Через неделю д/р политика, который едва не стал президентом Франции, но, увы:
Громкое уголовное дело, возбуждённое против Доминика Стросс-Кана по обвинению в насилии со стороны горничной нью-йоркского отеля Sofitel New York Нафиссату Диалло.
Горничная Sofitel New York Нафиссата Диалло на фото. Слева (здесь ка бы смайлик) Глаз не оторвать, правда же?
Стросс-Кану было предъявлено обвинение большим жюри, и после внесения залога в размере 1 миллиона долларов и заявлении о своей невиновности он был помещён под домашний арест. 1 июля 2011 прокуроры сообщили судье, что они пересмотрели силу своего дела в свете снижения доверия к экономке, и дело против него было почти рассыпалось.
23 августа 2011 года судья официально отклонил все обвинения в соответствии с рекомендацией об увольнении, поданной окружной прокуратурой, которая утверждала, что неправда заявителя делает невозможным её признание. В телевизионном интервью в сентябре того же года Стросс-Кан признал, что его связь с Диалло была моральной ошибкой, и описал такую связь как «неуместную», но подчеркнул, что она не включала в себя насилие, принуждение или агрессию.
На момент предполагаемого нападения Стросс-Кан был главой Международного валютного фонда (МВФ) и считался ведущим кандидатом на пост президента Франции в 2012 году.
Через четыре дня после ареста он добровольно сложил с себя полномочия в МВФ. После его ареста во Франции широко распространились слухи, что он стал жертвой заговора.
Ответ на логичный вопрос Quid prodest? прямо указывает на конкурентов из рядов французских социалистов или американцев, крышуюших Саркози. Стросс-Кана и до того недолюбливали, считали психопатом, хотя даже недруги признавали, что он профессионально грамотен. Но в нынешней ситуации ему особо не сочувствуют. Один из его коллег так отреагировал на арест несчастного:
– Надо же… Этого подонка взяли за задницу полные ослы, да ещё в стране управляемой дебилами!
Мы, видимо, так и не узнаем, получила ли отступные горничная нью-йоркского «Софителя», которую пожилой политик якобы пытался поиметь. Мавр сделал свое дело, мавр может отдохнуть. Зато известно, что француз отказался теперь от горничных прекрасного пола: в его четырехэтажном особняке с кинотеатром, мини-финансовым центром, сауной, fitness-залом и открытой террасой на крыше, где он находится под домашним арестом замечены местными репортёрами лишь мужчины-уборщики, которые выносят мусор.
Когда в 1999 году телеканалы (федеральный + заморские) продемонстрировали документальный фильм «Трое в постели», где немытый «человек, похожий на генерального прокурора» очень неизящно развлекался с парой девиц-профессионалок, Юрий Скуратов крайне нехотя ушел в отставку.
Только ленивый тогда не отметился на этом мега-происшествии.
Поэт Саша Вулых даже разразился трогательным «Прокурорским романом», который был опубликован в еженедельнике Березовского – Митволя «Московская комсомолка»:
Взгляд её был трепетней слезинки,
(Как сказал бы Александр Блок)
И четыре розовых резинки
К поясу тянулись от чулок.
Прокурор достал платок-сопливчик
И на волю выпустил соплю,
Но Алина расстегнула лифчик
И сказала: «Я тебя люблю!»
Между прочим, тот же Вулых порадовал поклонников и поэмой о минет-романе Билли Клинтона с пухлой стажеркой Моникой Левински (политический скандал разразился годом раньше, в 1998).
А вот ДСК поэтов не вдохновляет.
Меня в истории со Скуратовым поразило вот что. Человек публично опозорен & унижен. Казалось бы, должен сделать себе харакири. Или хотя бы пластическую операцию. Исчезнуть с экранов и газетных полос. Тем не менее Юрий-Ильич весьма охотно позирует и по сию пору не отказывает журикам в комментах. Тому я вижу лишь одну причину, как говаривал поэт. Экс-прокурор живет в системе координат мировой элиты. И, стало быть, любые постельные утехи не считаются чем-то зазорным. Главное, не палиться в глазах электората.
Они-то там понимают, что почем и ради чего. Вспоминается голливудский шедевр «Последний бойскаут», премьера коего состоялась ровно 30 лет назад. Персонаж Брюса Уиллиса – экс-телохранитель президента Картера Джо Хэлленбек стал лузером-алкоголиком. Любопытный эпизод там есть. Брюс стоит с напарником в гостиничном коридоре у номера, в котором охраняемый сенатор истязает девушку. Не выдержав стонов несчастной, бравый герой врывается в ванную, нокаутирует садиста-политика и выносит окровавленную жертву на руках из гостиничного люкса. Ну после чего, естественно, лишается работы и чудом остается на свободе, поскольку дерзнул поднять руку на хозяина жизни.
Так вот, и сами элитарии, и обслуживающий персонал (куда входят не только охранники, горничные и пресс-служба) в курсе истинных раскладов. И если что-то, как в истории с ДСК, становится достоянием общественности – все понимают, что к чему. Владимир Маяковский утверждал, что если звезды зажигают, значит это кому-то нужно. Так вот, к звездам sex-скандалов это относится в полной мере.
