Германик был молод, талантлив и ему было суждено стать следующим императором Рима, пока он внезапно не умер. Толпы скорбели, и последовали шепоты об убийствах и нечестной игре.
Германик не должен был умереть молодым. Внучатый племянник императора Августа должен был стать следующим правителем Рима. Но на пике своей политической карьеры золотой мальчик Рима внезапно и загадочно умер.
Германик был красив, одарен светскими манерами и был харизматичным лидером на поле боя. Император Август устроил так, чтобы его наследник Тиберий официально усыновил Германика в возрасте 19 лет, дав тем самым негласное указание на то, что Германик, а не сын Тиберия Друз, должен стать следующим императором.
В 14 г. н. э. умер Август, и следующим императором Рима стал Тиберий. Некоторые считали, что таланты Германика затмевают Тиберия, прилежного человека, которому не хватало харизмы его приемного сына. Со слухами о зависти Тиберия и множеством политических врагов вокруг него, у Германика было несколько потенциальных соперников, которые могли желать ему смерти. Когда он умер в возрасте 34 лет, многие считали, что причиной было убийство.
Герой войны
Предполагалось, что Германик однажды будет править империей и его следовало подготовить для этой роли. Когда Тиберий стал императором, он поручил Германику восстановить римское влияние к востоку от реки Рейн после того, как германские племена разгромили римские легионы в битве в Тевтобургском лесу в 9 г. н. э.
Молодой Германик, который в то время был консулом в Галлии, пересек Рейн и вторгся в Германию при поддержке восьми верных легионов. Он, наконец, добился победы в битве при Идиставизо, около реки Везер, в 16 г. н. э. Тиберий даровал Германику триумф и попросил его вернуться в Рим. Историк первого и второго веков н. э. Тацит описал, как Тиберий восхвалял своего приемного сына:
Волнения на Востоке могли быть утихомирены только мудростью Германика: ведь его годы уже клонились к закату, а годы Друза еще едва достигли зрелости.
Несмотря на злобные слухи о зависти императора к военным успехам Германика, Тиберий дал ему в 17 г. н. э. особое поручение урегулировать дела на греческом востоке. Знание и управление этими провинциями было необходимым шагом в подготовке будущих императоров.
Но Тиберий принял решение, которое некоторые не поняли. Помимо предоставления Германику верховного командования на востоке, Тиберий назначил государственного деятеля Гнея Кальпурния Писона наместником Сирии. Провинция Сирия была влиятельной, поскольку легионы, защищавшие опасную границу с Парфянской империей, главным врагом Рима в то время, были размещены в сирийской столице Антиохии.
Пизон, римский сенатор древнего происхождения, имел репутацию человека сурового, и, похоже, Германик был против его назначения. Ходило множество слухов; критики говорили, что император Тиберий назначил Пизона по наущению своей матери, императрицы Ливии, с намерением тайно контролировать Германика. Пизона в Сирии сопровождала его жена Планцина, близкая подруга Ливии, и, по словам древних историков, его обвиняли в ведении кампании враждебности и запугивания против Германика и его жены Агриппины. В «Анналах» Тацит пишет: «Считалось, что он действительно получал личные инструкции от Тиберия; и Планцина, вне всякого сомнения, получила совет от бывшей императрицы, одержимой женской ревностью преследовать Агриппину».
Предчувствие будущего
Путешествие Германика на восток было во многих отношениях консолидацией власти. Сначала он прибыл в Никополь, город, построенный Августом около Акция. Из Акция Германик отправился в Афины. Это был счастливый и праздничный визит, где вся его семья была принята с большими почестями. Но дорога на восток имела и свои невзгоды. Когда Германик прибыл в провинцию Азия, он посетил знаменитый оракул в Кларосе около Колофона, где жрецы передавали волю Аполлона через стихи. К всеобщему удивлению, оракул не принес Германику благоприятного послания. Фактически, жрец предсказал его преждевременную смерть.
Германик эффективно исполнял свои обязанности на востоке. Он короновал нового царя Армении и построил дипломатические отношения с Парфией и ее сателлитными царствами. В глазах Писона дружественная дипломатия Германика ослабляла позиции Рима. Писон начал клеветническую кампанию против Германика, одновременно развращая легионы, покупая их поддержку, чтобы настроить их против Германика. Отношения между двумя мужчинами ухудшились, когда последний решил посетить Египет.
Восхваляемый в Египте
Согласно папирусу, найденному в Оксиринхе, Египет, когда Германик прибыл в Александрию, местные жители приветствовали его с излиянием энтузиазма. Они выкрикивали свою поддержку во время его публичных выступлений. Возможно, воодушевленный этим приемом, Германик попытался смягчить нехватку зерна в провинции, открыв императорские зернохранилища, главный источник пшеницы для города Рима. Поставки пшеницы в столицу империи были нарушены, что вызвало страх нехватки продовольствия.
Оплошность Германика беспокоила Тиберия. И это чувство усугублялось негативными отчетами Писона. Отношения между Тиберием и Германиком ухудшились, и они отдалились друг от друга. Когда Германик вернулся из Египта в Антиохию в Сирии, его вражда с Писоном уже была общеизвестна.
Затем Германик внезапно заболел. В древности определение причины любой болезни было сложным. Было нелегко принять, что 34-летний человек, предназначенный для самых высоких обязанностей, мог серьезно заболеть без предупреждения или ясной причины. Искав другие причины, друзья и родственники считали, что Пизон, главный враг Германика, возглавил заговор против него. Сам Германик был согласен.
Вскоре приближенные Германика заявили, что нашли во дворце доказательства того, что генерал подвергался вредоносным магическим практикам. Они утверждали, что нашли обугленные останки человеческих тел, сопровождаемые заклинаниями и проклятиями. Таблички проклятий представляли собой тонкие листы свинца, на которых были написаны магические заклинания.
