{"draftJsState":{"blocks":[{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"И вот вырисовывается психейный сюжет Декарта: наполеонизм самоутверждения, императорское завоевание мира духа — и покой, уединение, где единственно мог чувствовать себя при себе. Само собой разумеется, что Декарт, уйдя от обычной жизни с детства, в своем боковом пути далеко ушел от понятий века, а потому и страшился (церкви, ученых), и хотел утвердить себя в ином. Тем более, что в салоне не самоутверждался. А самоутверждение в обществе и любви отчасти взаимозаменимы. Притом во Франции и то и другое во многом — формы тщеславия, как движущей причины. Стендаль это исследовал (трактат «О любви», романы): его Жюльен Сорель — меж этих двух путей в чистом виде (карьера и любовь): один гильотинирует другого. Да тот же конфликт в трагедии классицизма: «Сид» Корнеля — диалектика тщеславия: оно раздвояется, и тщеславие-любовь борется с тщеславием полководчеством. Так что чистое мышление, как вообще уход в Истину, там мало знаемо. Если Паскаль уединялся в Пор Руаяле, то не надолго, лечить раны, да и оттуда писал письма провинциалу и т. п. И Декарт из своего местечка в Голландии с Мерсенном обширную переписку вел и тем в вожди выходил всего духовного движения, бразды держал. И Вольтер — из Фернея, Руссо — из Женевы. И все — с королями стремились якшаться: с принцессой Елизаветой и королевой Христиной (Декарт), с Фридрихом (Вольтер), с Екатериной (Дидро). И мысль — даже просто философская, даже геометрия и ньютонианство, превращалась здесь в материал социальных, светских бесед, чтоб в салонах женских проблистать умом остроумием; и Энциклопедия наук стала социальным событием, а Просвещение готовило революцию…","type":"blockquote","key":"2jcp8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":0,"length":11,"offset":0}],"inlineStyleRanges":[],"text":"Г. Д. Гачев","type":"blockquote","key":"4cq7r"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Георгий Дмитриевич Гачев (1929–2008) — советский и российский философ, литературовед, д. фил. н., специалист по эстетике, разрабатывал оригинальную концепцию «национальных образов мира». Подробнее об идеях Гачева рассказывается в статье д.ф.н. Шибаевой М. М. «О специфике опыта культурфилософской рефлексии Г. Д. Гачева». Приводим выдержки из текста:","type":"unstyled","key":"f1bph"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":577,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"«Расширение отечественного пространства философской рефлексии над спектром проблем культуры связано в последние десятилетия как с тематическим обогащением сферы гуманитарного знания в целом, так и с интеллектуальным творчеством ряда глубоких и оригинальных мыслителей. В их ряду – и Георгий Дмитриевич Гачев (1929–2008). Тематическая многогранность и смысловая ёмкость неординарных текстов мыслителя дают основание для признания таких измерений его опыта культурфилософской рефлексии, как гносеологическое, этнопсихологическое, аксиологическое, экзистенциальное и эстетическое.","type":"unstyled","key":"6qkiu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":390,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Каждое из отмеченных измерений неотделимо от актуализации установки мыслителя на интеллектуальную деятельность как творчество, обусловливающее особое состояние субъекта познания – гнозис переживаний. Значительное место в философско-творческом наследии этого мыслителя занимают труды, посвящённые феномену этнокультурного многообразия под углом зрения национального «Космо-Психо-Логоса». <…>","type":"unstyled","key":"9d9de"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":482,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Особый интерес вызывала у Георгия Гачева «энтелехия» (целевая причина, по Аристотелю) каждого народа и его национальной культуры, система ценностных ориентиров, которая проникает и сказывается во всём: от кухни и костюма до критерия научной истинности. Выявлению причинно-следственных связей в культурно-историческом развитии самых разных этносов и раскрытию уникальности духовно-практического освоения ландшафтно-климатических реалий было отдано исследователем много лет и сил. <…>","type":"unstyled","key":"flb69"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":507,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Заслуживает внимания и такая особенность культурфилософской рефлексии Гачева, как его пристрастие к традиции объяснения национальной картины мира посредством «языков» четырёх стихий, каждая из которых писалась им с большой буквы, – Воздуха, Земли, Воды и Огня. Мотив возникновения этнокультурных различий под влиянием одной из стихий-доминант является в определённой степени смысловой нитью, связующей работы о различных гранях этнокультурного разнообразия, переживаемого как «возлюбленная непохожесть». <…>","type":"unstyled","key":"8lgh"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1047,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"По мере осмысления философско-творческого наследия Георгия Гачева всё более очевидной становится несводимость предметной области его изысканий к проблематике генезиса автостереотипов народов мира и ментального разнообразия мировой культуры. Будучи филологом по базовому образованию, полученному в МГУ, он довольно рано почувствовал потребность в философском осмыслении многих проблем динамики культуры, включая и стереотипы отношения к естественно-научному и гуманитарному знанию. Его