Петроград. 25 октября 1917 года. На набережной Невы — серый день, мелкий дождь. У стен Зимнего дворца стянуты роты юнкеров и женщин-добровольцев батальона смерти. На крыльце дежурят часовые. Внутри, под сводами, гулко звучат шаги — в Малахитовой зале заседает Временное правительство.
Из-за колонн Исаакиевского собора слышны выкрики. Солдаты, рабочие и матросы, вооружённые винтовками, без строя собираются у площади. Над дворцом развивается триколор. Временное правительство решает не покидать пост: надеются, что помощь прибудет. Но помощь не идёт.
Около 21:40. С крейсера «Аврора», стоящего у Николавевского моста, звучит холостой выстрел. Не громкий, но он становится сигналом. Большевики используют его как метку — атака должна начаться.
Но штурма не происходит сразу. Красногвардейцы, шедшие со стороны Невы, долго не могут определить вход. Входят не через парад, а через запасные двери со стороны Дворцовой набережной, и даже — по слухам — через окна подвала.
На Дворцовой площади тем временем царит хаос. Толпа разбрелась. Матросы греются у костров, идёт дождь, кто-то курит, кто-то спорит. Штурм задерживается: нет координации, нет команды. На улицах, как писал Троцкий, «не было ни героизма, ни сражения — была нервная, медленная, почти нелепая смена власти».
Около 2 часов ночи 26 октября (по старому стилю). Первые группы входят внутрь. В коридорах дворца темно, шаги гулкие. Служители в панике прячутся. Несколько юнкеров стреляют в воздух. Завязывается короткая перестрелка — раненые, разбитое окно. Но сопротивление быстро прекращается.
На втором этаже, в столовой Николая II, за длинным столом сидят министры Временного правительства. Перед ними появляется группа вооружённых. Входит латышский стрелок с винтовкой:
— Кто здесь главный?
Министры не двигаются. Один из большевиков записывает:
«Они сидели спокойно. Никто не кричал. Просто встали и пошли».
Час спустя все арестованные доставлены в Петропавловскую крепость. Писатель Алексей Толстой позже вспоминал:
«Эта ночь была не бурей, а тишиной. Власть ушла не с боем, а с молчанием».
В это же утро, уже в Смольном, проходит первое заседание II съезда Советов. Ленин выходит к трибуне и произносит фразу:
— Товарищи! Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой говорили большевики, совершилась.
С этого момента — новая власть, новый календарь, новая эра.
Реальность штурма Зимнего дворца — не как в фильме Эйзенштейна. Не было решающей атаки по лестницам, драматических боёв на площадях, кровавых схваток. Всё произошло с заминками, с несогласованностью, с тенью растерянности. Но именно это — и делает момент подлинным. Власть сменилась не потому, что её взяли, а потому, что её не удержали.
Понравилось? Тогда не тормози — садись в Машину времени, подписывайся на канал и путешествуй по самым увлекательным страницам истории!