Свекровь сообщила мне, что у мужа появилась любовница, а потом сделала предложение, от которого сложно отказаться

Дарья Игоревна сидела напротив, поправляя волосы, и смотрела на меня так, будто ждала аплодисментов. Ее маникюр постукивал по чашке, а я сжимала свои ладони.

— Ты должна это знать, — произнесла она. — У Влада есть любовница.

Я сидела, как во сне. В голове промелькнуло: «Почему именно она мне об этом говорит?». Свекровь никогда не была мне подругой. Ее визиты ограничивались критикой интерьера и намеками, что «в мои годы» она уже воспитывала двоих.

— Ты не веришь? — Она достала телефон, провела пальцем по экрану и протянула мне. На снимке Влад целовал в шею стройную блондинку в парке. Дата съемки вчерашняя.

— Зачем ты это показываешь? — мой голос звучал чужим.

— Потому что я предлагаю тебе проучить их.

Она улыбнулась, как продавец, рекламирующий товар. План был прост: подстроить встречу, устроить сцену, а затем пригрозить Владу оглаской.

— Он твой сын, — прошептала я.

— И поэтому знаю, как его ударить больнее.

Возможно, согласилась я из мести. Или из любопытства. Или потому, что в ее глазах, холодных, как сталь, увидела ту боль, которую скрывала сама.

Через два дня я стояла у зеркала, поправляя черное платье, в котором была, когда впервые встретила Влада. Дарья Игоревна одобрительно кивнула:

— Идеально.

Мы приехали в ресторан, где он встречался с ней. Свекровь заняла столик напротив, я спряталась за колонной. Когда они вошли, мое сердце замерло. Он держал ее за руку, так же, как когда-то меня.

— Пора, — Дарья Игоревна поднялась, словно королева, и направилась к ним. Я последовала, запинаясь на каждом шаге.

— Мама? — Влад побледнел. Девушка попыталась высвободить руку, но он не отпускал.

— Здравствуй, сынок. Катерина, прошу, присядь. — Свекровь указала на стул, и я автоматически села рядом. — Ты думал, мы не узнаем?

Он пытался отрицать, но Дарья Игоревна прервала его, показав на экране телефона несколько фото: Влад и та же блондинка целуются у подъезда.

— Выбор прост: либо ты разрываешь с этой... особой и просишь у Кати прощения, — она презрительно скосилась на девушку, — либо завтра эти снимки будут у всех твоих коллег, друзей и даже партнеров.

Влад сжал кулаки. Он гордился своей безупречной репутацией «идеального семьянина», которую сам же создал.

— Хорошо, — прохрипел он. Девушка вскочила и убежала.

Дома Дарья Игоревна налила нам коньяк.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодари. Я сделала это не для тебя.

Она достала фото. На нем молодой Влад-старший обнимал другую женщину.

— Мой муж тоже любил «романтические прогулки». Я молчала, и он умер, так и не узнав стыда. Но ты... ты теперь знаешь, как заставить их бояться.

Уходя, она обняла меня. А я поняла, что ее месть была не Владу.