Люди ссорились всегда – поводов множество: танцевал с невестой приятеля – готовьте пистолеты (Ленский и Онегин). Или больно толкнул в раненое плечо – извольте вашу шпагу (Атос и д’Артаньян), или Васисуалий Лоханкие и соседи по коммуналке – и получите розги от разгневанных квартиросъёмщиков. Герои Джека Лондона и О. Генри разрешают конфликтные ситуации боксом, кольтом или винчестером, но только в советской стране бытовые, соседские ссоры и скандалы разрешались с использованием идеологии. Прекрасный пример этого мы находим в неоконченном романе М.А. Шолохова «Они сражались за Родину»:
Вот у рыбацкого костра старик-овчар с «наивной» простотой рассказывает, как изменилась жизнь и отношения людей в колхозе:
–К примеру, залезет Иванова свинья к соседу Петру в огород, нашкодит там, а Петро – нет чтобы добром договориться, вот как мы с тобой, – берет карандаш, слюнявит его и пишет в ГПУ заявление на Ивана: так, мол, и так, Иван, мой сосед, в белых служил и измывался над красноармейскими семьями. Глядишь, а он уже через месяц в Сибири прохлаждается.
Брат Ивана на Петра пишет, что он, мол, сам в карателях был и такое учинял, что и рассказать страшно! Берут и этого. А на брата уже карандаш слюнявит родственник Петра. Таким манером сами себя пересажали. Теперь в народе моих хуторян «карандашниками» зовут. Раньше, бывало, за обиду один другому морду набьет, на том и вся политика кончится. Теперь – по-новому.
А в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита» Алоизий Могарыч, чтобы получить приглянувшийся подвальчик Мастера, пишет донос, что тот хранит запрещённую литературу! И получает подвал!
Политический донос как средство победы в конфликте!
Не повторяется ли подобное в ситуации, возникшей в кабинете педиатра Надежды Фёдоровны Буяновой, когда женщина привела на приём семилетнего сына, получила от доктора замечание – ребёнок вдруг стал играть на приёме с мылом и раковиной умывальника, а мать выбежала из кабинета, нашла зав. отделением и потребовала «принять меры», потому что доктор оскорбляет погибшего на СВО мужа и клевещет...
Дальше было заявление в Следственный комитет, в отношении Буяновой было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 207.3 УК РФ о публичном распространении заведомо ложной информации о ВС РФ (до пяти лет лишения свободы), затем обвинение ужесточено, дело переквалифицировали по ч. 2 ст. 207.3 УК РФ. По этой статье врачу грозит до десяти лет заключения.
С 26 апреля Надежда Фёдоровна Буянова находится в следственном изоляторе.
13 июня состоялось первое судебное заседание, на котором были зачитаны показания сына заявительницы Акиньшиной: мальчик подтвердил, что «врач сказала маме, что папа был законной целью Украины, Россия – страна-агрессор и что Россия убивала мирных жителей на Украине».
Да, люди ссорились всегда. Из всех способов отомстить обидчику или утопить оппонента политическое обвинение – это один из самых напрашивающихся путей, тем более что государство в лице суда, прокуратуры, СК готово поддержать «сообщения граждан».
В комментах мнения разделились. Одни искренне считают, что женщина, родившаяся во Львове, там учившаяся, ездившая потом туда дважды (как написал один из авторов коммента, «как же, на повышение квалификации!»), конечно же, скрытый враг России (далее сохраняется правописание авторов комментов):
– Язык не надо распускать на рабочем месте, тем более с Донбасса, работу предоставили, жильё предоставили, служебное, могла бы обои там переклеить!!! А всё язык распускают...
– Насчёт мальчика не знаю. Но видео с этой докторшей видел. Она твердила что всё неправда, но видно было что врёт.
– Почему подчёркивают педиатр, и ни слова о законсервированном спящем в Минздраве и только ошибка шпиона разоблачила его , не смогла сдержать эмоции при ребёнке!
– А кто просил этого педиатра что то говорить? Думаешь ты себе там, вот и думай молча.
– Таких, как Буянова, полно понаехало в страну. Пусть посидит подумает. И возвращается потом во Львов. Верю маме мальчика.
