Путь пролегал через пески. Они тянулись волнистыми барханами до самых гор, кромки которых виднелись далеко у линии горизонта и, казалось, совсем не приближались. Там предстояло перемахнуть через хребет, за которым начинались владения бутрийского эмира.
Еще пару дней назад Мунис проходил здесь, возвращаясь домой. Тогда на чистом небе палило солнце. От его жара спасал северный ветерок, трепавший просторную хлопковую рубаху. И Мунис был преисполнен радостью от того, что увидит отца. Сейчас же его мучили горькие мысли, которым подыгрывали гранитного цвета тучи. Несмотря на свою мрачность, они никогда не приносили дождя. Они просто нависали над головой и медленно плыли, уходя за горизонт. В такие моменты в пустыне становилось холодно. Она погружалась в тень.
Мунис услышал еле заметный скрип песчинок. Но воздух был неподвижен. Тучи по-прежнему медленно плыли по небу, нависая над пустыней.
Со стороны друзей доносились голоса. Кер рассказывал, как он пытался замутить шашни с одной из служанок, но та проявила завидную неприступность. Ай и Брахим вставляли язвительные замечания, заставляя Кера сбиваться и оправдываться. В иной ситуации Мунис тоже начал бы подтрунивать над товарищем, но сейчас его мысли были далеко отсюда.
Песчинки затихли. В тревожной тишине раздавались только голоса друзей. Мунис вгляделся в песок под копытами Ушастика. Поземка исчезла. А воздух стал будто резиновым.
– Давайте поторопимся, – сказал Мунис. – Если мы не успеем спрятаться в скалах, нам будет очень худо.
Способность предчувствовать приближение бури Мунис перенял у отца. Он чувствовал ее по малейшим колебаниям воздуха, по незаметному дрожанию песчинок под ногами.
– Ты в этом уверен? – с сомнением в голосе спросил Брахим.
– Интуиция еще ни разу меня не подводила, – сухо ответил Мунис.
Он стеганул верблюда кнутом и вонзил в его бока острые шпоры. Ушастик от неожиданности дернулся и побежал, направляемый рукой Муниса к виднеющимся за дюнами скалам. Верблюды, на которых восседали друзья, потянулись за вожаком.
– Ну и где твоя пресловутая буря? – не унимался Брахим.
Действительно, воздух был по-прежнему неподвижен и тягуч, как кисель.
– Погоди, сейчас начнется, – крикнул, обернувшись Мунис.
Они продолжали двигаться в быстром темпе, то поднимаясь на бархан, то опускаясь. Песок вылетал из-под копыт. Но воздух оставался все таким же плотным. Бока Ушастика вспотели, а у самого Муниса одежда липла к телу, и соленые капли стекали по лбу, застилая глаза.
И без того хмурое небо нахмурилось еще больше. На западе у самого горизонта появилась темная полоска. Она постепенно увеличивалась, превращаясь в черный гребень. Подул ветер. Сначала слабый, а потом все более и более усиливая напор. Он дул со стороны приближающегося гребня, мешая верблюдам переставлять ноги. От такого упругого потока едва удавалось удержаться в седле. Мунис прижался к теплому горбу и сквозь платок наблюдал, как его верный товарищ изо всех сил пытается донести своего наездника до спасительных скал.
Сквозь непрерывный вой ветра слышались крики друзей. Их верблюды бежали где-то рядом, но Мунис постоянно терял их из виду. Песок взмывал вверх и кружился, закрывая собой все вокруг. Темные очертания скал слабо проступали сквозь эту завесу.
Черный гребень тем временем становился все ближе. Он поднимался уже на четверть неба и неминуемо приближался к несчастным путникам. Это была всем известная песчаная волна, которая образуется во время пустынного шторма. Если вовремя от нее не уйти, она может перемолоть в своих объятиях кого угодно. Это, видимо, понимал не только Мунис, но и Ушастик. Сбиваемый боковым ветром, он стремился к скалам. Те были совсем близко. Оставалось пройти самую малость.
Волна приближалась. Она занимала уже почти треть неба. Мунис не слышал друзей, но видел их темные силуэты среди вихрей песка.
Вот уже и первые отроги. До них всего несколько шагов. Ушастик выбился из сил и остановился. Пришлось спрыгнуть на землю и тянуть его за повод. Кер и Ай промчались мимо на своих верблюдах и первыми достигли каменных плит. Долготоп Брахима тоже встал. Брахим как ни пытался его стегать, ничего у него не выходило. Тогда он последовал примеру Муниса и попытался тянуть верблюда за собой.
Ветер свистел и норовил сбить с ног. Поводья врезались в ладони. Мунис уже отчаялся вытянуть Ушастика, как почувствовал под ногами твердую каменистую почву. Еще несколько усилий, и они вместе с верблюдом вырвались из песков и зашли за скалистую стену.
Мунис обернулся. Бедный Брахим тщетно пытался сдвинуть своего Долготопа с места. А волна уже почти нависала над ними.
– Брахим! – что было силы крикнул Мунис. – Бросай! Беги!
Но друг его не слышал. Он продолжал тянуть верблюда.
Вдруг порыв ветра ударил с такой силой, что Брахима подбросило в воздух, оторвало от поводьев и бросило к скалам. Верблюда тоже подхватило. Несколько раз перевернувшись, он завалился на бок. Огромный песчаный гребень навис над ним и обрушился со всей мощью песчаного океана.
Ветер внезапно стих. Волна ушла дальше творить свои беды. Ее гребень убегал на восток вдоль скалистой гряды. А на месте, где совсем недавно был Долготоп, вырос новый бархан.
Отрывок из повести "Тревожный звон песчинок". Полный текст книги вы можете прочитать перейдя переходите по ссылке.
Авторы: Владимир Кривонос, Дмитрий Грачев
#фэнтези #детектив #арабский_мир #почитать