Среди проклятых табличек была найдена одна с именем «Германик», окруженная магическими призывами к богам подземного мира. Сторонники Германика отправились на поиски виновника. Предполагалось, что их заказал Писон. Жена Писона, Планцина, наняла женщину, которая, как говорили, была известна своими ядами и злыми искусствами, что только усиливало их подозрения. Косвенные улики против Писона накапливались.
Зная об обвинениях Германика, Пизон решил покинуть Сирию и отправиться в Рим. По дороге он получил известие о том, что Германик выздоравливает. Когда это же известие достигло Рима , оно было встречено всеобщей радостью. Толпа, вооруженная факелами, выбежала на улицы посреди ночи, неся животных для жертвоприношения и крича: «Salva Roma, salva patria, salvus est Germanicus — Рим в безопасности, отечество в безопасности, Германик в безопасности». Их празднования длилось недолго.
Вскоре после этого Германик умер в Антиохии. Перед смертью Германик открыто обвинил в своем убийстве Пизона и Планцину. В «Анналах» Тацита описывается, как Германик на смертном одре говорит: «Теперь я действительно отделен от вас злодеяниями Пизона и Планцины, его жены, и я оставляю свои молитвы в ваших сердцах».
Врачи тщательно осмотрели его тело на предмет наличия яда, но ничего не нашли. В Антиохии его похороны были простым делом, но Тацит передает, что скорбящие предлагали «воспоминания о его добродетелях. Были те, кто… сравнивал его кончину с кончиной Александра Македонского».
Прах Германика
Римский историк Тацит описал сцену, когда Агриппина, «обезумев от горя», прибыла в порт Бриндизи с прахом своего мужа и в сопровождении своих шести детей — Нерона, Друза, Гая (будущего императора Калигулы), Агриппины Младшей, Юлии Друзиллы и маленькой Юлии Ливиллы. «Не только гавань и прилегающие берега, но и городские стены, крыши и каждое место, откуда открывался самый дальний вид, были заполнены толпами скорбящих, которые беспрестанно спрашивали друг друга, должны ли они, когда она высадится, принять ее молча или с каким-то выражением эмоций... Когда Агриппина сошла с судна со своими двумя детьми, обнимая погребальную урну, с глазами, прикованными к земле, раздался один всеобщий стон. Вы не могли отличить родственников от чужих или плач мужчин от плача женщин» ( Анналы , книга III, I).
Писо на суде
Тело Германика было кремировано, а пепел был передан его вдове для возвращения в Рим. Сопровождаемая своими детьми, скорбящая Агриппина использовала это путешествие, чтобы почтить память своего покойного мужа и призвать тех, кого она считала ответственными за его смерть. Когда она прибыла на южное побережье Италии в Бриндизи, Агриппину приветствовали большими излияниями общественного горя. Однако Тиберий заметно отсутствовал и разрешил провести в Риме только скромные церемонии для Германика.
Расстроенный трауром народа, Тиберий обратил внимание на Писона, который вернулся в Сирию после смерти Германика. Писона должны были судить в Сенате. Вердикт Сената был окончательным: Писон, наместник Сирии, был признан виновным в убийстве Германика, неподчинении и провоцировании гражданской войны в Сирии, которая вспыхнула после смерти Германика. Наместник был приговорен к смерти, но покончил с собой до того, как наказание было приведено в исполнение. После смерти Писона сенат наложил на него шесть посмертных наказаний, включая запрет на публичный траур, удаление портретов и статуй и конфискацию его имущества.
Сенат Рима против губернатора Пизона
На бронзовой табличке записано осуждение Пизона римским сенатом.
ПРИГОВОР
Название бронзовой скульптуры гласит: «Постановление Сената относительно старшего Гнея Писона, вывешенное для обозрения, когда проконсулом был Н. Вибий Серен». Вибий Серен был губернатором Бетики (римская провинция в Испании) и опубликовал постановление Сената в Кордове. Бронза является одной из многочисленных копий осуждения Писона, распространенных в Риме.
СПАСЕНИЕ ГОСУДАРСТВА
«Римский сенат и народ воздали благодарность прежде всего бессмертным богам за то, что они не позволили спокойствию нынешнего состояния Республики быть нарушенным преступными замыслами [Гнея Писона], когда этого нельзя было желать и чье наслаждение происходит на благо нашего государя».
ПРЕДАТЕЛЬСТВО
«Исключительная умеренность и терпимость Германика Цезаря были побеждены жестоким поведением [Гнея Пизона] и что, следовательно, Германик Цезарь, уже умирающий, смерть которого он сам засвидетельствовал, что причиной был [Гней Пизон], не без причины отказался от дружбы с ним».
ВОЛНЕНИЕ
Пизон «пытался спровоцировать гражданскую войну», и он был замечен как обладающий уникальной жестокостью, что привело к многочисленным казням людей без приговора Сената. Он казнил «не только иностранцев, но даже распял центуриона, римского гражданина; [он] развратил военную дисциплину», оправдывал непокорных солдат и нецелевым образом использовал средства.
Несмотря на осуждение Пизона, споры о смерти Германика продолжаются и сегодня. Ученые полагают, что он мог умереть естественной смертью, но окончательных доказательств не существует. Если Германик был убит, Пизон остается главным подозреваемым, но Тиберий также попал под подозрение. В конце правления императора он начал преследовать своих политических оппонентов, включая Агриппину и двух сыновей Германика. Но чтобы усложнить ситуацию для будущих историков, Тиберий усыновил выжившего сына Германика, Гая Юлия
Цезарь Германик, который станет следующим императором. История знает его больше как Калигулу.