Тот же Вулых выстебал эти настроения абсолютно шедеврически:
Когда овца ведет себя по-свински, –
ей не нужны духовные корма.
Вот взять, к примеру, Монику Левински –
овцу с Капитолийского холма.
Когда б в душе я не был гипертоник,
имел бы ровный, регулярный стул, –
то я давно бы всех левинских моник
в гармонику трехрядную свернул!
Лахудра, похотливая скотина,
ничтожество, а вот – в один момент
и грязью человека окатила,
и вызвала в народе импичмент!
Открытая мода на обсуждение постельных аспектов поведения (причём именно мужского – ни одна дама еще не подвергнута остракизму за склонение к сожительству садовника или тренера по фитнесу) пошла, как мы все помним, из Нового Света. Стартовой стала история Билла Клинтона и Моники Левински. Любопытно, что тогда атака захлебнулась – опрос общественного мнения показал, что население, если и осуждает Клинтона, то скорее за попытку обмана, а никак не за связь с молодой стажеркой. Импичмент не состоялся, и в целом репутация Клинтона не сильно пострадала.
Затем была история поляка Романа Поланского (тоже имевшая межгосударственный политический аспект).
А потом на скандале поднялся австралиец Джулиан Ассанж. И француз Стросс-Кан. Заметим, лидер Викиликс обильно публиковал свои компроматы с 2007 года и мир его знать не знал, однако, стоило двум шведкам обвинить его в насилии, как он тут же глобально прославился.
Приблизительно в такой же ситуации оказался и Стросс-Кан, с той лишь разницей, что он давно и широко известен в своей стране & деловых/политических кругах. Однако вот остальной мир узнал его именно как насильника.
Но почему именно эротика (и отношение к ней) оказывается определяющей в сферах, столь далеких от нее? Что происходит в момент огласки любого социально неодобряемого поступка этого свойства, совершенного социально значимым лицом?
Фигурант демонстрирует модель поведения, а аудитория судит. Ведь существует ровно одна сфера, в которой люди равно компетентны – это межличностные отношения. Все жители планеты как-то строят свои отношения с противоположным полом. И на этом уровне находятся в равном положении президент и дворник. Причем последний в организации игривых взаимоотношений может быть в разы успешнее главы государства. Вопрос: зачем информировать дворника о том, как президент решает непрофильные задачи? Раньше же этого не делали.
По сути, это очередной способ обойти диктат большинства, не способного разобраться в преимуществах той или иной политической программы и вообще судить о том, о чем вроде бы должно, коль скоро берет на себя право жить в «демократическом обществе», то есть государстве-корпорации, а не государстве-учреждении.
Профнепригодность населения в вопросе выбора управляющих страной настолько режет глаз, что приходится ему давать возможность отыгрываться там, где оно компетентно – то есть в вопросах сеXуаLьNого поведения. И просто подменять одно другим. Делать вид, что мы выбираем по профессиональным показателям, а в действительности выбирать по человеческим.
«Это был не только показательный процесс над «оступившимся». Не только
демонстрация могущества одной группы управления мировыми процессами над другой. Это была пощёчина республике Франция. Вы хотели самостоятельности? Де Голля вспомнили? «Европу от Лиссабона до Владивостока»? Этот лозунг де Голля поддерживал и Стросс-Кан.
И вся Франция увидела, как её практически без пяти
минут будущего президента (ДСК был очень популярен) ведут в наручниках в
суд. Вся Франция это так и поняла, как надо. Национальное унижение.
Хотя Доминик по национальности еврей, по вероисповеданию иудей, и даже
возглавлял в Социалистической партии Франции секцию «социализм и
иудаизм». В апреле 2011 года Стросс-Кан, будучи главой МВФ, выступил с разгромной речью. Речь продолжалась полтора часа и была направлена против так называемого «Вашингтонского консенсуса». Эту речь сразу же назвали «бомбой».
«Консенсус» — это набор экономических правил, которые традиционно применяются международными экономическими организациями для «улучшения экономики» стран, которые оказались в их власти. Правила эти изначально были применены в странах Латинской Америки. Потом они широко использовались в Азии, в России при Ельцине, и в других странах бывшего СССР.
Например, когда в 1998 году Леонид Кучма подписал указ о сокращении субсидий для предприятий, это было сделано именно по «консенсусу».
Если коротко: роль государства должна снижаться, а «свободная рука рынка» все расставит по местам. И тогда якобы наступит всеобщее благоденствие.
Есть даже такое выражение: «Государство — ночной сторож». То есть, в самом радикальном варианте, роль государства сводится к охране вашего
имущества и жизни. Полиция, армия и медицина. Всё.
На самом деле, как это часто бывает в современных экономических теориях, суть в другом. Консенсус предполагает убийство собственной экономики в угоду ТНК. Государство перестаёт поддерживать свои предприятия. И открывает свою территорию для западного капитала.
Надо открыть двери для всех зарубежных компаний («либерализация экономики»), прекратить поддержку собственного бизнеса, приватизировать государственные предприятия (в частные, желательно зарубежные руки), уничтожить социальную поддержку населения.
Государство становится ничем. В местных хищниках нет ничего
привлекательного, конечно. Но им на смену придет мировой капитал.
Компрадорская буржуазия уступит место глобальным транснационалам. И вряд ли это вам понравится».