установка на смысловое сопряжение этих типов научного знания была актуализирована в 1971 году в работе «Гуманитарный комментарий к физике и химии» (Диалог между науками о природе и человеке); а спустя 20 лет такого рода комментарий был значительно расширен и углублён, став содержательной основой двух монографий: «Книга удивлений, или Естествознание глазами гуманитария, или Образы в науке» и «Наука и национальные культуры». Дальнейшее развитие гачевский мотив модальности «встречного движения» различных наук получил в работе «Математика глазами гуманитария».","type":"unstyled","key":"c5vkq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":762,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Представляется, что содержательно-экспрессивные особенности комментариев Гачева на эту тему обусловлены в немалой степени субъективной готовностью и способностью удивляться. Его книги, написанные в ХХ веке в реалиях научно-технического прогресса, подтверждают собой, насколько был прав Аристотель, когда отмечал ценность удивления как побудителя к философским размышлениям. Важно иметь в виду и то, что эвристический аспект опыта погружения Гачева в сферу естественно-научного знания отмечается не только философами, но и авторитетными представителями точных наук. Так, например, перспективность тенденции сужения водораздела между гуманитарным и естественно-научным знанием подчёркивается выдающимся учёным, удостоенным Нобелевской премии, Ильёй Пригожиным. <…>","type":"unstyled","key":"65ngt"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":1,"length":10,"offset":655}],"inlineStyleRanges":[{"length":908,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Не менее наглядно проявляется в исследовательской мотивации Гачева и его устойчивый интерес к вопросам эстетики как философии искусства: свидетельство тому его работы «Жизнь художественного сознания», «Содержательность художественных форм», «Творчество, жизнь, искусство», «Музыка и световая цивилизация» и другие. В каждой из этих работ природа и сущность художественного творчества рассматривались в оптике, близкой к культурологической эстетике. Трансформация художественных форм от Античности до ХХ века предстаёт в эстетической рефлексии мыслителя через призму исторического развития и актуального состояния искусства как «культурного самосознания» (Г. Г. Шпет). Согласно Георгию Гачеву, «жанры художественного миропонимания усложняются вместе с усложнением бытия и сознания», а в контексте динамики культуры «смещение языковых систем является неистощимым источником для художественного освоения бытия».","type":"unstyled","key":"8ocgi"},{"data":{"image":{"id":"6800ed72febf397797827f82"}},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Гачев Георгий Дмитриевич (1929-2008) – советский и российский философ, культуролог, литературовед и эстетик; доктор филологических наук; ведущий научный сотрудник Института славяноведения РАН; выдвинул концепцию ускоренного развития литературы. \n","type":"atomic:image","key":"4mae"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":763,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Предавшись, говоря словами самого Гачева, «вольному любознанию», он разработал собственный способ «вживания-вчувствования» (М. М. Бахтин) в проблематику культурно-эстетического разнообразия как «изобилия бытия». Логику субъективного постижения различных граней «изобилия бытия» и свои ощущения «гностической радости» он раскрывал в жанре «жизненно-философского дневника». Такого рода жанр соответствовал гачевскому доверию к эвристической энергетике «привлечённого мышления», направленного на «уразумение» не только собственно философских проблем, но и «диалектики повседневности», в немалой степени обусловливающей характер субъективных впечатлений и переживаний. Отсюда и его последний, увы, незавершённый замысел написания книги «Философия быта как Бытия». <…>","type":"unstyled","key":"diq25"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":269,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"… с точки зрения Гачева, природа не столько противостоит культуре, сколько является импульсом для неё: «уже устроение природы здесь есть текст и сказ: горы или море, лес или степь, тропики или времена года – это же всё некие мысли бытия, сказанные словами природы!» <…>","type":"unstyled","key":"3cukv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":519,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"То обстоятельство, что в текстах Гачева естественный и искусственный миры обозначаются с большой буквы, подобно Богу, говорит о сакральном отношении исследователя к природно-культурным основаниям самобытности каждого народа как субъекта своей уникальной исторической судьбы. С этой точки зрения стоит отметить, что в отличие от приверженцев традиции утилитарного отношения к природе, для Георгия Гачева характерно благоговейное восприятие органического мира во всём его многообразии и циклической смене времён года. <…>","type":"unstyled","key":"fj92h"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":1140,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Свои «интеллектуальные путешествия» в культурные миры разных стран и народов Гачев осуществлял посредством сопряжённости познавательно-аналитического и ценностно-эмоционального способов постижения предмета рефлексии. Такая сопряжённость позволяла мыслителю показать и обосновать на массиве культурных текстов и артефактов «национальное как особый талант