Маша готовила завтрак для мужа и с тоской смотрела на крошечный кусочек масла, который остался в пачке. Масло, как и зарплата мужа, просто таяло на глазах. Маленький сын Ваня возился в манеже, а муж, Саша, собирался на работу. Саша работал водителем на почте, зарплата у него была такая, что её ни на что не хватало.
– Саша, ты опять им деньги понесёшь? – спросила она, глядя, как он достал из кошелька и пересчитывает купюры в прихожей.
– Маша, ну у родителей тоже расходы, – виновато пожал плечами он, закрывая кошелёк.
– У родителей, – передразнила она, – у родителей две пенсии на двоих, а у нас – одна зарплата на троих. Ты в курсе, что твои родители получают больше, чем ты за месяц вкалываешь?
Саша почесал затылок, будто надеялся, что там найдётся ответ. Но ответа не было.
– Мама говорит, что коммуналка выросла, – пробормотал он.
– А у нас что, коммуналка не выросла? – Маша едва не уронила ложку. – Или у нас батареи на солнышке работают, а продукты мы на деревьях собираем?
Саша промолчал, взял пакет с бутербродами, которые сделала жена, и вышел. Дверь хлопнула, и Маша осталась наедине со своими мыслями и маленьким сыном.
– Вот и сиди теперь, думай, как до зарплаты дожить, – буркнула она, подбирая с пола игрушку.
Свёкры, конечно, люди интересные. Отец – бывший военный, пенсия у него такая, что можно было бы раз в месяц покупать новый телевизор. Мать всю жизнь просидела в управлении МВД, пенсия у неё не меньше, а то и больше. При этом они умудрялись жаловаться на жизнь так, что даже Маша иногда начинала верить, что у них в холодильнике только полбанки горчицы стоит.
– Маша, ты не понимаешь, – говорила свекровь, когда Маша пыталась намекнуть, что у них у самих денег мало. – Мы всю жизнь работали, заслужили. А сейчас всё дорого: лекарства, коммуналка, продукты, да и внуку что-то надо подарить.
– Внуку, между прочим, надо много чего, – не выдерживала Маша. – Только вот внук у нас, а не у вас. И памперсы мы покупаем, а не вы.
Свёкр в такие моменты обычно молчал, делал вид, что занят просмотром телевизора, но стоило Саше появиться, как разговор переходил на тему – как трудно жить на пенсию.
– Саша, сынок, ты бы хоть на выходных заехал, картошку привёз на машине, – говорил он.
– Пап, ну, не знаю, – пытался возразить Саша.
– Ну что ты, мы не просим, просто если будет возможность, – вздыхал свёкр, и Саша сразу соглашался. Картошка и доставка, конечно, за счёт сына.
Маша пыталась объяснить мужу, что так нельзя. Что у них маленький ребёнок, что она пока не работает, что экономить приходится на всём, даже на туалетной бумаге, которую теперь покупали только самую дешёвую и оптом, чтобы дешевле.
– Саша, ну ты сам подумай, – говорила она вечером, когда Ваня наконец засыпал. – Они получают больше нас. Почему ты им должен помогать? А у своей семьи забирать?
– Маша, ну это же родители, – отвечал он, и в его голосе звучала такая обречённость, будто он подписал контракт на вечную помощь. – Они есть семья!
– Родители, родители, – бубнила она себе под нос. – А мы кто тогда, чужие люди?
Однажды Маша решила посчитать, сколько денег уходит на родителей мужа за месяц. Получилось, что если бы они эти деньги откладывали, то через год могли бы купить новый холодильник. Или хотя бы микроволновку, чтобы не греть суп на плите, как это делали сейчас.
– Саша, ты знаешь, сколько ты им отдал за этот месяц? – спросила она, показывая ему бумажку с расчётами.
– Маша, ну что ты начинаешь, – отмахнулся он. – Они же не просят, просто так получается.