– Пусть посидит подумает, что говорить. А то приехала с Украины и ещё умничает.
И вывод делают сами авторы комментов:
– Опять либералы лгут, вешают эмоционально окрашенные ярлыки.
– Это не донос, это законное обращение потерпевшей в органы власти
– Желаю педиаторше пуд соли каждый месяц в качестве передачки.
– Что вы защищается эту втершуюся в Россию бандеровку? Её срок 10 лет строгая с конфискации. Там ей самое место. И сколько их таких ещё по всей России?
Анастасия Акиньшина
Очень многие поражены, что главный свидетель обвинения – ребёнок:
– Не верю, совсем не верю. Мальчик сказал то, что ему велели сказать. И если мальчик в семь лет не умеет себя вести, то это не стресс, а плохое воспитание
– играя мылом в раковине, снимал стресс. Бедное невоспитанное семилетнее дитя...
– да, для ребёнка стресс, когда его мама крутится на шесте, папы давно не видел, а дома живет чужой дядя – «наш папа»
– А я часто вижу «яжематерей», которым все должны. И не исключаю, что наврала. А женщина на пенсии работала, лечила детей, затыкала собой кадровый голод. 69 лет.
– В школе мальчики, совсем не слышат, что им говорит учитель и все забывают, а тут такой одаренный мальчик – всё повторил слов в слово
– Ребенок 7 лет вот прямо помнил события 31 января, точное время и даже трехзначный номер кабинета??? И воспроизвел дословно диалог матери и врача? Чудны дела твои, Господи, и уникальна память «свидетеля».
Другие, прочитав статью, словно примерили на себя ситуацию и откровенно испытали очень сложное чувство, которое выразил один из комментов:
– Совершенно очевидно, что судят невиновного человека. Но проблема глубже. Никто не может быть уверен, что завтра по лживому доносу какого-то отморозка его не посадят. И совершенно неважно, что ты будешь говорить в свое оправдание. Уже вышли на охоту.
– Меня раздражает сосед по участку. Если я напишу на него подобный донос- его ведь должны осудить? Ведь теперь не надо доказывать вину, достаточно тыкнуть пальцем! А насочинять я сумею!
– Вод ведь как хорошо. Не понравился врач ( учитель, водитель, парикмахер) - наговорил на него, что в головушку пришло – и избавился от вражины!
– И правоохранительным органам польза - можно раскрывать кучу дел, не напрягаясь!
– Кто то благодарность в приказе получит за поимку вражеского агента, а пожилая женщина пойдет умирать в зону за недоказанные слова. показания семилетнего ребенка – не серьезно.
– Пугает полная беззащитность перед любой клеветой, особенно если обвинят в непонимании «политики партии и правительства» вот так пропадёшь и никто не заступится.
Ещё одним чувством, которое испытывают люди, стало недоумение, непонимание:
– А Сердюкова признали невиновным , он - друг нашей страны , а пожилой врач – враг
– За убийство человека 7 лет, за слова 10... Да еще и были ли слова... Время абсурда.
– Васильева за воровство миллиардов из МО сидела под домашним арестом 2.5 года а врача как особо опасного преступника держат в СИЗО, а все доказательства только на словах и видео из коридора в котором ничего не слышно и за это в самой демократичной стране мира грозит 10 лет, здравствуй 37 год, не думал в свободных 90х что доживу до второго 37 года
– А вы как юрист с прекрасной квалификацией как считаете, это адекватное наказание семь лет за СЛОВА, произнесенные даже не в общественном пространстве, а с глазу на глаз с нервной женщиной, которая, не исключено, сама спровоцировала на скандал?
– Сказала она или нет, это дело следствия, но что она в 67 лет, за такой проступок в СИЗО делает? Ума не приложу. Окажет давление на следствие? Вот где дурдом. Я думаю подписка в таких случаях, «за глаза».
– Разобраться с воровством чиновников, засилием мигрантов – так темный лес, Васильеву с Сердюковым за их преступления так и не посадили, а простого врача, без доказательств практически, можно сажать – заступиться некому...
