Давненько я не брал в руки шашек… да и к чему? Я не гружу читателей лакомыми статейками про смерть от рака во всех подробностях, не слежу за альковными подвигами сомнительных селебрити, да и кулинарных рецептов я знаю мало… Мне уже не интересно привлекать внимание читателей скабрезными подробностями из жизни императоров и королей, и мне претит писать гадости об умерших артистах, которых знала лично…а с остальным контентом в дзене и делать нечего.
Однако, не говори слово «никогда», обязательно ошибешься.
Между двумя сериалами о майоре Черкасове, пришлось мне посмотреть сериал 1 канала Противостояние, благо шедевр уже доступен полностью.
И, побожившись не сравнивать две совершенно разные работы, приступила к просмотру. И сразу убедилась, что дорога в ад, как говорится, вымощена благими намерениями.
Удивительное - рядом. На первой же минуте просмотра глаз резанул титр - «идея Константина Эрнста». О как. Пред моим внутренним оком как наяву явилась картина невероятного озарения орденоносного «продюссэра» - а не снять ли под моим руководством новую версию повести Семенова Противостояние? Не ну а чё, эфир заполним, бюджет освоим, год семьи оптичим. Пазл быстренько и сложился.
Но есть нюансы.
Главная неприятность - предыдущая экранизация 1985 года, шестисерийный фильм замечательного Семена Арановича, режиссера, успешного как в художественном, так и в документальном кино, благодаря чему в сериале получился потрясающий диалог социалистической современности и псевдохроники военных лет.
Еще одна сверх успешная составляющая первой экранизации - актерский состав. Ленфильм в хорошем смысле навязал режиссеру потрясающего Олега Басилашвили, натянутого, как струна, стрёмного, как гончая в стойке. Несомненное попадание в образ полковника Костенко, мужественного, цельного, алертного, немногословного, полностью сосредоточенного на охоте на нелюдя - фашиста. Басилашвили полностью затмил несколько легковесного и слишком романтичного Ланового, игравшего полковника Костенко в экранизации двух первых книг трилогии - Петровка, 38 и Огарева, 6.
Юлиан Семенов одолжил режиссеру свою младшую дочь, сыгравшую влюбленную в героя Басилашвили юную журналистку Киру. Андрей Краско исполнил песню Высоцкого в сцене в клубе. Юного Гришу Милинко сыграл будущий майор Черкасов - Андрей Смоляков. Знаменитый Котэ Махарадзе показался в сценах на юге. И уж совсем фантастика - любящую своего ученика Колю Кротова учительницу сыграла запоминающаяся Анна, младшая сестра легендарной Ленинградской блокадной поэтессы Ольги Берггольц.
Одна из главных актерских удач фильма - Андрей Болтнев. Открытый режиссером Германом, уже разменявший пятый десяток Болтнев, сумел перевоплотиться не просто в уголовного маньяка, но в предателя родины. После его страшного взгляда в черно-белых кадрах было страшно выходить ночью в коридор.
Первоначально сериал Арановича был восьмисерийным, но худсовет, выдав фильму более 400 замечаний, потребовал доработки. Фильм лишился лирики, потерял две серии, но стал более динамичным. И в нем было главное - жёсткое противостояние страшного маньяка - фашиста и легендарного советского следователя.
Несмотря на ужасающий образ главного отрицательного героя, фильм Арановича по советски гуманистичен - потрясающая Наталья Сайко в роли Петровой, в отличие от книги, не подельница, а несчастная спутница маньяка. Крупный план её бездонных глаз, полных ужаса от того, что узнала о Кротове, незабываем.
Никакого захвата самолета, как в книге, у Арановича нет, но финальная сцена очень сильна в сопровождении органичной музыки.
Выдающийся режиссер, выдающиеся артисты, великолепная музыка, потрясающий сценарий, где каждая сцена держит высокое напряжение, такой фильм надо постараться превзойти.
Увы, попытка создать новую экранизацию заключительной книги трилогии про Костенко провалилась и превзошла предыдущую разве что числом серий, их 8.
