Подписанный недавно в Кыргызстане закон, вводящий запрет на ношение никаба в публичных местах, руководствуется в первую очередь соображениями безопасности — из-за сложности идентификации личности. Подобная форма женской одежды (скрывающей полностью лицо) давно вызывала опасения у соответствующих органов.
Об этом в беседе с #PolitRUS заявил признанный эксперт по Центральной Азии, директор аналитического центра Prudent Solutions Эсен УСУБАЛИЕВ:
— Обсуждаемый закон изначально не имеет ни целей ужесточения религиозной политики, ни уже тем более предвзятого отношения к обязанностям мусульманок полностью скрывать определенные части тела (аурат) и волосы от посторонних взглядов. Тем более, что #никаб как форма одежды распространен в очень ограниченном числе стран (Афганистан, к примеру), либо по личному выбору в некоторых государствах Ближнего Востока.
Является очевидным, что в странах, которые неоднократно сталкивались с проблемой терроризма и экстремизма, подобный вид одежды давно представлял серьезные трудности — это вопросы идентификации, а также общей атмосферы в обществе.
Даже в странах Центральной Азии с преимущественным мусульманским населением, подобная одежда нередко вызвала общественное порицание и так и не стала нормой, несмотря на высокие темы исламского возрождения в свое время и, как результат, возросшую степень религиозности общества уже к 2010-2015 гг.
В настоящее время религиозность общества в Кыргызской Республике имеет стабильные формы и свои очерченные границы, редко переходит в радикальные формы — можно с уверенностью говорить, что за последние 10 лет общество просто разделилось на религиозную и нерелигиозную части и мирно сосуществуют, оставив конфликты на религиозной почве полузабытыми эпизодами из недалекого прошлого.
В настоящее время в самом Кыргызстане не зафиксировано случаев конфликта на почве запрета на ношение никаба. Возможно, это связано с тем, что правоохранительные органы пока лишь предупреждают о возможности наложения штрафа и вполне корректно просят более публично его не носить.
Между тем, довольно трудно оценить, насколько государство будет и сможет реализовывать новое требование в общественных местах — возможно в столице и крупных городах это вполне осуществимые и необходимые мероприятия. А вот в отдаленных районах и городах, учитывая местную специфику это трудно осуществимо. Не исключено, что за исполнением этого закона в отдаленных районах не будут так пристально следить.
В любом случае, сейчас ожидать реакции радикально настроенной религиозной части общества в Кыргызстане ожидать не следует, поскольку ношение такой одежды, не является обязательным требованием ислама и в контексте общественной безопасности, может даже быть нежелательным.
В частности, по этому поводу уже выступал муфтият страны, отметив, что никаб является чуждым для общества явлением, особенно с учетом опасений, что под ним могут скрываться даже мужчины, представляющие угрозы общественной безопасности.
В международном плане к этому вопросу подходят по-разному. Так, во Франции, Нидерландах и Дании также запрещено ношение одежды, полностью закрывающей лицо. Россия, имеющая многомиллионное и многонациональное коренное мусульманское население, вынуждена подходить к этому вопросу весьма аккуратно и деликатно — понимая, что с учетом особенностей международно-политической обстановки, лишний повод для роста радикальных религиозных настроений — это дополнительны фактор раздражения для определенных частей общества. Особенно с учетом того, как нередко рьяно и с перегибами могут исполняться законы на местах.
Тем не менее, представляется, что запрет на ношение никаба в России — это вопрос времени и он сопряжен с необходимостью проведения комплексной информационно-разъяснительной работы Духовным управлением мусульман (ДУМ) России, совместно с органами власти.
Здесь необходимо учитывать масштабы работы в России, которые не сравнимы и не сопоставимы с какой-либо другой страной. Не исключено, что подобная работа уже ведется, в первую очередь в мусульманских сообществах.