– Просто так получается, что мы живём, как студенты, а твои родители на пенсию ездят на дачу на такси, – съязвила она.
– Это было всего пару раз, потому что я не смог их подвезти, а сумок было много, – оправдывал он их.
А свёкры совершенно не стеснялись. Могли позвонить среди недели и попросить купить им новый чайник, потому что старый «уже не греет как надо». Или попросить привезти продукты, потому что «магазин далеко, а ноги болят». Маша пыталась намекнуть, что интернет-магазины придуманы не зря, но свекровь только вздыхала:
– Ты, Маша, не понимаешь, мы люди старой закалки, нам лучше и привычнее, когда сын сам выберет и привезёт.
«А нам лучше, когда деньги в кошельке остаются», – в такие моменты думала Маша, но в трубку этого никогда не говорила.
Но однажды Маша решила всё-таки попробовать поговорить со свекровью напрямую.
– Галина Ивановна, может, вы Саше скажете, чтобы он вам деньги не носил? У вас же пенсия хорошая. А то сам он совестливый, не может не помогать родителям.
– Маша, ты молодая, тебе не понять, – ответила та. – Родители всегда будут нуждаться в поддержке детей. Так принято.
– А дети? – не выдержала Маша. – Дети тоже нуждаются в поддержке.
– Дети вырастут, – философски заметила свекровь. – А родители уже не молодеют.
После этого разговора Маша поняла, что надежды на адекватность свёкров мало. Саша продолжал носить деньги родителям, а дома экономили на всём.
Соседка по лестничной площадке, тётя Лида, как-то раз увидела, как Саша идёт с пакетом к родителям.
– Ой, Сашенька, опять к маме с папой? – спросила она.
– Да, Лидия Петровна, – вздохнул он.
– Молодец какой, – одобрительно кивнула та. – А то сейчас молодёжь только о себе думает.
Маша шла следом за мужем и услышала этот разговор и чуть не рассмеялась. Молодёжь, значит. Интересно, если бы молодёжь думала только о себе, может, и жила бы лучше?
Вечером Маша снова завела разговор с мужем.
– Саша, может, хватит уже? Мы и так еле сводим концы с концами. Ты хоть понимаешь, что твои родители не бедствуют?
– Маша, ну ты же знаешь, я не могу иначе, – уныло ответил он.
– А я могу? – спросила она, но ответа не получила.
Шли месяцы. Денег становилось всё меньше. Ваня так быстро вырастал из всех своих ползунков, а новые купить было не на что, деньги уходили на аренду квартиры, коммуналку и самые дешёвые продукты. Маша пыталась устроиться на работу, но с маленьким ребёнком это оказалось не так просто.
Свёкры продолжали принимать помощь, не моргнув глазом. Свёкр даже купил себе новый мобильный телефон, потому что «старый уже несовременный». Маша чуть не подавилась чаем, когда услышала это от Саши.
– Ты слышал? – спросила она. – У нас денег нет на новые вещи для ребёнка, а твой отец телефон меняет.
– Маша, ну что ты, – начал было Саша, но она его перебила.
– Всё, я больше не могу. Помогай им, сколько хочешь, только знай – я больше не собираюсь экономить на себе и сыне ради чужого комфорта.
Саша промолчал, а Маша впервые за долгое время почувствовала злость, которую уже не могла скрывать.
Вечером она долго не могла уснуть. В голове крутились мысли: почему так? Почему муж считает своим долгом помогать родителям, у которых и так всё есть, а о своей семье думает в последнюю очередь? Почему свёкры не могут сказать – хватит, сынок, у тебя своя семья, живи для себя?
Ответа не было. Только усталость и ощущение, что её жизнь проходит мимо, пока она считает копейки и спорит с мужем о том, кому нужнее его зарплата.
Маша уже не верила, что её муж когда-нибудь поймёт, что семья – это не только те, кто дал тебе жизнь, но и те, с кем ты эту жизнь строишь.