– В спорте все больше документалок: в гольфе, в «Формуле-1» каждый сезон, только что вышла отдельная про Карлоса Алькараса, а вы раньше говорили, что вам не очень понравился «Брейк-поинт» на Netflix. Как вы сейчас к этому относитесь и готовы ли были впустить так съемки в свою жизнь?
– Я видел, как снимали документалку про Карлоса. Камера постоянно рядом, целый день – это не про меня, я бы так не смог. Когда я на корте, стараюсь раздать автографы всем, кто попросит. В отелях, на турнире или на отдыхе, тоже фотографируюсь, подписываю карточки.
Но когда я, например, ужинаю с семьей или друзьями – нет. Бываю не то чтобы грубым, но могу отказать, если кто-то идет за фотографией, прямо когда я ем. После – пожалуйста.
Я очень внимателен к таким вещам. И, если я впущу кого-то для документального фильма в свое личное пространство, я просто сойду с ума. Ведь обычно как: если даешь разрешение на это, они всегда хотят большего. Снимать твоих дочерей, твою жену, задавать им вопросы, тебе вопросы про личную жизнь.
Смотрел интервью [американского рэпера] Джека Харлоу, он сказал: люди хотят знать о тебе все вплоть до того, с кем ты встречаешься, что ты ешь на ужин и принимаешь ли ты душ 5 минут или 15, но ты должен оставлять хоть что-то только своим личным – иначе у тебя своей жизни просто не останется.
Так что, думаю, я никогда бы не согласился на такую документалку про себя. С другой стороны, я предпочитаю никогда не говорить «никогда», – приводит слова Медведева корреспондент Спортса’’ Андрей Васильев.
Алькарас снял документалку, что путь к величию – это рабство, а его команда – тираны
