"Жора, подожди секунду, мне нужно кое-что сказать," - попросила Луна.
"Давай быстрее, я спешу," - ответил Жора, не глядя на неё и тянясь за свитером.
Луна, нервно переминаясь, взволнованно выпалила: "Я беременна."
Жора замер, а потом на его лице появилась какая-то натянутая улыбка. "Правда? Серьёзно?"
"Абсолютно. Вчера была у врача. Шесть недель."
Он равнодушно пожал плечами, не встречаясь с ней взглядом. "Понятно. Слушай, я не готов к этому. И, честно говоря, у нас с тобой давно уже не ладится. Я, наверное, уйду."
Луна выдохнула. "Что значит 'уйду'? Мы три года вместе! Ты же хотел семью!"
"Хотел. Наверное. Но сейчас у меня другие планы," - он замялся, а потом выпалил: "Я тебя бросаю."
Луна, испугавшись, прикусила губу, пытаясь взять себя в руки. "Ты понимаешь, что говоришь? У нас будет ребёнок!"
"Именно. Но я не хочу ребёнка. Тем более сейчас. У нас нет ни квартиры, ни денег, да и отношения... они уже давно не те," - Жора оборвал фразу, словно не желая продолжать.
Луна, не в силах больше сдерживаться, чуть не закричала.
— Как ты можешь так делать?
Жора быстро хватает рюкзак:
— Ну, как могу. Пока, Лун. Заберу вещи позже.
Он покидает комнату, не озираясь. Луна остается в полном шоке, а затем бездумно садится на пол, рядом с кроватью, пряча лицо в ладонях.
Спустя некоторое время в комнату заходит Марина Ивановна, мама Луны:
— Луночка, почему ты плачешь? Вы с Жорой снова поругались?
— Мама... Он ушёл. Бросил меня. И всё из-за ребёнка.
— Подожди, — Марина Ивановна закрывает дверь за собой и садится рядом, осторожно дотрагиваясь до плеча дочери. — Ребёнка? То есть... Дочь, ты беременна?
— Да, на шестой неделе. А Жора говорит, что не готов к семье сейчас.
— Боже мой, — тихо вздыхает Марина Ивановна и обнимает дочь. — Ничего, мы справимся. Поговорим с папой, что-то придумаем.
В этот момент в прихожей звучат тяжелые шаги Андрея Владимировича, отца Лены:
— Девочки, вы дома? Почему так тихо?
Марина Ивановна встаёт и зовет его:
— Андрей, зайди к Луне, нам нужно поговорить.
Он входит в комнату, изучая жену и дочь, с хмурым лицом спрашивает:
— Что случилось? Опять Жора что-то наделал?
— Пап, — Луна старается говорить спокойно, но голос её начинает трястись. — Я беременна, а Жора... Он меня бросает.
Отец, нахмурившись, недовольно произнес:
— Что это еще такое? Я намерен немедленно с ним поговорить, только пусть попробует скрыться.
— Он уже ушел, — взволнованно сказала Марина Ивановна, прижимая руку к груди. — Не стоит злиться, сейчас главное — помочь Луне.
— Вот мерзавец! — Андрей Владимирович повысил голос. — Я считал его порядочным человеком, а он...
— Папа, — умоляюще произнесла Луна. — Пожалуйста, не ищи его. Он уже все решил.
Отец отмахнулся, словно отгоняя неприятные мысли:
— Хорошо, не буду. Но я это так не оставлю.
Марина Ивановна с тревогой посмотрела на Луну:
— Дорогая, ты уверена, что хочешь ребенка?
— Да, конечно. Я всегда мечтала о семье, пусть и не такой... Но раз уж так случилось, я не смогу прервать беременность.
— Я понимаю, — вздохнула Марина Ивановна. — Тогда нужно подумать, как нам жить дальше. Мы тебя поддержим в любом случае.
— Я продолжу работать, — упрямо сказала Луна, вытирая слезы. — Я еще полгода смогу спокойно работать, а потом посмотрим...
— Куда ты пойдешь работать? — вмешался Андрей Владимирович. — В магазин на кассу? Этих денег не хватит. Нужно искать что-то лучше.
— Кто меня возьмет беременную, пап? — Луна горько усмехнулась. — И Жора, похоже, не собирается помогать. Но я не уйду с работы, иначе останусь совсем без средств.
