Истоки «Праздника весны и труда» теряются в дымке столетий, уводя нас в Древний Рим. Там, в честь богини плодородия Майи, устраивались пышные торжества, прославляющие пробуждение земли и грядущий урожай. С приходом христианства языческие обряды канули в Лету, уступив место новым традициям.
Но память о весеннем празднике не исчезла бесследно. В XIX веке, словно феникс из пепла, он возродился, но уже в ином обличии. 1 мая 1886 года улицы Чикаго содрогнулись от многотысячной демонстрации рабочих. В едином порыве 30-40 тысяч человек требовали невозможного по тем временам: сокращения рабочего дня до восьми часов и введения двух выходных в неделю.
Эхо чикагской забастовки докатилось до Европы. В 1889 году Парижский конгресс II Интернационала провозгласил 1 мая Днём солидарности трудящихся всего мира, навеки запечатлев в истории подвиг американских рабочих.
В Россию праздник ворвался вихрем революции 1917 года. Большевики, словно жрецы нового культа, сделали 1 мая обязательным для всех. Демонстрации стали символом эпохи, а уклонение от участия каралось штрафами и увольнениями.
После распада Советского Союза политический накал праздника постепенно угас. В 1990 году он сменил своё имя, став «Праздником весны и труда», утратив былой идеологический вес и превратившись в день отдыха и единения с природой.