И ещё одна тема отчётливо звучит в комментах: не только беззащитность человека перед «политическим оговором», но и непонимание: почему органы правопорядка занимаются такими откровенными сплетнями, подозрениями, «сигналами бдительных граждан» – больше суду, прокуратуре, Следственному комитету, полиции нечего делать, все проблемы решены?
– Все это только доказывает, что в стране творится беспредел и дальше, к сожалению, будет только хуже!!!
На суде несколько раз прозвучала фраза: «Она говорила, что наш папа – законная цель для Украины!» Это воспринималось Акиньшиной (кажется, и судом тоже) как невероятное оскорбление!
А между тем Протокол I к Женевским конвенциям, ст. 52, предусматривает защиту гражданских объектов и выделяет законную военную цель – объект, сооружение, физическое или юридическое лицо, которое считается допустимой целью для нападения в соответствии с законами войны. Доктор это положение знала – это вывело из равновесия Акиньшину и стало основой для «заявления».
Суд в Москве уже состоялся и приговорил 68-летнюю врача-педиатра Надежду Буянову к 5,5 года колонии по делу о фейках о ВС РФ. В своем последнем слове женщина в очередной раз заявила, что невиновна, и подчеркнула, что пожаловавшаяся на нее Анастасия Акиньшина несколько раз меняла свои показания.
Изначально прокурор просил для нее шесть лет колонии.
Адвокат Оскар Черджиев охарактеризовал приговор своей подзащитной «ужасным по своей несправедливости и незаконности».
«Естественно, мы его будем обжаловать. Текст приговора нам неизвестен, и мотивировка. Как получим, внимательно изучим и подадим жалобу в течение 15 суток».
Защитник также настаивает на том, что в деле педиатра нет никаких доказательств, кроме показаний Акиньшиной, в том числе отсутствует аудиозапись осмотра из кабинета – только слова мальчика.
Сама Акиньшина сначала утверждала, что в момент разговора ребенка в кабинете не было, и ее показания были закреплены на очной ставке. Однако потом женщина изменила свой рассказ.
Какой можно сделать вывод?
Соблазн представить свой личный конфликт как часть общей борьбы, свое частное дело как часть дела национального, своих обидчиков как врагов Родины может быть настолько сильным, что люди могут делать это практически на автомате, сразу же, без долгого обдумывания.
Но такие обвинения ни в коем случае не должны становиться удобным инструментом. Люди остро переживают боевые действия – даже те, кто наблюдает их в интернете, находясь в полной безопасности. А те, кто лично сражался, потерял близких или терпел лишения, могут особенно резко реагировать на пренебрежение и несправедливость – или то, что они так воспринимают.
Конечно, их нельзя в этом укорять. Люди, которые перенесли так много, заслуживают нашего понимания и сострадания. Но одно дело с пониманием относиться к эмоциям людей, другое – подчинять закон этим эмоциям. Одна из целей закона – как раз избежать эмоциональных решений. Проявлять уважение и сочувствие к семьям погибших воинов и ко всем, кто так или иначе пострадал в последние годы – наш гражданский и человеческий долг. Но закон и особенно презумпция невиновности – это то, что особенно стоит беречь в эти трудные и опасные времена.
Подвёл итог Михаил Виноградов, президент фонда «Петербургская политика»:
– Похоже, что управленческой системе никто не решается сказать ни «да», ни «нет». Сказать «да, репрессируйте» сложно и потому, что обвинение выглядит вполне абсурдно, более того, речь идет не о публичном каком-то разговоре, а о частном.
– Сказать «нет» тоже не решаются, потому что границы запрещенного и разрешенного крайне размыты, двусмысленны, и ты рискуешь, остановив даже абсурдную историю, быть тоже обвиненным непонятно в чем. Поэтому, думаю, отсутствие внятной воли вернуть ситуацию в правовое поле и порождает риски манипуляций, таких подвешенных дел, вынести приговоры по которым, казалось бы, нельзя, но и оправдывать невозможно, потому что «система никогда не ошибается».
Система не ошибается, а 68-летняя пенсионерка отправится на зону.
Чтобы другим была наука?