Почему мужчина, которого ждали великие роли и долгие аплодисменты, вдруг оказался за рулём троллейбуса, а его имя всё реже звучало в кино? Что произошло в жизни Владимира Трещалова, что заставило его променять съёмочные павильоны на гул улиц? Эти вопросы давно висят в воздухе, но прежде стоит вернуться туда, где всё началось. С детства будущее Владимира Трещалова словно было расписано по строгому плану. Его отец, военный командир Кремлёвского полка, видел в сыне своё продолжение. Саратовское пограничное училище, строгий режим, муштра — всё было подготовлено для будущего офицера. Но Владимир, ещё совсем юный, уже тогда обладал характером, который трудно было подчинить. На втором курсе всё взорвалось: драка, поножовщина, тяжёлое ранение курсанта. И как следствие — дисциплинарный батальон. Но не надолго. Связи отца помогли, и Трещалов оказался на свободе гораздо раньше положенного срока. И вот парадокс. Вместо формы — кисти и краски. Вместо строевых шагов — серебряная филигрань. Владимир поступает в Суриковское училище, влюбляется в ювелирное искусство. Но вновь, словно в крови течёт неспокойствие, он бросает учёбу. Почему? Потому что в его жизни появляется кино. Мечта стать артистом привела его в школу-студию МХАТ. Но уже на первом курсе случилось нечто неожиданное: Владимира Трещалова замечает режиссёр Владимир Басов. Картина "Битва в пути" требует новых лиц, и Трещалов подходит идеально. Молодой, харизматичный, живой. Съёмки затягиваются, а учёба — забывается. В результате Трещалов оказывается вне института. Казалось бы, удар. Но судьба благосклонна: позже он всё же получает высшее театральное образование. После триумфа в "Битве в пути" дорога в кино открылась шире. Одна за другой выходили фильмы с его участием: "Я купил папу", "Штрафной удар", "Весенние хлопоты". В этих картинах Владимир проявил не только талант, но и редкую харизму, которая мгновенно цепляла зрителя. Особое место в его жизни заняла работа в "Штрафном ударе", где он снимался вместе с другом детства — Владимиром Высоцким. Их союз был ярким, а за кулисами — вино, веселье и бесконечные истории. Личная жизнь Трещалова пестрит яркими романами. Его первой супругой стала певица Мая Каханова, звезда всех главных концертов того времени. Но любовь быстро растаяла: на горизонте появилась Ханна, польская студентка. Ему всерьёз хотелось уехать за границу. Почему этого не случилось — загадка, в которой роль сыграл его отец, резко пресёкший любые попытки сына нарушить установленные порядки. Следом была Нина Воробьёва, женщина далёкая от искусства, но близкая по духу. Однако и этот брак разрушился. Причиной стала новая страсть — актриса Людмила, с которой Владимир провёл более двадцати лет и воспитал дочь Александру. Их семейная идиллия казалась прочной, но в середине девяностых всё снова перевернулось: Трещалов ушёл к Алле Щербаковой. Что же заставляло его снова и снова рушить уже выстроенные мосты? Но была одна роль, которая стала для него роковой. Сидор Лютый в фильме Эдмонда Киосаяна "Неуловимые мстители". Судьба этой роли удивительна. Первоначально Эдмонд Киосаян хотел видеть в образе Лютого Ефима Копеляна. Но на пробах стало ясно: нужен кто-то моложе. И тогда на съёмочной площадке появляется Трещалов. Всё складывается идеально. Его колоритная внешность, живой характер — именно то, что требовалось. Даже кинопробы с Трещаловым были настолько удачными, что вошли в окончательный монтаж картины. Но за этой внешней лёгкостью скрывался бурлящий вулкан. Конфликт с Киосаяном вспыхнул молниеносно. Владимир не смог молчать, увидев несправедливость по отношению к съёмочной группе. Разговор оказался коротким, последствия — катастрофическими. Персонаж Лютый, которого планировали оставить в продолжении трилогии, внезапно погибает ещё в первой части. А сам Трещалов оказывается вне проекта. Его голос