ЮжВояж - 4

ЭЛИСТА.

Меня весь день не покидало ощущение, что я в своём же городе 30 лет назад.

Ну, только если иномарки во дворах и иные признаки современности вроде вышек связи и электронных табло автобусов.

А в целом - грязь. Глина, чернозем, мусор, горы возле баков, буранчики песка, тротуар в три слоя, газеты, смятые отбойники, нелепая побелка на деревьях.

И кругом одни калмыки.

Людей со славянскими лицами от силы треть. И надо отдать должное местным - они не играют в сепаратизм и самобытность. Все говорят на русском, вывески и ценники на русском, блюда местной кухни в местных кафе рассчитаны больше на фанатов, чем туристов. Да и для самих туристов в городе пара-тройка мест.

Вот чтоб плитка, фонари, газончик и камеры.

Потому что у меня сложилось впечатление, что Элиста имеет такую же степень погружения в фольклор кочевников и буддизм, какая у Суздаля с православием.

Красивый добротный экзотический стильный.

Лубок.

Аттракцион.

Хотя буддизм в Элисте это и правда красиво. Не пафосно и вычурно, а как на хороших детских рисунках. Какая-то мультяшность этих пагод, скатов крыш, скульптур.

Посередине парка памятник Цою.

Когда, как и зачем кореец стал калмыком?.. Но памятник добротный.

На деревьях развешаны музыкальные трубки и молоточки. На большой высоте и даже при слабом ветре мелодичный перезвон.

В Золотой Обители Будды надо снимать обувь, фото и видео запрещены.

Да, это четверг, да утро, но в главном храме республики верующих двое.

Ну и я - в сменных тапках по-кошачьи по коврам от стены к колонне.

Изнутри богатые, но опять же мультяшные росписи, фигура Будды явно в юном возрасте, в воздухе смесь благовоний и сотен живых цветов.

Крутанув на удачу ступу с иероглифами, сбегаю вниз и снова центральным бульваром, где и у кота калмыцкий разрез глаз.

Республиканский автовокзал вдвое больше Волгоградского, барельеф сияет в уже весеннем солнце. И на километры вокруг никого. Только я и луноликая кассирша. Она вбивает данные паспорта, почти по буквам губами повторяет название области и пожимает плечами.

Бронзовый всадник, местный герой Ока Иванович Городовиков на лицо настолько калмык, что не веришь ни в его фамилию, ни в отчество.

Автобус, поскрипывая степным песком, берет курс на Ставрополь.

На закатном солнце идеально ровная и совершенно бесконечная степь ювелирно разрезается шоссе точно пополам. Дорогу видно на десятки километров, иногда вдоль асфальта возникают озера, больше похожие на чудовищных размеров лужи.

Навстречу три грузовика за 10 минут, нашу новую "газель" обогнал лишь один белый джип.

Ночь падает на степь внезапно, без сумерек, погружая в гудронную тьму без огней.

Большое село на трассе после 3 часов пути, музыка через мегафоны на столбах, за угол каблуками процокала попутчица из местных и снова 2 часа шоссе.

И снова туман, и снова шторм, и хтоническая бездна.

И если в Элисте был апрель, то Ставрополь встретил самым размашистым петербургским ноябрем, когда ты идёшь вдоль дома и примерно видишь, что 5 этаж точно есть, мутный свет окон.

А на утро узнаешь, что это высотка в 25 этажей.