Геродот говорит о теме своего труда: "Это есть изложение исследования Геродота галикарнассца, [представленное] для того, чтобы от времени не изгладилось в памяти все, что совершено людьми, а также чтобы не заглохла слава о великих и достойных удивления деяниях, совершенных частью эллинами, частью варварами, что касается как всего остального, так и причины, по которой между ними возникла война".
История сохранила не так уж много сведений о биографии этого великого человека.
Геродот (латинское Herodotus,греческое Herodotos, Иродотос) — древнегреческий историк, названный римским политическим деятелем, оратором, философом и писателем Цицероном «отцом истории» («О законах», I,1,5); автор сочинений, посвященных описанию греко-персидских войн с изложением истории государства Ахеменидов, Египта.
Периодом его жизни принято считать 484(5) – 425 годы до нашей эры. Он был рождён в дорийском городе Галикарнасе (на западе Малой Азии) в знатном и богатом семействе. В годы юности он принял участие в политической борьбе аристократии против правителя-тирана, не преуспел в этом и наряду со многими другими вынужден был отправиться в изгнание. Вначале Геродот поселился на острове Самос – одном из самых влиятельных и богатейших ионийских островов, контролирующем всю западную часть Средиземного моря. Умный и образованный юноша в скором времени изучил историю, язык, государственное устройство этой земли и вполне мог бы остаться на Самосе жить, однако он предпочёл отправиться путешествовать дальше. В планах Геродота было написать историю греко-персидских войн. Он желал раскрыть секреты силы персидской армии – понять, как именно это многонациональное и многоязычное воинство могло взаимодействовать так успешно. Желая поведать то, чего не знали и о чём не сказали другие учёные, он сам очень много времени проводил в путешествиях – наблюдая, размышляя, описывая, общаясь с людьми. Вначале он отправился на Кипр и в Тир, где говорил со жрецами, затем побывал на юге – в Газе, откуда поехал в Египет. Спустившись по Нилу до Сиены, он направился на Красное море, чтобы узнать, услышать и увидеть своими глазами как можно больше об окружающем мире – ведь именно к этому стремился Геродот. История его путешествий продолжилась на Востоке: учёный преодолел огромное расстояние от Ливии до Ассирии, Вавилона и Экбатаны. После этого он вернулся в Малую Азию, далее направившись на Геллеспонт и земли Северного Причерноморья, по которым проследовал вплоть до Ольвии – колонии Милета. Посетил Геродот и греческие города на Балканах. Свои странствия он подтверждал именами людей, которых увидел в тех местах.
В 444 году до нашей эры он отправился на Олимпийские игры в Афины, где публично зачитал свои труды. За это он получил от греков огромное по тем временам вознаграждение – десять талантов (около трёхсот килограмм золота). После этого события он принял активное участие в основании греками колонии в Фуриях. Впечатлённый культурой этого народа, он стал ярым сторонником их государственного устройства, принял гражданство и остался жить в колонии.
Именно в Фуриях где-то между 430-425 годами до нашей эры и скончался, оставив после себя единственный, но величайший труд, самый первый учёный-историк, известный человечеству – Геродот. "История": краткое содержание Результаты своих трудов учёный объединил в одно объёмное произведение, написанное живым, красочным языком, подтверждающим незаурядный уровень мастерства автора в жанре художественного рассказа. Время создания сочинения исследователи установили лишь приблизительно: между 427-421 годами до нашей эры.
"История" Геродота в том виде, каком мы знаем её сегодня, состоит из девяти книг и (формально) отдельного введения. Каждая из книг озаглавлена в честь одной из древнегреческих муз. Разделение текста на книги произошло позднее в результате обработки произведения грамматиками Александрии. Введение содержит данные об имени автора произведения и раскрывает главные цели его труда. Сочинение Геродота повествует о греко-персидских войнах и обычаях древних народов. Оно содержит множество сведений об истории древних стран (Лидии, Мидии, Египта, Персии, Скифии), их отношениях с греками и друг с другом. Соединяя описание событий со своими размышлениями по поводу изложенного, "отец истории" Геродот впервые критически отнёсся к источникам, на которые опирался при написании своего труда, а также систематизировал факты. Для описания обширных географических и антропологических отступлений он в первую очередь использовал наблюдения, сделанные им самим. "История" Геродота: значение Труд Геродота вызывал неоднозначное отношение у тех, кто пошёл по его стопам, продолжая развивать историческую науку.