зрения». Причём своеобразие этнокультурного мировидения раскрывалось через призму проблемы субъекта национальной культуры – как коллективного, так и индивидуального. Многолетний интерес к данной проблеме он объяснял несколькими причинами. Во-первых, тем, что «национальный характер народа, мысли культуры – очень хитрая и трудноуловимая материя». Во-вторых, тем непреложным для мыслителя обстоятельством, что «природная, общественная и культурная среда не может не пропитывать своими установками, ориентирами, шкалой ценностей, архетипами мышление учёного, его деятельность с объектами своей науки». Отсюда и третья причина научной целесообразности познания специфики национального Космо-Психо-Логоса через «вживание-вчувствование» в классические образцы индивидуального творчества. <…>","type":"unstyled","key":"6fnen"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":374,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Ключевые концепты и идеи Гачева, его опыт культурфилософской рефлексии, все десятилетия «жизни с мыслью» несут на себе печать особого типа переживаний «привлечённого мышления»: исследователем руководила, говоря его же словами, «жизненно-страстная, эросная энергия». Нередко такого рода энергетику он определял близким к «эросу духа» Платона понятием «разум восхищённый». <…>","type":"unstyled","key":"546gl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":704,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Таким образом, содержательность «интеллектуальных путешествий» в исторические глубины этнокультурного разнообразия и стилистика аргументации Гачева как незаурядного мыслителя дают основание для вывода об эвристической значимости его философско-творческого наследия. Конфигуративность взаимосвязи в книгах Гачева гносеологического, аксиологического, этнопсихологического и экзистенциального подходов к генезису и динамике этнокультурного разнообразия вполне согласуется с его установкой на сопряжённость философской и художественной рефлексии. По свидетельству мыслителя, в рефлексии над любой темой он стремился «уловить интуиции, созерцания и видения под системно-рассудочными выкладками философов». <…>","type":"unstyled","key":"dbmnn"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[{"length":684,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"По сути, десятилетия неустанного «писания в стол» (о публикации его изысканий до конца 1980-х годов не могло быть и речи) были периодом культурного подвижничества Гачева. Весь его жизненный путь, наполненный духовно-нравственными исканиями и обретениями, являет собой наглядное подтверждение философии поступка (М. М. Бахтин). Именно поэтому трудно переоценить опыт сопряжения в философском наследии Георгия Дмитриевича Гачева сугубо научных проблем с рационально-эмоциональным постижением ценностных и творческих аспектов человеческого существования как Бытия. Отсюда и значимость вклада самобытно мыслящего и свободно выражающего свою позицию философа в сферу гуманитарного знания».","type":"unstyled","key":"nj9f"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"Основные работы Г.Д. Гачева","type":"header-three","key":"561i7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Ускоренное развитие литературы (на материале болгарской литературы первой половины XIX в.)» (1964)","type":"unordered-list-item","key":"8hi5u"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Любовь, человек, эпоха. Рассуждение о повести «Джамиля» Ч. Айтматова» (1965)","type":"unordered-list-item","key":"1pdfj"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Содержательность художественных форм: Эпос. Лирика. Театр» (1968)","type":"unordered-list-item","key":"4p72v"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Жизнь художественного сознания. Очерки по истории образа» (1972), ч. 1","type":"unordered-list-item","key":"aghkl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Творчество, жизнь, искусство» (1980)","type":"unordered-list-item","key":"97c79"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Образ в русской художественной культуре» (1981)","type":"unordered-list-item","key":"9ebs"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Чингиз Айтматов и мировая литература» (1982)","type":"unordered-list-item","key":"98s1q"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира: Общие вопросы (Русский. Болгарский. Киргизский. Грузинский. Армянский)» (1988)","type":"unordered-list-item","key":"e4v3u"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Чингиз Айтматов: (В свете мировой культуры)» (1989)","type":"unordered-list-item","key":"beiij"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Жизнемысли» (1989)","type":"unordered-list-item","key":"e5qb5"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Неминуемое: Ускоренное развитие литературы» (1989)","type":"unordered-list-item","key":"f279v"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Книга удивлений, или Естествознание глазами гуманитария, или Образы в науке» (1991)","type":"unordered-list-item","key":"fmiud"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Русская Дума: Портреты русских мыслителей» (1991)","type":"unordered-list-item","key":"1l28g"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Логика вещей и человек: Прение о правде и лжи в пьесе М. Горького «На дне» (1992)","type":"unordered-list-item","key":"409tj"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Наука и национальные культуры: (Гуманитарный комментарий к