— Что ж... Мы с матерью сделаем все, что в наших силах.
Вечер за вечером Луна не могла сомкнуть глаз, терзаемая тревогой. В голове снова и снова всплывал разговор с Жорой, его равнодушный взгляд, когда он произнес те страшные слова.
Следующий день на работе превратился в кошмар. Галина Сергеевна, директор, не могла не заметить рассеянности Луны: "Луна, что с тобой происходит? Ты словно не здесь, очередь ждет, а ты еле двигаешься!"
"Простите, Галина Сергеевна, - прошептала Луна. - У меня... личные проблемы."
"Личные - это личные, а работа есть работа," - отрезала та, но тут же смягчилась. "Соберись, Луна. Или возьми пару дней отгула, разберись со всем и возвращайся в форме."
"Я поняла. Спасибо, постараюсь."
До конца рабочего дня Луну не покидали мрачные мысли. Вечером, по пути домой, она решилась позвонить Жоре, но в ответ услышала лишь гудки. Он не отвечал.
Дома ее ждали родители. Марина Ивановна хлопотала на кухне, готовя ужин, а отец наливал чай.
"Луночка, садись кушать. Тебе сейчас нужно правильно питаться, соблюдать режим."
"Мам, спасибо, но мне совсем не хочется..." - Луна опустила глаза, чувствуя, что не сможет проглотить ни кусочка.
Андрей Владимирович откашлялся: "Дочь, после рождения ребенка обязательно нужно будет установить отцовство. Жора должен платить алименты."
"Пап, я не хочу судов и разбирательств."
"А как иначе? Если он уклоняется, придется его заставить. Пойми, хоть какая-то помощь должна быть."
"Но это же нервы, пап. Мне сейчас нельзя волноваться."
— Да уж, понимаю, — с тяжелым вздохом произнес отец, бессильно разведя руками. — Не сейчас, Луна. Об этом потом.
Несколько дней тянулись мучительно долго. Луна пыталась заглушить тревогу работой, но мысли о будущем не давали покоя. Как она справится с финансовой нагрузкой? Сможет ли одна вырастить ребёнка?
Наконец, поздним вечером раздался звонок от Жоры. Луна с замиранием сердца взяла трубку:
— Алло...
— Привет, Лун. Слушай, я решил уехать на север, на заработки. Тут совсем нет работы, а там хоть какой-то шанс.
— Жора, но я же беременна! Что будет с ребёнком?
— Ну, я не отказываюсь от него. Может, когда-нибудь смогу помогать деньгами. Просто... сейчас это невозможно.
— Понятно, — Луна почувствовала, как рушится последняя надежда. — Прощай.
Она положила трубку и долго сидела, оцепенев от боли. Вошедшая Марина Ивановна ласково взяла её за руку:
— Ну что он сказал?
— Уезжает. На север. Ему не нужна ни семья, ни наш малыш. Просто сбежал.
— Луночка... — Мать покачала головой, полная сочувствия. — Прости, доченька, что так всё обернулось.
— Я всех подвела... И себя, и вас...
Андрей Владимирович вошел в комнату и молча смотрел на жену и дочь, растерянный и не знающий, что сказать.
— Дочь, мы с мамой тебя не оставим. Но знай, будет тяжело. Мне скоро на пенсию, а маминой зарплаты на всех нас не хватит.
— Я понимаю, пап. Но я не опущу руки. Ребёнок ни в чём не виноват.
В тишине ночи, перед тем как заснуть, Марина Ивановна и Андрей Владимирович обмениваются тревожными шепотами. "Что же нам делать? Ни денег, ни места для ребенка, да еще и Жора сбежал..." – сокрушается Марина Ивановна. Андрей Владимирович, пытаясь успокоить её, негромко отвечает, что они справятся, как всегда. Главное, что они есть друг у друга.
Утро приносит Луне осознание того, что её жизнь навсегда изменилась. Прошлое, полное разочарований, осталось позади. Впереди – туманное будущее, полное неопределенности. Предательство Жоры оставило глубокую рану, убив её веру в любовь и доверие к мужчинам. Теперь ей предстоит отчаянная борьба за свое счастье и благополучие своего будущего ребенка. Но рядом с ней есть опора – её родители, в которых она видит надежду и поддержку. Луна верит, что вместе они смогут выстоять.