По-моему, новый сериал - это катастрофа по всем фронтам. Сырой и нудный сценарий ведет себя как нахлебник и постоянно требует отсылки к первому фильму. Режиссер среднего уровня одаренности вроде пытается снять то, что написано сценаристами, но делает это, как бы скучая. Видимо, именно вина режиссера в полном непонимании актерами своей задачи. Вдовиченков в роли Костенко вял, скучен, утомлен работой, и в угоду текущей идеологии, вынужден отрабатывать идеологическую повестку Года крепкой российской семьи. Почти в каждом кадре снулый Костенко пишет жене покаянные письма с вескими аргументами против развода, а его вчера ещё несовершеннолетняя дочь стремительно собирается создать крепкую советскую семью и родить много советских детей. То же самое стараются сделать Костя, в предыдущем фильме бывший Ревазом, и журналистка Кира, в повести влюбленная в Костенко. Скрепы отработаны в полном объеме, даже с перебором до оскомины.
Справедливости ради стоит признать, что Вдовиченков прочно стоит на скользкой дорожке работы со слабыми, если не сказать, бездарными режиссерами. Его оглушительный провал в недавнем Онегине режиссера- квнщика Андреасяна, оказывается, был еще не дном. Но долго ждать не пришлось, и вот артист Вдовиченков уже прочно завял в хорошо оплачиваемом иле проходных сериалов..
Неясная режиссерская концепция угробила и второй ключевой образ. Кротов в исполнении, вернее, в иллюстрации, потому что не сыграно почти ничего, Гуськова сер, плосок, совершенно не страшен. Странное преображение крайне жестокого и беспринципного молодого Коли Кротова в исполнении Аверина, страшного маньячной усмешкой, в оплывшего ватного Гуськова, поистине странен. С годами жестокость и ненависть к советам должна бы усилиться, Кротов должен бы сублимироваться в чудовище, а он превращается в заурядного алчного уголовника, описанного Семеновым в повести, где не было ни предательства, ни убийства своих, ни разведшколы. Но если линия с фашистами, заимствованная у Арановича, сохранилась и в новом сериале, упустить её, допустив деградацию образа садиста и предателя Родины в тривиального уголовника, было равносильно провалу.
О других актерах мне сказать нечего - они никакие, у них нет ни характеров, ни внешности, ни истории. И это несмотря на то, что седьмая серия полностью состоит из повтора предыдущих сцен. Целая серия! Видимо, режиссер в погоне за эфирным хронометражем, не стал напрягаться и раскрывать характеры персонажей. Нафиг?
В числе неудач саундтрек картины. Бесконечные повторы популярных песен тех лет, но ни одной оригинальной ноты, написанной к сериалу. Или музыка так уныла, что её не заметно?
Диву даюсь на бытовые подробности сериала. Сплошные нелепости: Кротов в 60-х годах покупает билет на круиз в Стамбул у киоскерши на пристани, запросто вынимая из кармана 500 рэ. Авторам и невдомек, что в те годы путевки в круизы продавали лишь передовым или блатным людям после долгого стояния в очереди, а потом были долгие проверки парткома, райкома. А потом счастливец кроме долларов по 54 копейки получал две визы - выездную и въездную. Интересно, смог бы Кротов шлепнуть их в свой липовый загранпаспорт?
А сцена с очередью отъезжающих в круиз советских женщин! В одинаковых ситцевых халатах они дружно едут представлять великую державу в капстрану? Выглядят также нелепо, как глубоко нейлоновые чулки фрау Пикиданс в военном 1944 году.
Наличие отсутствия редактора подтверждает также благословЛение, которое дает отец Костенко дочери. Вспоминается давний фильм великого режиссера Сидорова Бригада с тем же героем - гений чиста красоты…
А эпичное появление в финальной эклоге писателя со словами - Семенов, писатель из Москвы! Хочу написать повесть про ваше дело!
На минутку, премьера Семнадцати мгновений прошла в 1974, и их автора уже знала в лицо вся страна.
Ну и что же в итоге? Опять на ум идет цитата из великого кино - денежки освоены, забудьте!
Не сомневаюсь, что очередную нетленку по идее Эрнста забудут еще быстрей, чем двухмиллиардный Вызов. Спасибо, без Пересильд обошлось.