Первоначальный период развития человеческого общества (палеолит) – период его наибольшего экологического соответствия природной среде. В этот период использовалась исключительно мускульная энергия животных и человека, отрицательного влияния на природу практически не было, т.к. по сути человек сам являлся её неотъемлемой частью. Энергетические затраты охотника каменного века составляли около 16–18 кДж (4–5 кКал), которые он компенсировал забирая энергию (питание) из биосферы в том же объёме.
Промысловое и собирательское освоение не приводило к изменению ландшафтов. Для поддержания жизни требовались обширные площади. Крупных поселений как таковых не было. Для того чтобы население смогло прокормиться собирательством и охотой, его плотность должна была быть очень низкой. Поселения с небольшим количеством жителей должны были отстоять друг от друга на десятки километров, что лимитировалось площадями охотничьих угодий.
Племена перемещались вслед за объектами охоты. Такой образ жизни сохранялся в некоторых регионах мира до недавнего времени. Численность населения была подвержена колебаниям в зависимости от состояния биологических ресурсов, точно так же, как и у животных. Как свидетельствуют ученые, изучающие тропические развивающиеся страны, экологическая приспособляемость первобытных племён является характерной для всего пояса с экстремальными условиями жизни, как в аридных, так и в арктических районах. В частности, бушмены Калахари отличаются весьма сложной моделью поведения: они способны быстро переходить от занятий собирательством к охоте и обратно в зависимости от меняющихся климатических условий и тем самым менять образ жизни. В периоды потеплений, ухудшавших условия ведения оленеводства, северные народы – ненцы переключались на охоту и на ловлю рыбы.
В этот период развития самое большее, на что был способен человек – влиять на животный мир, то есть на самый слабый компонент природы. Впрочем, современный опыт наблюдений за образом жизни охотничьих народов показывает, что для них не характерно подрывать собственную кормовую базу.
Палеолитический человек при большой плотности животных был полноправным участником естественных биоценозов и за исключением особых случаев, не нуждался в загонной охоте. Продуктивность охотничьего промысла, возраставшая по мере прогресса в вооружениях, не вела к поголовному истреблению зверей, а уравновешивалась естественными потребностями людей. Народы, живущие ныне традиционным укладом, охотятся на зверей лишь для того, чтобы удовлетворить свои потребности в животном протеине для питания и шкурах для одежды. Человек убивал ровно столько, сколько было необходимо для нормального питания.
При этом исследования племен, сохранивших до последних десятилетий образ жизни времен палеолита показывают несостоятельность представлений о примитивизме людей живущих на уровне каменного века. Они воспринимали окружающий мир и отдельные его части в целостности и стремились изучать их такими, какими они им представлялись. Мышление первобытных людей было не только практичным, но и с определенного периода магическим. В основе его лежала вера в возможность человека изменять реальность силой своего желания.
Например, бушмены, или капоиды – остаток одной из древнейших человеческих рас, существовавшей уже более 10 тыс. лет назад. В VIII тысячелетии до н. э. племена бушменов появились на востоке и юге Африканского континента. В последующие века племена высокорослых негров–банту вытеснили бушменов–капоидов в изолированные и бесплодные районы юга Африки — пустыню Калахари и горные плато Намибии.
Бушмены приспособились к жизни в этих ландшафтах. Всё необходимое для существования они брали из естественной среды. Они не пытались изменить природную среду: не сеяли злаки и не разводили скот. Для охоты использовали луки и отравленные стрелы. Прежде чем приступить к разделке туши, бушмен приносил свои извинения животному и благодарил его за желание накормить его семью. Превосходная адаптация к условиям пустыни, а также накопленный колоссальный опыт приводили к тому, что на охоту и собирательство бушменам требовалось лишь несколько часов в день. Оставалось достаточно времени и энергии для творческого отдыха. Представители этой народности даже изобрели музыкальные инструменты, что выглядит особенно необычно на фоне их материальной нищеты — нищеты, конечно, с позиции современного «цивилизованного» человека. Племя никогда не задерживалось долго на одной стоянке и поэтому бушменам не требовалось личного имущества более того, что можно было бы унести на себе за раз.
В связи с самодостаточностью в охотничьем обществе отсутствует классовое разделение (или выражено минимально). Конечно, не стоит идеализировать абсолютное равенство первобытных людей, но оно не шло в никакое сравнение с классовыми различиями более поздних земледельческих народов.
«Научно–технический» уровень общества каменного века могли нести в себе очень небольшие человеческие общины. Племя каменного века было способно воспроизводить себя и свою культуру, имея в своем составе несколько сотен человек. Этого хватало, чтобы хранить обычаи, навыки охоты на разных зверей, знания о растениях, способы изготовления оружия и одежды, строительства простейших жилищ; передавая из поколения в поколение мифы и традиции.
Охотничье общество не могло перейти на более высокий технический уровень. Огромные расстояния плюс отсутствие развитой транспортной техники делали невозможными массовый обмен продуктами и идеями между поселениями. Отсутствие излишков продуктов не давало возможности содержать профессионалов, специализирующихся на чём–то отличном от непосредственного добывания пищи – т.е. не могло быть ни ремесленников, ни управленцев. Всё это делало невозможным создание городов, а значит и возникновение цивилизации.