Всё. Маски сброшены. Струна порвалась. Финансовый роман Украины и США окончательно скатился из жанра «братской поддержки» в крепкий американский триллер под названием «Возврат инвестиций». Причём без рекламы, без попкорна и уж точно без хеппи-энда для Киева.
Итак, новость из категории «неожиданно, но все так и думали»: Белый дом снизил сумму долга Украины с трёхсот до ста миллиардов долларов. Щедрость, достойная записки на холодильнике: «Съел твою пиццу, но оставил тебе кусочек». Но главное — суть сделки осталась: всё, что США отправили в Украину за последние два года — танки, ракеты, дружеские хлопки по плечу — теперь внезапно считается вкладом в фонд. А не хочешь признавать? Ну извини, тогда и недра можешь оставить себе. Вместе с долгами.
Нет, конечно, Трамп не злодей. Просто бизнес. Американцы не обещают новых вложений — и не потому что бедные, а потому что хватит уже. Пора стричь купоны. Это же фонд, не детский сад. Где акционеры? Где рентабельность? Где нефтяная воронка с выручкой в долларах?
При этом — мелкий, но важный штрих — объём самого фонда в последнем проекте вообще не указан. Что туда входит, как оно работает, кто будет считать выручку, кто будет охранять склады с газом — никто не знает. Но вы держитесь. Главное, что в соглашении есть нужное слово — «доля». Причём доля США в украинских активах. Потому что, ну а кто ещё? Германия? Пожалуйста, не смешите Трампа за завтраком.
Украинцы в ответ на всё это, как водится, включают «режим партнёрства». Говорят, мол, вы же понимаете, если мы сейчас подпишем всё это в таком виде, нам ведь потом избирателям объяснять придётся. А американцы улыбаются, кивают и бодро переносят обсуждение на следующую встречу. Это, кстати, уже третье «переносим», что делает весь процесс переговоров похожим на сериал, где в каждой серии пересказывают предыдущую — и всё равно никто не понимает, что происходит.
В Киеве, тем временем, пытаются хотя бы выбить инвестиции «на будущее». Ну хоть какой-то взнос, хоть пару сотен миллионов на морскую логистику. В ответ — ровный взгляд и философское: «Поговорим об этом позже». А «позже», как мы знаем, в Вашингтоне — это в лучшем случае «никогда», а в худшем — «после выборов в Конгресс». В следующем созыве. При другой погоде.
Киев, конечно, держится. Собирается к следующей онлайн-встрече. Пишет презентации, составляет список активов. Типа: вот у нас литий, вот редкоземельные, вот порт под Одессой, к нему есть подъезд, к нему ещё прилагается пара чиновников, лояльность в комплекте. Может, хоть так заинтересуем? Главное — не говорить прямо, что продать нечего, а отдавать уже нечем. Тогда фонд может показаться совсем грустным.
Слово «концессия» в этих переговорах не звучит, но мы-то понимаем. Всё идёт туда. Сперва доля в прибыли, потом доля в управлении, потом доступ к трубам, скважинам, складам, а там и прямое наблюдение за деятельностью украинских министерств. А почему бы и нет? Деньги вложили — хотим участвовать. Где наши места в наблюдательном совете? Где ключи от хранилища?
Киев, конечно, цепляется: мол, признавать старую помощь как долг — это уже слишком. На что США, с невозмутимостью опытного коллектора, заявляют: «Ну вы же сами соглашались на поставки. Мы же вас не заставляли». И правда, не заставляли. Просто предложили. А когда страна горит, любая рука кажется спасательной. Даже если она держит кредитный договор.
А дальше — ещё веселее. Bloomberg напоминает, что Украина должна будет отдать часть потенциальной прибыли от нефти, газа, редкоземельных металлов и морских портов. То есть, даже не то, что есть, а то, что когда-нибудь, возможно, добудут. Если, конечно, останется что добывать. И если американские партнёры не решат, что этот пункт можно пересмотреть в свою пользу. А почему бы и нет?
Министр финансов США, кстати, уже заявил: «Мы очень, очень близки». Обычно, когда американец говорит «очень близки», это значит, что у него уже в руке ручка, а в кармане — список того, что теперь принадлежит ему. И если вы не успели моргнуть — поздравляем, вы уже подписали.
Вывод? Всё просто. США начали войну в кредит. Украина надеялась, что это пожертвование. Но теперь, когда накал спал, выяснилось: всё это — инвестиционный проект с отложенной доходностью. А с кого эту доходность брать — вопрос давно решён.
В этой истории не будет красивой сцены прощания с флагами и фанфарами. Будет Excel. Будет список активов. Будет строчка: «прибыль делим поровну, контроль — наш». А если вы надеялись на благородство — то, возможно, вы не в той экономической системе. Тут всё проще: воюешь — плати. Помогли — отдай. Недра, суверенитет, доступ к портам — всё обсуждаемо. Главное, чтобы вы вовремя вернули то, что уже потрачено.
Ведь, как оказалось, демократия — это дорого. Особенно, если за неё расплачиваться недрами.