Можно ли выиграть ядерную войну? Куда пропал священный трепет перед оружием Судного дня? И как остановить человечество от последнего разрушительного шага? Сергей Караганов, Дмитрий Тренин и Дмитрий Стефанович – о финальном предупредительном выстреле.
Человечество стало забывать, для чего на самом деле существует ядерное оружие, поэтому функция сдерживания очень ослабла, предупреждает политолог Сергей Караганов. А значит — нельзя исключать, что кнопка все-таки будет нажата.
Сергей Караганов, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике: «Ограниченная ядерная война возможна. И ее можно выиграть. Но это ужасно».
Тактическое ядерное оружие, в отличие от стратегического, то есть оружия Судного дня, — это боеприпасы с небольшими ядерными зарядами, они предназначены для точечных ударов на поле боя. Но на деле четкой границы между этими видами нет.
Сергей Караганов: «Кстати говоря, Владимир Владимирович в одном из своих выступлений сказал, что наши тактические — якобы тактические, на самом деле они оперативно-тактические — боеприпасы имеют мощность 70 килотонн. Напоминаю, что в Хиросиме было 20. Так что 70 килотонн окажут достаточное психологическое воздействие, нежели 1 или 2 килотонны, которые могут быть применены на поле боя».
Политолог напомнил о существовании ядерных минометов, которые «лупят на 5 километров». Но они малоэффективны на поле боя, и в целом такое вооружение не способно остановить войну, считает Караганов, а значит — «разговор о тактическом применении ядерного оружия должен быть запрещен».
Сергей Караганов: «Это тупиковый путь. Мы должны об этом прямо говорить. Мы должны говорить, что если порог перейден, то бить будем сразу серьезно. Не минометами».
Сергею Караганову возражает научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Дмитрий Стефанович. Он считает, что совсем отходить от тактического ядерного оружия нецелесообразно.
Дмитрий Стефанович: «Тактическое ядерное оружие, конечно, в случае разового применения ничего не решает, но если мы говорим о крупномасштабном конфликте России и НАТО, то оно внезапно становится едва ли не единственным средством, например, противоборства на море, где заведомо наш флот уступает количественно, да и качественно тоже».
И что важно, подчеркивает эксперт, это позволит сильно осложнить планирование противнику.
Дмитрий Стефанович: «Одно дело, когда он думает, что есть два корабля, у которых 16 ракет в обычном оснащении. И другое дело, если эти 16 ракет могут быть в ядерном оснащении. Если мы добавляем сюда, что называется, ядерный привкус, то противник вообще может сойти с ума, пытаясь понять, что конкретная единичка может с ним сделать в случае конфликта».
Но все же ядерное оружие сохраняет функцию последнего предупредительного выстрела, напоминает профессор-исследователь ВШЭ, политолог Дмитрий Тренин.
Дмитрий Тренин: «Это крайнее средство, когда все остальное не сработало. Именно поэтому смысл нашей работы в том, чтобы ядерное оружие снова поставить в центр доски — переговорной или военной».
Сергей Караганов: «Мы забыли, что ядерное оружие существует для предотвращения любой войны. Этот священный трепет, некий порог, который мы сами создали. Я действительно считаю, что ядерное оружие — это оружие мира. Это единственное, что сдерживает человечество от самоубийства».
Читайте также интересные статьи из проекта «Инфощит»: