Начало 30-х годов 20-го века. Работники промкомбината города Алапаевска собрались около здания конторы и снялись по случаю очередного праздника.
Эту фотографию мой отец впервые увидел в 70-е годы в доме жительницы деревни Алапаихи. У многих участников фото были «выколоты» глаза, в том числе у Петра Сергеевича Елфимова и его брата Ивана Сергеевича. Так в сталинские времена поступали многие, желая сохранить групповые снимки, на которых запечатлены их близкие родственники. «Выколотые» глаза показывали отношение хозяина фотографии к «врагам народа». Тем самым люди старались обезопасить себя, чтобы никто не подумал, что они с сочувствием относятся к «контре». Большое количество «ослепленных» на фото подсказывало, что это жители деревни Алапаихи.
В 80-е годы моему отцу, Александру Петровичу Елфимову, подарили неиспорченную фотографию. Так впервые за 50 лет он увидел лицо своего отца, Петра Сергеевича Елфимова, которого в последний раз видел 11 февраля 1938 года. В тот день на глазах трехлетнего ребенка навсегда уводили его отца.
«Большой террор» 1937-1938 годов сурово прошелся по деревне Алапаихе. По воспоминаниям нашей землячки Анны Максимовны Елфимовой, урожденной Подкорытовой, первый муж которой Иван Иванович Подкорытов погиб еще в финскую войну, в деревне Алапаихе репрессиям подвергли 37 человек. Если сравнить с погибшими в Великую Отечественную войну (на деревенском памятнике значится 107 человек за 4 года войны), то трагедии сопоставимы. Чтобы понять, почему так жестоко обошлись с жителями деревни Алапаихи, следует вспомнить недавнюю историю нашей деревни.
Гаврила Иванович Кабаков (1851-1918), депутат 2-й Государственной Думы 1907 года в интервью журналу «Русское богатство» с гордостью говорил: «деревня Алапаиха – геройская деревня. Недаром соседи ее так и называют: Орлиное гнездо…». О роли деревни в революционных событиях в Алапаевске в 1905-1907 годах в письмах владельцам главноуправляющий Алапаевскими заводами Грум-Гржимайло В.Е. часто писал: «все бы ничего, да жители деревни бомбистов - Алапаихи все портят». После вступления Гаврилы Кабакова, признанного вожака деревни Алапаихи, в партию эсеров (социалистов-революционеров) вся деревня стала проэсеровской.
В 1917 году партия эсеров раскололась на правых и левых эсеров. Более революционные левые эсеры после октябрьских событий стали союзниками большевиков и вошли в состав коалиционного революционного правительства во главе с В.И. Лениным. Жители деревни Алапаихи поголовно были сторонниками левых эсеров. Когда в конце 1917-го года состоялись выборы в Учредительное собрание страны, депутатом от Алапаевского округа был избран левый эсер, житель деревни Алапаихи Флегонт Гаврилович Кабаков (1881-1918) (Гавриле Ивановичу Кабакову он приходился двоюродным племянником). За большевиков по стране проголосовало чуть больше 20% избирателей, и они поспешили разогнать Учредительное собрание в первый день его работы. Роспуск Учредительного собрания сделал гражданскую войну в России неизбежной.
В начале гражданской войны красногвардейские революционные отряды зачастую создавались по партийному принципу. Крестьяне деревни Алапаихи вступали в левоэсеровский красногвардейской отряд, сражавшийся в составе Красной Армии. Его комиссаром был левый эсер Флегонт Гаврилович Кабаков. После подписания «похабного» (по словам Ленина), но необходимого большевикам Брестского мира с Германией, левые эсеры в Москве в начале июля подняли вооруженное восстание против большевиков. В это же время в красногвардейском отряде деревни Алапаихи под Копалухой стали происходить странные вещи: бойцы отряда разбегались малыми группами.
В Леневке и Глинском был выставлен заградотряд матросов Красной Балтики. Они поймали несколько человек и на месте их расстреляли. Большая часть бежавших успешно добралась до окрестных лесов деревни Алапаихи, где стоял Шадринский отряд с целью отлова дезертиров. На допросе в 1938 году Петр Сергеевич Елфимов сказал, что из Красной Армии дезертировал по совету комиссара Флегонта Гавриловича Кабакова.
Когда 28 сентября 1918 года белые заняли Алапаевск, дезертировавшие красноармейцы явились к ним с повинной. Петр Сергеевич Елфимов 13 дней сидел под арестом. Белые устроили суд, основным наказанием была порка. По воспоминаниям моей бабушки Кабаковой Парасковьи Семеновны, ее брата Якова Семеновича Кабакова выпороли так, что очень долго было неясно, выживет ли он.
Из бывших красноармейцев сформировали отряд под командованием коменданта Алапаевска Белоусова Н.И. Так как подпольные отряды красных были ликвидированы вскоре после прихода белых, отряд от безделья быстро разлагался, в нем царило поголовное пьянство, поэтому он был расформирован.
В июле 1919 года жители деревни Алапаихи, включая и тех, кто год назад дезертировал из Красной Армии, подняли вооруженное восстание и за 3 дня до прихода Красной Армии выбили белых из города. Так Петр Сергеевич Елфимов снова оказался в рядах Красной Армии.
20-е годы прошлого столетия – время НЭПа (новой экономической политики Советского государства). НЭП позволил быстро восстановить экономику, разрушенную гражданской войной. Возможно, это был самый лучший период в истории нашей страны в первой половине 20-го века. На смену НЭПу в 30-е годы пришло мрачное время, апофеозом которого стали годы «большого террора» 1937-1938 годов.
В эти же годы в деревне Алапаихе произошла трагическая история, которая надолго запомнилась землякам. В доме, нынешний адрес ул. Советская №128, жила зажиточная вдова Александра Афанасьевна Третьякова. В то время, когда произошла эта история, у нее проживали квартирантки, студентки городского техникума. От соседей они узнали причину благополучия хозяйки. Говорили, что муж Александры Афанасьевны еще до революции, возвращаясь с Ирбитской ярмарки, обнаружил в купленных валенках заначку торговца валенок, кубышку с золотыми царскими червонцами. Девушки решили любой ценой завладеть этими ценностями.
В тот злополучный зимний день на огонек к ним зашли молодые люди. Яков Спиридонович, один из них, тогда еще холостой, вспоминал. Встретили их песнями, плясками, щедро угощали вином. Время от времени из соседней комнаты раздавались стоны. Девушки сказали, что хозяйка ходила в баню, немного угорела и просила ее не беспокоить. Под предлогом, что хозяйке нездоровится, постарались выпроводить побыстрее гостей. На следующий день в лесу, за рекой было найдено тело Александры Афанасьевны. Милиция арестовала девиц и они во всем сознались.
В годы НЭПа Петр Сергеевич Елфимов имел дом, лошадь, корову, 3 десятины земли. Сначала работал на руднике, потом с братом Иваном Сергеевичем на реке Нейве мыли золото и сдавали его государству. За это они имели возможность отовариваться в Торгсине (аналог магазина «Березка» в брежневские времена). В начале 30-х годов работал в промкомбинате, где и был снят на групповое фото предприятия. 11 февраля 1938 года был арестован и приговорен к расстрелу за то, что в 1917 году на выборах в Учредительное собрание голосовал за эсеров и «...за подготовку вооруженного восстания. Оружие приобрести не успел - вовремя был арестован. На работе портил сани и сбрую» - записано в материалах допроса. Расстрелян 9 марта 1938 года. В 1956 году полностью оправдан «из-за отсутствия состава преступления».
Фотография 30-х годов – интереснейший документ той эпохи. Чем дольше вглядываешься в лица участников снимка, тем лучше ощущаешь то время; и возникает щемящее чувство печали от понимания, что век многих собравшихся был таким коротким.
Елфимов И.А.