Одни называли великого автора "отцом истории", другие обвиняли его во лжи, находя в работе неточности и неверно истолкованные события.
«История» Геродота как исторический источник и как литературное произведение.
При суждении о том, насколько можно доверять сообщениям Геродота, надо рассматривать отдельно два вопроса: во-первых, насколько хотел Геродот сообщить правдивые, согласные с действительностью сведения и, во-вторых, насколько он мог это сделать.
Ответ на эти вопросы должен быть такой: Геродот всегда стремился отыскать истину, но не всегда умел или мог найти ее.
Его желание отыскать истину не подлежит сомнению. Несмотря на трудности тогдашних путей сообщения, он предпринимает далекие путешествия. Он плывет в город Тир, в Финикию, желая добыть точные сведения о культе Геракла (II, 44), совершает путешествие в Северную Аравию, чтобы узнать о крылатых змеях (II, 75). Он обращается с расспросами к местным жителям, осматривает памятники, сам производит измерения, сличает черепа павших в бою при Пелусии и т. д. Добросовестность Геродота видна из того, что он считает долгом сообщать все слышанное и даже версии, которым он не верит и которые противоречат высказанному им мнению. Он сознается в незнании некоторых событий, местностей и лиц и в том, что отдельные его сообщения не более, как принятые со стороны слухи.
Добросовестность Геродота как наблюдателя доказывается прежде всего такими случаями, когда он заносит в свой труд показания, на его взгляд, неверные, которые в новые времена подтвердились географическими, историческими и этнографическими изысканиями. Геродот, например, не верил тому, будто финикийцы во время плавания вокруг Африки видели солнце с правой стороны (IV, 42) , а между тем это было именно так.
Странным представлялся Геродоту ликийский обычай матриархата (I, 173), но он внимательно наблюдал и обстоятельно записал его: "Ликийцы называют себя по матери, а не по отцу». Если кто спросит соседа об его происхождении, тот сообщает ему родословную с материнской стороны и перечисляет матерей своей матери. И если женщина-гражданка сочетается браком с рабом, то дети признаются благороднорожденными; если же мужчина-гражданин, хотя бы самый знатный между ними, возьмет в жены чужеземку или наложницу (т. е. рабыню), то дети их не имеют прав гражданства".
Многие сообщения Геродота о скифах, о свайных постройках пеонов (V, 16), о колониях финикийцев подтверждаются раскопками и эпиграфическими данными; равным образом, многие сообщения его подтверждаются новыми данными в области изучения египетских и ассирийских памятников.
Желание Геродота не вводить читателя в заблуждение относительно правдивости сообщаемых им известий видно из того, что он сам предупреждает о разной степени достоверности фактов, о которых он говорит. Он указывает, что источники передаваемых им известий были различны, а именно: личное наблюдение (ὄψις), умозаключение (γνώμη), изыскания при помощи расспросов (ίστορίη) и, наконец, передача со слов других (κατὰ τὰ ἤκουον) (II, 99). Впрочем, он не держится строго правила различать эти источники.
Не один раз Геродот замечает, что он передает только слышанное, нисколько не обязывая ни себя, ни читателя принимать подобного рода известия на веру. "Я обязан, - говорит он, - передавать то, что говорят, но вовсе не обязан верить этому, и это замечание мое касается всего моего повествования" (VIII, 152).
В другом месте он заявляет: "Действительно ли это так, я не знаю, а пишу, что рассказывают" (IV, 195). Почти то же, он повторяет и еще в одном месте:
"Пускай принимает рассказы египтян тот, кому они кажутся вероятными, а я во всем своем повествовании держусь правила писать то, что каждый рассказывает" (II, 123).
