Архетип ведьмы – исключительно женский, и уже это одно выделяет его среди прочих. Это значит, что его происхождение уходит в необозримую глубину тысячелетий, в древнейшую эпоху матриархата. И связан он непосредственно с Великой Матерью, богиней – прародительницей всего сущего, матерью богов, людей и всех живых тварей на Земле. Вероятно, первые ведьмы были служительницами культа Великой Матери. Самые яркие представительницы ведьмовского архетипа в мифологии: Медея, Каллипсо, Лилит.
Не потому ли женщины-ведьмы во все времена были столь притягательны, желанны, неотразимы и гибельны для мужчин, не слишком зашоренных догматическими предрассудками?
Разумеется, этот архетип за столь длительный период трансформировался до неузнаваемости. Жрицы Иштар в Шумере и Вавилоне, весталки, менады и, в известной мере, гетеры у древних греков, вакханки у римлян, скандинавские вёльвы… Затем, с победой христианства, ведьмы (будем называть их этим именем) в общественном сознании превращаются в служительниц Диавола, вызывая страх и ненависть. Именно в христианстве понятие «ведьма» накрепко связалось с гендерной и сексуальной магией – суккубы и т.п. Взять хотя бы «Молот ведьм» – один из величайших проколов (или триумфов?) Святой Инквизиции. Сей увесистый трактат, написанный инквизитором Генрихом Крамером в конце XV века (впрочем, тогда уже бывшим инквизитором – он был изгнан епископом Инсбрукским после грандиозного поражения на ведьминском процессе в городе Инсбрук в 1485 году, но не смирился, а пожелал до конца исполнить свой инквизиторский долг, выпустив эту книгу), настойчиво доказывает существование колдовства, а также то, что женщины колдуют чаще мужчин, отличаясь исключительно распутным сексуальным поведением, якобы подтверждающим их связь с дьяволом. Книга эта, задуманная как руководство для инквизиторов, стала на долгие – даже не годы – века! – непревзойдённым учебником ведьм.
Ведьмы приспособились, и лучшие из них преуспевали, несмотря ни на что. «Конечно же, самые успешные ведьмы обычно спали с инквизиторами, и их никогда не подозревали в колдовстве», – писал Антон Шандор ЛаВей.
Ну, какой бы привести пример? Пожалуй, вот.
Мари-Мадлен де Бренвилье была невероятно красива: прекрасная фигура, яркая внешность притягивали к себе внимание мужчин. Безмятежное выражение её милого лица говорило о чистоте души. В это можно было бы поверить, не зная, какие страшные планы таились в этой прелестной головке.
Несмотря на порочную атмосферу, царившую в родительском доме, Мари получила отличное образование, обладала каллиграфическим почерком и умела писать грамотно, без ошибок. Ей думалось, что долгожданную свободу она получит с замужеством. Но супруг Мари, полковник Нормандской армии маркиз Антуан де Бренвилье, оказался кутилой и мотом, прожигавшим огромное приданое жены.
Вскоре судьба свела Мари с шевалье Годеном де Сент-Круа, с которым она закрутила страстный роман. Предприимчивый капитан поселился в доме маркиза де Бренвилье в качестве «друга семьи». Любовники почти не скрывали своих отношений, а полковник на всё смотрел сквозь пальцы, наслаждаясь кутежами. Так продолжалось, пока разгневанный тесть маркиза, узнав о похождениях замужней дочери, не усадил господина де Сент-Круа в Бастилию. В тюрьме шевалье познакомился с известным отравителем итальянцем Экзили, который на пороге смерти (вот-вот должна была состояться казнь) поведал о секретах своего тёмного ремесла. Когда Годен вышел на свободу, то поделился знаниями о ядах с Мари. И для маркизы де Бренвилье с этого момента началась новая жизнь.
Мари поначалу для практики травила пациентов в больнице Отель Дье, куда была вхожа как благодетельная дама. Потом, понабравшись опыта, отправила на тот свет отца и братьев. Её сестра чудом спаслась в монастыре. Наконец-таки богатства семьи принадлежали только ей одной!
Однако всё испортил любовник. После его загадочной смерти обнаружились письма, в которых он рассказывал о совместных тёмных делишках. Маркизу-ведьму схватили и прилюдно казнили, а тело сожгли и пепел развеяли по ветру.
Бурная биография, не правда ли?
Когда же гонения на ведьм поутихли – уже в новейшей истории – ведьмы разделились на две категории: природных и городских ведьм.
Природная ведьма чувствует близость ко всему живому, в её руках зазеленеет хоть палка, она «говорит» с животными, птицами, растениями – и они её «понимают», а зачастую и слушаются. Она чувствует «знаки», и они тоже с ней «говорят». Ей от природы близок и понятен язык мифологии. У природной ведьмы богатый внутренний мир. Окружающие частенько считают её «блаженной». Очень часто она становится травницей, знахаркой, начинает лечить людей. Современное Викканство – это про неё.
Городская ведьма более цинична и прагматична. Её основное качество – использование мужских энергий в своих интересах. Главный инструмент городской ведьмы – умелое манипулирование мужчинами; вспомогательные инструменты и техники могут быть какими угодно, начиная с классического гипноза, афродизиаков вплоть до сексуальной магии и магии вуду. Современные представления о городской ведьме несколько идеализированы и романтизированы благодаря литературе, и в первую очередь – Булгаковскому «Мастеру и Маргарите». Но ничего худого в этом нет – а ведьмам на пользу.
Всех ведьм объединяет одно: чрезвычайно высокая, почти сверхъестественная чувствительность к тончайшим переживаниям и душевным движениям, своим и чужим, понимание этих движений и переживаний. Умение ими управлять приходит с опытом. Ведьма ощущает зов, призвание, которому не в силах противиться. Она ощущает Судьбу.
Интерпретация собственных ведьмовских способностей может быть как мифологической, так и сугубо рациональной, – это зависит исключительно от точки зрения. Ведь всё, как известно, начинается у нас в голове.
