Недавно отряд кораблей Тихоокеанского флота в составе корветов «Резкий», «Герой Российской Федерации Алдар Цыденжапов» и среднего морского танкера «Печенга» совершил деловой заход в порт Читтагонг Республики Бангладеш.
Во время визита экипажи кораблей ТОФ приняли участие в памятных мероприятиях, посвящённых оказанию советскими военными моряками помощи по расчистке в 1972—1974 годах заминированного и заблокированного порта Читтагонг на этапе становления молодой республики.
Моряки двух стран возложили венки и цветы к мемориалу и могиле старшего матроса Юрия Редькина, который погиб 13 июля 1973 года во время работ по расчистке и разминированию акватории порта.
В прошлом году исполнилось 50 лет со дня окончания операции ВМФ СССР по восстановлению навигации в главной гавани Бангладеш.
С первых же дней независимости над страной нависла реальная угроза голода. Молодая республика оказалась не в состоянии ни прокормить многомиллионное население, ни принимать гуманитарные грузы из-за того, что порты и фарватеры были частично перекрыты затопленными судами, а подходы со стороны моря — минированы.
В марте 1972 года руководство Бангладеш обратилось за помощью к СССР.
Советский Союз был одним из первых, кто оказал новому государству помощь. Уже 10 февраля 1972 года в порт Читтагонг пришёл первый советский теплоход «Сальск» с рисом, а в порт Чална — теплоход «Партизанская искра» с продовольствием. Курс на Бангладеш взяли ещё несколько теплоходов.
3 марта 1972 года самолёт президента НРБ шейха Муджибура Рахмана совершил посадку в Москве. Бенгальский лидер встретился с Леонидом Брежневым, побывал у министра обороны Маршала Советского Союза А.Гречко и обратился к советскому руководству с просьбой помочь освободить порты его страны от затопленных кораблей и протралить минные поля. 6 марта командование Тихоокеанского флота получило директиву с указанием срочно готовить экспедицию для разминирования Бенгальского залива и подъёма затонувших судов. Одновременно из Москвы в Читтагонг прямым авиарейсом была направлена группа экспертов, в состав которой вошли минёры ВМФ, сотрудники 40-го Государственного института аварийно-спасательного и глубоководного водолазного дела, а также представители гражданской организации «Совсудоподъём» Министерства морского флота СССР.
Для выполнения этих работ сформировали экспедицию особого назначения ЭОН-12, подчинённую командующему Тихоокеанским флотом, с дислокацией в порту Читтагонг.
После изучения обстановки в районе порта Читтагонг оперативным управлением ГШ ВМФ были проведены расчёты, которые показали, что силы ЭОН-12 способны решить поставленную задачу за тридцать рабочих суток.
В создавшихся условиях назначенный командиром экспедиции особого назначения контр-адмирал С.Зуенко принял решение в течение мая — июня 1972 года произвести траление мин в первую очередь на подходах к порту Читтагонг, обвехование протраленных фарватеров, а также организовать тщательное противоминное наблюдение.
Корабли в ЭОН-12 включались из состава разных соединений ТОФ. Так, базовые тральщики БТ-103 и БТ-284 были из 77-й бригады траления ТОФ. Корабли, входившие в состав 12-й ЭОН, отправлялись из Владивостока тремя отрядами. Первые отчалили от дальневосточного берега 22 марта 1972 года. Шесть малых катерных тральщиков до Бангладеш перевозили крупнотоннажные гражданские суда.
2 апреля 1972 года в порт Читтагонг прибыла плавмастерская ПМ-40, она прошла по узкому фарватеру, проделанному индийскими тральщиками. Вскоре пришли из Владивостока океанский буксир и водолазное судно. Всего в составе ЭОН в Бангладеш прибыло около 1,5 тыс. человек. Мичманы, старшины, матросы и гражданские специалисты отдыхали и жили на своих судах, а 26 офицеров местные власти разместили в специально отремонтированных для них домах.
— День 15 апреля 1972 года стал для нас памятным, — рассказывал позднее С.Зуенко. — В этот день мы опустили первого водолаза — старшину 2 статьи Николая Ламухина. Он осмотрелся вокруг: ничего не видно. «Спуск в темноту» — так окрестили мы этот первый спуск. Всего водолазов насчитывалось 150, треть из них были гражданскими специалистами, остальные — матросами и старшинами срочной службы, мичманами. Но и в темноте наши специалисты научились свободно ориентироваться. Работали напряжённо, стремясь уложиться в график. Река Карнапхули, в водах которой работали наши моряки, была загадкой со многими неизвестными. Скорость течения её достигала 4—5 узлов. Стоило водолазу опустить ходовой трос, как его тут же относило.
Наши моряки не растерялись в таких сложных условиях. Они стали действовать на ощупь: руками отыскивать суда, обнаруживать пробоины, ориентироваться в завалах судовых конструкций. Трудились в основном в период смены течения, когда вода находилась в стоячем положении, то есть когда не было ни прилива, ни отлива. Этот период длился 35—45 минут и сменялся каждые 6 часов, четыре раза в сутки. В итоге в сутки для работы выкраивалось лишь 2—3,5 часа.