в фильме заменяют на голос Евгения Весника. И это был только первый удар. Следующим стал конфликт с Адольфом Гуревичем, влиятельным руководителем актёрского отдела на Масфильме. Всё произошло, когда Трещалов заступился за Владимира Высоцкого. Слово за слово, фраза, сказанная в запале, и... запрет. Десять лет без кино. Десять лет молчания для актёра, привыкшего к свету софитов. Чем же он занимался тогда? Ответ неожиданный. Владимир Трещалов становится водителем троллейбуса. Он ездит по маршруту между метро Парк культуры и Лужниками. Узнавали ли его пассажиры? Постоянно. Просили автографы. Спрашивали о новых ролях. А он улыбался, не объясняя, почему актёр с таким именем сидит за рулём. Но даже в этой обыденности он не терял творческой жилки. Вспомнив старые навыки, Владимир начинает заниматься ювелирным искусством. Помогла встреча с Верой Павловой, мастером по филиграни. Из-под его рук выходили изысканные украшения: кольца, серьги, кулоны. Он тянул проволоку вручную, выдумывал узоры, сидел ночами, погружённый в тонкую работу. Когда в тысяча девятьсот семьдесят седьмом году Владимир Трещалов вернулся в кино, казалось, что всё снова встанет на свои места. Его первой работой после долгого перерыва стала картина "Блокада" по роману Бондарева. За ней последовали "Первое радости", "Необыкновенное лето", "Полынь трава горькая", "Русь изначальная", "Криминальный квартет". Он хватался за любую роль, словно пытался наверстать упущенные годы. Но почему ему больше не предлагали главные роли? Почему харизма, опыт, талант не открывали перед ним ведущие позиции? Этот вопрос остаётся без ответа. Слишком свободный характер, слишком мало компромиссов. Так говорили те, кто знал его ближе. Владимир Трещалов не терпел фальши. Не соглашался играть роль не только в кино, но и в жизни. С годами накапливались не только роли, но и болезни. Тромбофлебит, астма, два инфаркта подряд. И всё же даже в такие моменты Владимир Трещалов не останавливался. Он работал. Он жил тем, что делал. Как будто чувствовал: времени остаётся всё меньше. Почему же он не замедлил шаг? Что гнало его вперёд, даже когда тело уже отказывалось подчиняться? В середине девяностых, казалось бы, в жизни артиста наметился островок спокойствия. Дочь Александра подросла, карьера постепенно возвращалась в привычное русло. Но неожиданно Владимир объявляет семье, что уходит. Новая женщина, Алла Щербакова, меняет всё. Дом, привычки, смысл жизни. Что произошло между ним и Людмилой, прожившими бок о бок более двух десятилетий? Почему человек, который казался таким преданным, вдруг перечеркнул всё? Ответов не давал ни сам Трещалов, ни те, кто был к нему близок. Загадка осталась на совести времени. Последние годы Владимира прошли незаметно для публики. Те, кто знал его когда-то, вспоминали о нём всё реже. И только старые поклонники время от времени пересматривали сцены с участием того самого Сидора Лютого, который когда-то сотрясал экраны. Пятнадцатого декабря тысяча девятьсот девяносто восьмого года сердце Владимира Трещалова остановилось. В шестьдесят два года. Не на съёмочной площадке, не на театральных подмостках. А дома. Официальная причина — третий инфаркт. Но близкие говорили о другом. Что его буквально выжали требования новой жизни, новые условия, которые он пытался выполнить до последнего вздоха. Как могло случиться, что человек, обладавший такой силой, таким безумным напором, оказался в самом конце почти забытым? Где проходит эта тонкая грань между триумфом и тишиной? Почему звёзды, блиставшие на экране, иногда гаснут в одиночестве? И главный вопрос, который до сих пор остаётся без ответа: если бы Владимир Трещалов однажды промолчал, не вступился, не пошёл наперекор сильным — изменилось бы всё? Или бунт был его судьбой с самого начала, предопределённой задолго до того, как он впервые вышел на сцену?