🤝 Татьяна Золотарёва — автор, которая превращает обычные будни в весёлые приключения!
Как начался её творческий путь? Интересно, над чем она сейчас работает?
Задали Татьяне несколько вопросов, чтобы узнать больше.
1. Когда вы начали писать?
Я начала со статей в городской газете, куда постучалась в девятом классе. Потом был журфак МГУ, разные печатные издания, телевидение, пиар — всё это было очень далеко от художественной литературы. А первую книгу я написала в сорок лет.
2. Какое ваше произведение является любимым?
Какой жестокий вопрос! Ответ на него, может, и есть, но я никому его не скажу. Все любимые!
3. Какие книги вы рекомендуете для детей и взрослых?
Их, конечно, много, но пусть будут истории Николая Носова, Владислава Крапивина и мои — чего стесняться? Но главное — Новый Завет, книга, повлиявшая на мировую культуру последних двух тысячелетий, источник ценностей, о которых нужно напоминать себе в наше жестяное время.
4. Поделитесь интересным фактом о себе или о создании вашей книги.
Однажды я преследовала воров, которые забрались в мою машину. Я так удивилась, когда их застала, что голосом строгой учительницы спросила, чего они там позабыли. Разумеется, воры дали стрекача, а я помчалась за ними. Погоня была нервной, долгой и, к сожалению, нерезультативной. Потому что повела я себя в корне неправильно: надо было, не приближаясь к автомобилю, позвонить в полицию — на взятие с поличным они прилетают за минуту.
5. Над чем вы сейчас работаете?
Над повестью, которая выпила все мои соки. Больше не скажу, а то снова придётся идти за пластырем. А сын подталкивает меня писать летние приключения Славы Былинушкина — он фанат этой книги.
6. Какой совет вы можете дать о том, где найти вдохновение?
Если бы я знала, где это блюдечко с голубой каёмочкой!.. Вдохновение — персона непостоянная, вечно где-то шляется. Немного приучает его к порядку обычный дневник: можно про себя, можно про детей, можно про животных. Вдохновение до икоты любопытно и прилетает посмотреть, как мы без него справляемся. Тут-то мышеловка и захлопывается, а дальше — дело техники. «Прощайте, Петр Андреич! – сказала она тихим голосом. – Придется ли нам увидаться, или нет, бог один это знает; но век не забуду вас; до могилы ты один останешься в моем сердце».