Со 2 мая 1972 года были развёрнуты основные работы по тралению, и уже в этот день была вытралена и уничтожена первая мина. В сложных условиях, с учётом местных особенностей, корабли и обеспечивающие силы приступили к работам. Малые катерные тральщики срезали минрепы (стальные тросы, соединяющие мины с якорями) на пятиметровой глубине от поверхности воды, после чего всплывшие к поверхности мины расстреливали или подрывали. В июле 1972-го, с появлением муссонов, траление было временно приостановлено. К этому моменту подходной фарватер был расширен до 3 миль, а общее количество уничтоженных мин с января 1972 года достигло24. В двадцатых числах июля в Бангладеш прибыла советская правительственная делегация для подведения итогов четырёхмесячного труда ЭОН. Визит совпал с празднованием Дня ВМФ в последнее воскресение месяца. В ходе визита в июле 1972 года СССР и Бангладеш подписали двусторонний протокол о ходе траления, согласно ему очистку от мин Читтагонга должны были осуществить к концу 1972 года, а контрольное траление — до конца 1973 года.
Среди привлечённых к работе специалистов-тихоокеанцев оказался и специалист по судоподъёму старший лейтенант Валентин Овчинников. Он вспоминал: «Главное богатство Бангладеш — это климат, в условиях которого произрастает лучший в мире чай, даже индийский и цейлонский не могут сравниться с бенгальским. Но для северян этот климат губителен. Такой жары никто из нас ранее не испытывал — парная баня. Пьёшь воду и сразу потеешь, в организм она не попадает. Мы были молоды, здоровы и сравнительно быстро и легко прошли акклиматизацию. Но старшему поколению было тяжко: соли, шлаки и прочее без воды дали о себе знать.
В период траления в целях максимального снижения опасности и сокращения срока работ штурманом 118-го дивизиона капитан-лейтенантом Г.Мурзаевым и дивизионным минёром капитан-лейтенантом И.Горшковым был предложен и осуществлён новый тактический приём, позволяющий использовать для траления мелкопоставленных мин в малую воду морские тральщики в паре с рейдовыми. Траление мелкопоставленных мин при резко выраженных приливно-отливных течениях (до четырёх метров) проводилось нашими тральщиками впервые в практике Военно-Морского Флота. В соответствии с планом силы ЭОН-12 в течение года осуществляли разведывательный поиск мин по наиболее используемым маршрутам следования в Читтагонг.
Экипажи советских тральщиков вели планомерное траление огромной площади перед входом в порт. Им постоянно приходилось преодолевать большие трудности. Низкие берега, отсутствие ориентиров для точного определения места кораблей при тралении, мутная вода, малые глубины, большая засорённость района затонувшими судами и шхунами, многочисленные движущиеся по реке парусные суда — всё это тормозило ход работ по разминированию. А главное — наши моряки не имели представления о границах минного заграждения. Тем не менее к 22 августа была выполнена практически половина всех запланированных работ тральных сил. Это позволило расширить фарватер к порту Читтагонг с десяти до тридцати кабельтовых. Кроме того, вывод из порта трёх крупнотоннажных транспортов показал всем судовладельцам и дирекции порта возможность ввода больших судов в порт для разгрузки, так как основной фарватер был чист. Интенсивный заход судов в порт для разгрузки в мае — июне 1972 года дал возможность порту в июле работать уже на полную мощность и перерабатывать грузов больше, чем до войны. Ворота жизни Бангладеш — порт Читтагонг, как писали тогда газеты, были открыты.
К 21 октября вся акватория площадью около 2000 квадратных миль была обработана тральными силами с применением контактных тралов. Наши моряки свой план перевыполнили, так как самым оптимистическим сроком окончания работ первоначально называли декабрь. Бывшие опасные районы были наконец объявлены открытыми для мореплавания судов с осадкой до восьми метров.
Корабельный состав отряда в 1973 году пополнился плавмастерской ПМ-156.
В дальнейшем, до конца 1973 года, экспедиция силами двух базовых тральщиков в целях обеспечения гарантии безопасности плавания в этом районе в соответствии с действующими правилами проводила периодическое контрольное траление. Этот этап работы также был завершён успешно, в результате чего суда и корабли получили возможность плавания во всём районе. 15 марта 1974 года в торжественной обстановке тральщики проводили на Родину.
Таким образом, взятые Советским Союзом обязательства экспедиция выполнила полностью и в срок. После окончания работ 12 июня 1974 года теплоход «Хабаровск» с основным составом 12-й ЭОН ВМФ СССР отбыл из Читтагонга во Владивосток, а спустя 12 дней ушли и остальные члены экспедиции. ЭОН-12 была расформирована.
За мужество и отвагу, проявленные при выполнении задания Советского правительства, 44 военнослужащих, рабочих и служащих были награждены орденами и медалями СССР, более ста человек поощрены приказом главнокомандующего ВМФ. Новообразованная республика ещё не имела своих наград, поэтому для командира 12-й экспедиции особого назначения бенгальские умельцы отчеканили медаль из чистого золота, для офицеров — из серебра, а всем матросам, старшинам и мичманам вручили награды, отлитые из переплавленных бронзовых винтов поднятого парохода «Сурма».
Память жива. В наши дни в порту Читтагонг командир отряда кораблей ТОФ капитан 1 ранга Алексей Анциферов встретился с представителем посольства Российской Федерации в Бангладеш и провёл официальные встречи с представителями военно-морских сил принимающей стороны. Для российских военных моряков были спланированы культурная и спортивная программы.
Ранее отряд кораблей ТОФ принял участие в многостороннем учении «Комодо-2025» в Индонезии, в трёхстороннем военно-морском учении «Морской пояс безопасности — 2025», организованном иранской стороной, учении «Аравийский муссон» с пакистанскими кораблями, а также в традиционном военно-морском учении «Индра Нэви — 2025» с кораблями ВМС Республики Индия.
Юрий ТРАКАЛО.
Фото из открытых источников.