естествознанию)» (1992)","type":"unordered-list-item","key":"2e6u8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Образы Индии: (Опыт экзистенциальной культурологии)» (1993)","type":"unordered-list-item","key":"54dl2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира: Космо-Психо-Логос» (1994)","type":"unordered-list-item","key":"7pvbc"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Русский Эрос: «Роман» Мысли с Жизнью» (1994)","type":"unordered-list-item","key":"20ml2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Семейная комедия: Лета в Щитове» (1994)","type":"unordered-list-item","key":"786b6"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Жизнь с Мыслью: Книга счастливого человека (пока…)» (1995)","type":"unordered-list-item","key":"93vn3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира: Америка в сравнении с Россией и славянством» (1997)","type":"unordered-list-item","key":"184h3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира: Курс лекций» (1998)","type":"unordered-list-item","key":"cq7p"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Воображение и Мышление» (1999)","type":"unordered-list-item","key":"dlfg8"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Музыка и световая цивилизация» (1999)","type":"unordered-list-item","key":"b4dn3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира: Евразия — космос кочевника, земледельца и горца» (1999)","type":"unordered-list-item","key":"f3akf"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«С Толстым: Встреча через век» (1999)","type":"unordered-list-item","key":"3hids"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Андрей Синявский — Абрам Терц и их(ний) роман «Спокойной ночи» (2000)","type":"unordered-list-item","key":"7keiv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Вещают вещи. Мыслят образы» (2000)","type":"unordered-list-item","key":"f088d"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира. Кавказ: Грузия. Азербайджан. Армения» (2002)","type":"unordered-list-item","key":"502jt"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира. Центральная Азия: Казахстан. Киргизия. Космос Ислама» (2002)","type":"unordered-list-item","key":"9npnu"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Гуманитарный комментарий к физике и химии: (Диалог между науками о природе и о человеке)» (2003)","type":"unordered-list-item","key":"57qo9"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира. Соседи России: Польша. Литва. Эстония» (2003)","type":"unordered-list-item","key":"8epkm"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Осень с Кантом: Образность в «Критике чистого разума» (2004)","type":"unordered-list-item","key":"15qfv"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Математика глазами гуманитария: (Дневник удивлений математике)» (2006)","type":"unordered-list-item","key":"68id7"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Шестьдесят дней в мышлении: Самозарождение жанра» (2006)","type":"unordered-list-item","key":"6pcgg"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Англия: Интеллектуальное путешествие» (2007)","type":"unordered-list-item","key":"6hv5a"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Италия: Опыт экзистенциальной культурологии» (2007)","type":"unordered-list-item","key":"d8kdl"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира. Болгария в сравнении с Россией: (Опыт экзистенциального литературоведения)» (2007)","type":"unordered-list-item","key":"1npn3"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Ментальности народов мира» (2008)","type":"unordered-list-item","key":"8j1se"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Национальные образы мира. Эллада, Германия, Франция: Опыт экзистенциальной культурологии» (2008)","type":"unordered-list-item","key":"emjls"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Образы Божества в культуре: Национальные варианты» (2016)","type":"unordered-list-item","key":"ftb9r"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Германский образ мира: Германия в сравнении с Россией» (2019)","type":"unordered-list-item","key":"acf4b"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Философия быта как бытия» (2019)","type":"unordered-list-item","key":"lqds"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"«Французский образ мира. Зимой с Декартом (роман мышления)» (2019)","type":"unordered-list-item","key":"aepoq"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[{"key":2,"length":7,"offset":38}],"inlineStyleRanges":[{"length":45,"offset":0,"style":"ITALIC"}],"text":"Расширенный список русских философов: перейти","type":"unstyled","key":"5jfk2"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"unstyled","key":"9tm7l"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"unstyled","key":"2odcr"},{"data":{},"depth":0,"entityRanges":[],"inlineStyleRanges":[],"text":"","type":"marker","key":"yh0WJlCB4F673C71cb2t"}],"entityMap":{"0":{"data":{"url":"https://shchedrovitskiy.com/georgiy-dmitrievich-gachev/"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"},"1":{"data":{"badSeoLink":"true","url":"https://dzen.ru/a/YfpaCwmfu2vVt01E"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"},"2":{"data":{"href":"https://dzen.ru/away?to=https%3A%2F%2Fshchedrovitskiy.com%2Fphilosophy-of-russia%2F","url":"https://dzen.ru/away?to=https%3A%2F%2Fshchedrovitskiy.com%2Fphilosophy-of-russia%2F"},"mutability":"MUTABLE","type":"LINK"}}},"mentions":[]}