Всегда за тех, кто дорог и любим, боишься больше всего. И за кукол тоже. Приехала эта куколка, трепетная, относительно ровная. Так нет - бедренные шарниры немного слабоваты. Голова - по ощущениям - как у Момоко. Очень лёгкая. Завязала гульку кукле - голова клонится назад. Боюсь в руки брать. А хочется. И серьги вынуть хочется - зачем эти крючки? Ванда только смеётся Платье надела новое, домашнее (спасибо Марине), на солнышке улеглась, греется, щурится, зайчиков солнечных смущает. Может, и не переживать за голову? Не оторвётся же? И как это можно предугадать, что с куколкой в коробке? Видимо. никак.
Всегда за тех, кто дорог и любим, боишься больше всего.
И за кукол тоже. Приехала эта куколка, трепетная, относительно ровная. Так нет - бедренные шарниры немного слабоваты. Голова - по ощущениям - как у Момоко. Очень лёгкая. Завязала гульку кукле - голова клонится назад. Боюсь в руки брать. А хочется. И серьги вынуть хочется - зачем эти крючки?
Ванда только смеётся Платье надела новое, домашнее (спасибо Марине), на солнышке улеглась, греется, щурится, зайчиков солнечных смущает.
Может, и не переживать за голову? Не оторвётся же?
И как это можно предугадать, что с куколкой в коробке? Видимо. никак.