Звезда лишь сейчас рассказывает, что с ней случилось. – Когда я пришла в себя после наркоза и увидела этот ужас, я подумала, что мне лучше умереть! – так Вера Алентова вспоминает ту пластику. В 2008-м с ее лицом стряслось что-то страшное. Оно поплыло, покрылось буграми. Алентову перестали узнавать! Но она ничего не комментировала. – Я бы молчала и дальше, но слишком много вранья прочитала о себе, – вздыхает актриса. И лишь сейчас рассказывает, что с ней случилось. Да, она делала пластики: – Четыре раза. Все удачные! Но в 2008-м ей не повезло. Врач, к которому она обратилась за очередной коррекцией, уговаривал ее сделать еще и липофилинг. При нем хирург вкалывает в лицо пациентки ее же жир, взятый из бедра. Считается, что это разглаживает морщины. – Но я отказалась! Доктор настаивал. Тогда я из вежливости сказала: «Ну, может быть». Дальше – наркоз. И хирург вколол мне этот чертов жир! Мне потом было страшно смотреть на себя в зеркало! Я пыталась дозвониться до доктора, но он сменил номе
Звезда лишь сейчас рассказывает, что с ней случилось.
– Когда я пришла в себя после наркоза и увидела этот ужас, я подумала, что мне лучше умереть! – так Вера Алентова вспоминает ту пластику.
В 2008-м с ее лицом стряслось что-то страшное. Оно поплыло, покрылось буграми. Алентову перестали узнавать! Но она ничего не комментировала.
– Я бы молчала и дальше, но слишком много вранья прочитала о себе, – вздыхает актриса.
И лишь сейчас рассказывает, что с ней случилось. Да, она делала пластики:
– Четыре раза. Все удачные!
Но в 2008-м ей не повезло. Врач, к которому она обратилась за очередной коррекцией, уговаривал ее сделать еще и липофилинг. При нем хирург вкалывает в лицо пациентки ее же жир, взятый из бедра. Считается, что это разглаживает морщины.
– Но я отказалась! Доктор настаивал. Тогда я из вежливости сказала: «Ну, может быть». Дальше – наркоз. И хирург вколол мне этот чертов жир! Мне потом было страшно смотреть на себя в зеркало! Я пыталась дозвониться до доктора, но он сменил номер телефона. Понадобились годы, чтобы лицо наконец начало приобретать прежние черты.
Пережив весь этот ужас, Вера хочет верить, что тому горе-доктору икается нынче так же часто, как часто ей моют кости в Сети за его уродливую пластическую операцию…