Найти в Дзене
Анатолий Гурышев

ЮжВояж - 3

Когда шагомер просит отдыха. ВОЛГОГРАД  Очень даже февральские, но совсем не южные +2° бодрым рабочим утром в Волгограде пощекотали шею колким туманом и нахраписто подтолкнули по свежему насту навстречу приключениям. Город большой, распластанный по крутому берегу Волги. Больше советский, чем современный, хотя точечные (но не всегда точные) вкрапления архитектуры нулевых иногда цветастым сарафаном бьют по глазам. В набережную вложены солидные деньги, видно, что позвали настоящих архитекторов и все формы и масштабы соблюдены. Идёшь бодро почти полчаса, а красный стяг ещё видно.  Волга на штормовом ветру бурлит почти океаном, другого берега просто нет, в тумане и снежной крупе кружат пакет из магазина и несколько ворон. Утром в среду на гранитных ступенях я один и оранжевое пятно зимней куртки пытается подмигнуть почти незаметному диску солнца. Над серой водой грандиозный мост, над срезом холма в дымке чей-то силуэт. Ветер пытается стащить шапку с головы, из пелены неожиданно выраста

Когда шагомер просит отдыха.

ВОЛГОГРАД 

Очень даже февральские, но совсем не южные +2° бодрым рабочим утром в Волгограде пощекотали шею колким туманом и нахраписто подтолкнули по свежему насту навстречу приключениям.

Город большой, распластанный по крутому берегу Волги. Больше советский, чем современный, хотя точечные (но не всегда точные) вкрапления архитектуры нулевых иногда цветастым сарафаном бьют по глазам.

В набережную вложены солидные деньги, видно, что позвали настоящих архитекторов и все формы и масштабы соблюдены.

Идёшь бодро почти полчаса, а красный стяг ещё видно. 

Волга на штормовом ветру бурлит почти океаном, другого берега просто нет, в тумане и снежной крупе кружат пакет из магазина и несколько ворон. Утром в среду на гранитных ступенях я один и оранжевое пятно зимней куртки пытается подмигнуть почти незаметному диску солнца.

Над серой водой грандиозный мост, над срезом холма в дымке чей-то силуэт. Ветер пытается стащить шапку с головы, из пелены неожиданно вырастает стена стадиона и так же тонет в серой мгле.

Скульптура Родина-Мать в звенящей тишине кургана гулко поёт ветром на кончике меча. Но её саму с трудом видно даже выше колена и здесь, на вершине кургана только я, рыжая трава и исполинские серые пальцы на ступнях памятника.

По территории мемориала идеальным парадным шагом марширует звено караула. Чеканный шаг, чеканные лица. Эта пятёрка вне времени и пространства.

Уступами барельефы, трое местных, один такой же турист, рыжий кот и грач на репродукторе. Если поймать его взгляд, то Левитан будет вещать от его лица.

Волгоградское метро это такое же метро как и в Москве, но в Волгограде.

Гранитные плиты, мозаика, туннели.

В центре города в вестибюле три пассажира ждут трамвай.

От "Комсомольской" до "Пионерской" на отремонтированном "чехословаке" и туман стал отходить в степи.

Самый большой в Европе речной вокзал занесён снегом, нет следов, нет людей, даже дежурного освещения.

От него вверх уходит парадная лестница и белые фонари вперемешку с орденами Ленина.

К тому, что самый знаменитый Сталинградский фонтан "Бармалей" будет встречать вас внезапно и очень скромно буквально на выходе из здания железнодорожного вокзала, нужно быть готовым заранее. Белые фигуры в белом кругу почти спрятались среди вывесок магазинов.

Автовокзал города-миллионника не впечатляет.

Ну, только если не брать в расчёт упитанного дрозда прямо у терминала оплаты у окошка кассы.

Если не обращать внимания на ледяной ветер в туалете.

Если не вдумываться в то, что и в 2024 году к тебе запросто могут пристать группой студентки, которые подрабатывают продажей симкарт. Из рук в руки.

А может, и не симкарт.

А может, они и сами не продавцы, а товар.

Грязно, 90е, автобус на Грозный ведут два водителя из Чечни суммарным возрастом под 130 лет.

В автобусе кондуктор делает перекличку и из 15 пассажиров, изьявивших желание ехать из Волгограда на Кавказ, некто Каллоев только один. Остальные Степановы да Марковы.

Автобус долго кружит по пробкам и уже в полной темноте поскрипывая и набирая жар в салоне выезжает в степь.

Ни огней, ни неба, ни попутных машин. Да и встречные огромная редкость.

Через шесть часов из мрака прыгают к окнам автобуса хрущевки и жёлтым "шиномонтAGE", в мутных облаках неясно очертания всадников на постаментах. Снег если и был, то давно растаял и в переплетении ветвей полуночных кустов орешника полощет сквозняком афишу о лекции лучшего ученика далай-ламы в местном ДК.

Да, песок уже слегка скрипит на зубах.