Вот скажите мне, дорогие читатели, как так получается, что на мероприятии, где звучали арии Чайковского и где темнокожий тенор из ЮАР так проникновенно исполнил "Ленского" на русском, что у половины зала мурашки побежали, главной темой обсуждений стало... платье Марии Захаровой? Нет, серьёзно, мы что, совсем уже разучились ценить высокое искусство? Хотя... когда перед тобой предстаёт официальный представитель МИДа в обтягивающем тёмно-синем платье на два размера меньше и с ажурными колготками, которые явно просились куда-нибудь в девяностые, тут хочешь не хочешь, а задумаешься: "А что, собственно, происходит?" Я вот сижу и думаю: неужели в её гардеробе действительно не нашлось ничего более подходящего для Большого театра? Ну ладно, допустим, колготки — это случайность. Может, стилист перепутал дресс-код и решил, что они идут на премию "Золотой граммофон", а не на BraVo. Но платье-то! Это же не просто "немного маловато" — это крик души, это вопль гардероба: "Отпустите меня, я больше не
Мария Захарова и её тёмно-синий дипломатический инцидент: когда стиль с ажурными колготками важнее нот
17 апреля 202517 апр 2025
557
3 мин