Этот вопрос задавал Понтий Пилат Иисусу перед тем, как позволить казнить его. А Истина – это и есть сам Иисус, стоящий перед грозным наместником. Иисус – такой обыкновенный, такой человечный, такой даже невзрачный. Ну кто же будучи в своем уме поверит, что в нем воплотился Бог? Он больше похож на малахольного, слегка помешанного. Но мы-то знаем, что было потом...
Этот вопрос задавал Понтий Пилат Иисусу перед тем, как позволить казнить его. А Истина – это и есть сам Иисус, стоящий перед грозным наместником. Иисус – такой обыкновенный, такой человечный, такой даже невзрачный. Ну кто же будучи в своем уме поверит, что в нем воплотился Бог? Он больше похож на малахольного, слегка помешанного. Но мы-то знаем, что было потом...