При оценке исторических событий, особенно при определении их причин, Геродоту иногда мешала его религиозная теория о вмешательстве божества или судьбы в человеческую жизнь и о возмездии за преступления. Вместо того, чтобы исследовать внутреннюю связь событий, он объясняет их иногда сверхъестественными причинами. Так, например, спартанцы считали, что царь Клеомен вследствие общения со скифами сделался горьким пьяницей и от этого сошел с ума. "Так рассказывают спартанцы о случае с Клеоменом, - возражает Геродот, - мне же кажется, что Клеомен понес в этом наказание за Демарата: именно, по мнению большинства эллинов, Клеомен погиб за то, что внушил Пифии возвести на Демарата напраслину" (VI, 75, 84) .
Такое истолкование событий Геродотом объясняется тем, что в древнегреческом обществе были распространены теолого-моралистические воззрения, и представители литературы освещали исторические события под влиянием этих воззрений.
В целом мы должны высоко ценить творчество Геродота.
Борухович В. Г. высказывал следующее мнение о Геродоте : «Значение Геродота в истории мировой культуры огромно. Он приблизился к подлинному историзму в восприятии событий и фактов, представив человеческую историю как развертывающийся во времени и (с.499) пространстве процесс, в ходе которого меняются судьбы людей и государств…»
1 Защитником правдивости Геродота выступил в последнее время академик В. В. Струве. В статье «Геродот и политические течения в Персии эпохи Дария I» В. В. Струве на основании персидских надписей пришел к следующему заключению: «В конечном итоге можно с полной уверенностью высказать положение, что вопрос о достоверности Геродота для истории Ближнего Востока VII‑V века до н. э. получает, в результате данного исследования, свое новое положительное разрешение». («Вестник древней истории», 1948, № 3, стр. 35)
Геродоту, не имевшему понятия ни об экваторе, ни об эклиптике, такое сообщение, естественно, должно было показаться неправдоподобным. А между тем, финикияне, огибая южную оконечность Африки, в направлении от востока к западу, могли видеть солнце только на севере, т. е. с правой стороны.
Эти же религиозные убеждения автора , оказывали иногда влияние на включение им в «Историю» эпизодов, не имеющих непосредственного отношения к теме, но иллюстрирующих его теорию конкретными примерами. Таковы, например, эпизоды об Арионе (I, 23), о Солоне и Крезе (I, 29–33), о Поликрате (III, 39–43) и др.
Некоторые ученые нового времени также считают эти речи невероятными. Но академик В. В. Струве видит и в этих речах персидских вельмож в изложении у Геродота, отголоски политической литературы Персии. Он говорит: «Правда, Геродот передавал в своем труде повествования своих персидских осведомителей не слишком точно. Основные идеи его исторического мировоззрения, а также и греческого мышления оказали свое воздействие на передачу своеобразных персидских терминов, созданных политико–религиозной концепцией Западного Ирана во второй половине VI века до и. э. Тем не менее, я полагаю, что можно установить в вышеуказанных трех главах — 80, 81 и 82 — книги III Геродота отражение положений Накширустемской надписи, в которой нашла отклик та политическая борьба, которая раздирала Западный Иран в эпоху Дария I». Указ. соч., стр. 210.
Документально доказать знакомство Фукидида с сочинением Геродота на основании имеющихся у нас данных невозможно; но если Фукидид и не знал «Истории» Геродота в изданном виде, то чтения его в Афинах он, вероятно, слышал.
Остатки Ольвии находятся на берегу Буга, между городами Николаевом и Очаковом.
Эта местность находилась на морском берегу и простиралась от реки Борисфена (Днепра) до Гипакириса, т. е. до нынешнего Каркинитского залива. Северную границу Гилеи нельзя определить в точности; во всяком случае она могла находиться не далее, как в двух–трех днях пути по левому берегу Борисфена. Теперь эта местность представляет голую степь, хотя сохранилось предание о лесах, некогда там существовавших.