Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Доля-долюшка...Часть XXVI.Памяти моей бабушки Анастасии посвящается.

Время снова выполняло свою важную работу: считало денечки, которые оставляли свои следы- узоры на лице Анастасии. Светлый день - светлый след в душе, тревожный и мрачный - глубокая морщину прокладывает. Юрий прислал письмо ещё с дороги, из Куйбышева. Писал, что получили обмундирование, сапоги выдали яловые, ремень кожаный...По этим словам отец понял, что сын едет служить за границу, ибо на территории СССР выдавали кирзовые сапоги. И действительно, служил Юрий в ГДР, шёл по тем путям-дорогам, где два десятка лет назад проходил его отец... Бабушка вместе с матерью тревожились о нём. Анастасия постоянно говорила: "Сосед на задах служит, в Татищево... А нашего вон куда занесло, в неметчину!" Но внук не один служил на германской земле, были там и земляки-соседи, правда, в других частях,в других городах. Юра исправно писал письма, передавая приветы родственникам и соседям, интересуясь жизнью села. Эти письма успокаивали. Однажды в письме пришла весть о том, что он встретился со своим
А.Страхов. Старушка
А.Страхов. Старушка

Время снова выполняло свою важную работу: считало денечки, которые оставляли свои следы- узоры на лице Анастасии. Светлый день - светлый след в душе, тревожный и мрачный - глубокая морщину прокладывает.

Юрий прислал письмо ещё с дороги, из Куйбышева. Писал, что получили обмундирование, сапоги выдали яловые, ремень кожаный...По этим словам отец понял, что сын едет служить за границу, ибо на территории СССР выдавали кирзовые сапоги.

И действительно, служил Юрий в ГДР, шёл по тем путям-дорогам, где два десятка лет назад проходил его отец... Бабушка вместе с матерью тревожились о нём. Анастасия постоянно говорила: "Сосед на задах служит, в Татищево... А нашего вон куда занесло, в неметчину!" Но внук не один служил на германской земле, были там и земляки-соседи, правда, в других частях,в других городах. Юра исправно писал письма, передавая приветы родственникам и соседям, интересуясь жизнью села. Эти письма успокаивали. Однажды в письме пришла весть о том, что он встретился со своим земляком - Анатолием Тимохиным, по-уличному Петюниным. Парень был старше Юры и служил уже третий год. И, как водилось на селе, в письмах солдату рассказывали не только о родных и близких, но и обо всех соседях: кто родился, кто женился, кто с кем дружит,кто в армию ушёл и где служит - всё знали служивые. Анатолий был водителем у командира части, видно тот и помог узнать о месте службы соседа и каким-то образом приехать к нему в часть. Встреча была радостной для молодых людей. И бабушка благодарила Бога за это, приговаривая, что пути Господни неисповедимы... Следующим летом, когда близился к концу первый год службы внука, он порадовал близких сообщением о том, что ему объявлен отпуск.

В шестидесятые годы прошлого столетия в хозяйствах на уборке урожая работали солдаты -срочники. Один молоденький солдатик приехал в ремонтную мастерскую и там познакомился с Сергеем, зятем Анастасии. По-отцовски относился мужчина к молодому солдату, приглашал его домой на обед. Когда Николай, так звали нового знакомца, приехал к ним впервые и вошёл в дом, то Анастасия чуть не бросилась его обнимать, решив, что человек, одетый в военную форму - Юра. Вслед за всплеском радости последовало горькое разочарование...Но материнская доброта живёт в сердце каждой русской женщины, независимо от того, молодая она или уже в преклонном возрасте. Так и в этом солдате видела Настя и своего сына, и своего внука... Она радушно встречала его, когда он между рейсами со свекловичных плантаций заезжал к ним. Бабушка старалась его накормить и дать с собой пирожков да плюшек... К Николаю приехала в гости тётя, жившая в Саратове, и тоже остановилась у Илюшиных...

В конце октября, наконец, пришёл в отпуск Юрий. Молодой, красивый и возмужавший, на которого не могли налюбоваться родные. Десять дней провел он дома, десять дней радости подарил бабушке, матери, отцу. Осень стояла в золотом убранстве. Тёплые лучи солнца ласкали дремавшую землю. Природа тоже дарила Юрию тихую радость встречи с родной землёй. Такая тёплая погода стояла и в ноябре, а потом ударили морозы.

В конце ноября, сером от инея и снеговых туч, на службу ушёл второй внук. И вновь неспокойно на душе у матери и бабушки. Каждая тревожная мысль оставляет свою морщину на лице и след в сердце. Каждый вечер на коленях просит бабушка о внуках, ждёт их возвращения живыми и невредимыми. Бесконечно долгими кажутся годы их службы, а дни собственной жизни летят, глазом моргнуть не успеешь...

Одно утешало Анастасию: внуки служат в мирное время. Но не всегда и не всё в жизни бывает гладко. Летним вечером 21 августа 1968 года женщины сидели у дома, сумерничали. собирались уже расходиться по домам, когда увидели соседку, секретаря сельского совета. Она возвращалась домой. Ну как не полюбопытничать, откуда она так поздно?! В деревне без этого никуда!

-Катя, ты откуда так поздно? - спрашивают.

-Ой, не говорите! Всю ночь совет работать будет! Я сменилась - другие на дежурство заступили. Мятеж какой-то в Чехословакии...

И словоохотливая женщина от себя добавила, что обстановка неспокойная, как бы война не началась... В слезах ринулись домой все, у кого в армии были сыновья. Позже стало ясно, что страны Варшавского договора вводят в Чехословакию войска. Нашим землякам тоже выпала доля принять участие в стабилизации ситуации. Юрий из ГДР туда не попал...Спустя десятилетия эти события были названы Пражской весной, и очевидцы много рассказывали о том, что там было и как относились к нашим солдатам, прибывшим вместе с военнослужащими других стран.

Николай служил сначала в Свердловске, а затем его перевели в Подмосковье. Юрий, призванный на три года, отслужил два с половиной года: вышел приказ о сокращении воинской службы до двух лет. Он приехал домой зимним морозным днём. Бабушка была дома одна. Радости её не было предела. Особенного умилённо рассказывала она, что белая лохматая дворняжка Дамка, обладавшая свирепым нравом, угадала внука и ласкалась к нему. Несколько недель после демобилизации солдат отдыхал. Анастасия носила в себе мечту, узнать, воочию увидеть, как живёт в Калининграде младшая племянница - Маня. Она уговорила дочь, которая отродясь нигде не была, кроме Саратова, съездить к родственникам, пользуясь кратковременным отдыхом сына:

-С ним-то чего бояться? Он вон где побывал! Езжай, пока я живая, за хозяйством смотрю, девчонка поможет. ПосмОтрите своими глазами, где они и как живут...

И Александра с Юрием отправились в Калининград. Оставался год до возвращения второго внука Насти...

Вот так, тревожась за близких, помогая дочери, и жила Анастасия. Дождалась возвращения внуков, а тут и внучка подрасти успела и с девчонками-соседками стала в клуб бегать. А бабушка переживала за всех. Хотела, чтобы внуки самостоятельных жён выбрали, чтобы внучка образование получила, поэтому часто по-стариковски поучала, наставляла, рассказывала о случаях из жизни, при этом ничего не говоря о своём горьком прошлом...