«Московские новости» продолжают публиковать дневники москвичей 1943–1945 годов в рамках исторического проекта к 80-летию Победы. На сайте «Победа — это мир» можно погрузиться в ту эпоху и понять, о чем думали и мечтали люди, что их волновало каждый день.
В девятом выпуске — частный учитель английского, сумки продуктов, хорошо одетые женщины и недоброе чувство.
Нина Покровская. Дочь известного юриста Сергея Покровского, внучка директора ярославского Демидовского юридического лицея Владимира Щеглова. Юрист и экономист в учреждениях и на предприятиях Самарканда, Москвы, Тулы, Магнитогорска. Многодетная мать. В годы войны работает в детском интернате. Впоследствии — заведующая отделом писем сатирического журнала «Крокодил».
Осенью 1943 года 37-летняя Нина вернулась со своими детьми и детьми из интерната в Москву — из эвакуации. Ее муж Костя — в Красной армии. Нина страдает от бедности и сильно переживает за детей и мужа. Сын Шура пропускает учебу в старшей школе. А его бабушка во всем ему потворствует, что приводит к конфликтам в семье.
1944 год
2 августа. Многие люди живут гораздо лучше, чем я. И даже так, как не жили до войны. Хорошо живёт Ольга. Она не только питается нормально, но и хорошо одета, учит сына Юру английскому языку, оплачивая частного учителя, мечтает сделать из него дипломата. Хорошо живут Володя с Шурой. Не голодает Тамара с семьёй.
У них у всех мужчины дома. Занимают ответственные должности, имеют брони, уверены в том, что они нужнее в тылу, чем на фронте, получают большие оклады и всякие литерные пайки. К тому же никто из них не утратил нажитого прежде имущества, одежды, обстановки, квартир.
Это уж у нас так случилось, что дом, вобравший труд многих лет, накануне войны разлетелся прахом, и пропало всё имущество.
Я и на улицах вижу людей, несущих целые сумки продуктов. В коммерческих магазинах, открытых недавно, народу много, хотя цены там смехотворно высокие.
Откуда люди берут деньги? Как они ухитряются жить? Предположим, оклад мужа. Ну и что? Разве может этот оклад так уж резко изменить жизнь? Я получаю среднюю зарплату инженера. Мама получает зарплату учителя, мы имеем рядовые карточки и не можем прокормить и одеть троих детей.
Я не умею спекулировать, не умею найти какие-то окольные пути.
И я смотрю на хорошо одетых женщин, накрашенных и завитых, снующих по Москве с единой целью получить и здесь и там по целой куче карточек различных степеней и ценности, и своих, и чужих, и мужей, и любовников, и злое, недоброе чувство зреет в моей душе.
Они на своих высоких каблуках, в великолепных туфлях проходят мимо меня с таким пренебрежением. Ещё бы! Я в своих брезентовых, старых туфлях, в бумажной кофточке совсем не импонирую им. Для них я нищая женщина, «не умеющая жить». Да я и есть нищая, только я не протягиваю к ним руку.