым и не пахло. Я покосился на настенные часы. Прошло уже двадцать минут. Я подумал, что, наверное, уже пора просить обезболить, но с другой стороны, прошло уже много времени и если попросить обезболить сейчас, то буду выглядеть как какой-то тормоз. Тут она как-то особенно сильно нажала своим прибором и стало особенно больно, я уже готов был заорать про обезболивание, но как назло подумал: как же я стану космонавтом, если не могу перетерпеть? Пока я пытался понять, откуда мне в голову влезли мотивирующие лозунги советского детства, она остановилась. Я воспользовался паузой и стараясь не срываться на рыдания, сказал, что было бы очень интересно попробовать обезболить, чтобы понять, в чем собственно разница? Она посмотрела на меня с некоторым удивлением и спросила есть ли у меня аллергия на лидокаин? Я сказал, что понятия не имею, и чтобы она скорее делала укол, заодно и про аллергию выясним. Укол тоже оказался очень болезненным. Но разница в ощущениях после действия лидокаина была колоссальная. Я вернулся домой и заявил жене, что не желаю больше жить во лжи. Она вопросительно подняла брови. Я заявил, что она меня обманула, сказала, что будет быстро и не больно, а было долго и жутко больно. Жена презрительно фыркнула и сказала, что это я еще эпиляцию не делал.