Анна пережила тяжелый развод с мужем, после которого ей не хотелось жить. Она осталась одна, с дочерью подростком, и несколько лет растила её одна.
Теперь в жизни у Анны всё хорошо. Она встретила мужчину своей мечты, и снова влюбилась, а дочь выросла.
Пыль кружилась в солнечном луче, падающем из окна спальни дочери. Анна, вооружившись тряпкой и средством для уборки, методично протирала полки в её комнате.
Типичная субботняя уборка – ничто не предвещало того, что через несколько минут её мир перевернётся с ног на голову.
Внезапно из-под учебника физики за девятый класс выскользнула небольшая тетрадь в потёртой бархатной обложке цвета весеннего неба с надписью “Дневник”. Анна машинально подхватила её, но рука замерла на полпути к стопке. Её дочь Лиза постоянно что то записывала в эту тетрадь перед сном.
"Нет-нет-нет, – пронеслось в голове. – Это личное, нельзя..."
Но пальцы уже развязывали шёлковую ленточку. Аккуратный почерк Лизы – такой знакомый по запискам: "мам, я у Кати" или "ушла на тренировку" – складывался в строчки, от которых у Анны перехватило дыхание.
"...Сегодня он снова улыбнулся мне. Боже, как же у него искрятся глаза, когда он смеётся над моими шутками! Я знаю, что это безумие, но не могу перестать думать о нём. Когда наши руки случайно соприкоснулись, когда он передавал мне соль, меня будто током ударило..."
Анна принялась читать дальше. Похоже у Лизы появился мальчик, это интересно. Однако то, что было написано дальше, повергло Анну в шок.
"...Мама ничего не замечает. Да и с чего бы? Она так счастлива с дядей Серёжей. А я умираю каждый раз, когда вижу, как они целуются. Сергей... даже его имя вызывает дрожь. Знаю, что это неправильно, что он мой отчим, но сердцу не прикажешь... Сегодня я проснулась от его поцелуев, мамы дома не было, я словно побывала в сказке, это был мой первый мужчина..."
У Анны подкосились ноги, и закружилась голова, она упала на кровать дочери. Не может быть! Получается, что в тайне от неё дочь спит с её мужем? Это был какой то кошмар.
– Мам! – голос Лизы с первого этажа заставил Анну вздрогнуть. – Ты где застряла? Мы же в кино собирались! Я уже почти накрасилась.
– Минутку! – крикнула Анна, торопливо запихивая дневник обратно под учебники. Голос предательски дрожал. – Заканчиваю с уборкой!
Спускаясь по лестнице, она старалась придать лицу непринуждённое выражение. Внизу её встретили двое: семнадцатилетняя копия её самой – Лиза, в модных рваных джинсах и обтягивающем топе, и Сергей, её муж. Тот самый, чьё имя теперь горело в её мозгу калёным железом.
– Что-то ты бледная, Анечка – нахмурился Сергей, и его рука привычно легла ей на плечо. – Может, останешься дома? Мы с Лизкой сами сгоняем.
– Да, мам, ты какая-то странная, – подхватила Лиза, и Анна впервые заметила, как дочь смотрит на своего отчима. Как чуть краснеет, когда он говорит. Как нервно теребит прядь волос.
– Нет-нет, – Анна натянуто улыбнулась. – Просто надышалась чистящими средствами. Сейчас проветрюсь – и всё будет о'кей.
"О'кей... – эхом отозвалось в голове. – Ничего уже не будет о'кей..."
Весь фильм Анна просидела между ними как в тумане. Справа – любимая дочь, её гордость, её продолжение. Слева – мужчина, который помог ей вернуться к жизни после болезненного развода. А между ними – пропасть, которая росла с каждой минутой.
"Господи, – думала Анна, механически жуя попкорн, – и что теперь делать? Как жить дальше? И самое главное... Зачем? Больно то как".
Экран мерцал, актёры произносили какие-то фразы, но она не воспринимала ни слова. В голове крутились строчки из дневника, а руки, лежащие на подлокотниках кресла, казались чужими. Чужим казалось всё – её жизнь, её семья, её счастье, которое ещё утром казалось таким прочным.
– Блин, ну и муть! – фыркнула Лиза, когда они вышли из кинотеатра. – Такой банальный сюжет! Типа, любовный треугольник, все страдают... Сплошные сопли с сахаром. Так в жизни не бывает!
Анна почувствовала, как к горлу подкатывает истерический смех. Если бы ты только знала, девочка моя...
– Бывает, Лизок, – тихо произнесла оно. – В жизни ещё и не такое бывает...
День катился к закату, а в голове Анны кружился водоворот мыслей. Как давно это началось? Когда её девочка успела влюбиться в отчима? Как она пропустила этот момент, когда её близкие люди пересекли запретную черту? И главное – что теперь делать с этим знанием? Как с этим жить?
Неделя после находки дневника превратилась для Анны в персональный кошмар. Её атаковали страшные мысли: а чем же занимается Сергей с её дочерью, когда её нет дома? Она, начала подмечать детали, которые раньше казались такими невинными. Каждый взгляд, каждый жест, каждое слово теперь проходили через фильтр новообретенного знания.
– Дядя Серёж, глянь, что у меня с компом, – Лиза, склонившись над ноутбуком, теребила прядь волос – жест, который Анна теперь замечала постоянно. – Опять я не могу курсовую доделать, этот долбаный "Эсель" постоянно зависает.
– Сейчас посмотрим, чем болеет наш пациент, – ответил Сергей.
Он был айтишником до мозга костей, подошёл к столу сел за компьютер, и принялся колдовать.
– Так, что тут у нас? О, классика! Просто макросы слетели. Смотри, ты когда набираешь формулу из разных столбиков...
Анна, делая вид, что читает журнал, наблюдала, как дочь буквально замерла, когда Сергей наклонился над её плечом. Его пальцы летали по клавиатуре, а Лиза едва дышала, казалось её губы пересохли от волнения.
"Господи, как же я была слепа?" – думала Анна, сжимая страницы журнала так, что они хрустели.
– Вуаля! – Сергей выпрямился. – Теперь эта таблица должна работать как швейцарские часы. Кстати, Ань, – он повернулся к жене, – не забудь, у меня завтра важный митинг с американцами по "Зуму". Буду поздно.
– Ага, – механически ответила она, отмечая, как погрустнело лицо дочери.
Вечером того же дня Лиза собиралась на вечеринку. Анна стояла в дверях её комнаты, наблюдая, как дочь прихорашивается перед зеркалом.
– Мам, как думаешь, – Лиза покрутилась перед зеркалом в новом платье, – не слишком вызывающе?
– В самый раз, – улыбнулась Анна, вспоминая себя в семнадцать. – Будешь звездой вечера. В моё время, конечно, такие юбки было стыдно носить, но сейчас другое время. Я не хочу быть таким морализатором как была твоя бабушка. Я понимаю, ты уже очень привлекательная и хочешь внимания от мужского пола. Наверняка уже есть ухажер, а может и не один? Поделись с мамой, доченька.
– Ой, – фыркнула Лиза, – какая там ухажеры... Все с прыщами, а на уме только одно. Мне больше нравятся более взрослые... – Она замолчала, и в этой паузе повисло что-то тяжёлое, несказанное.
– Лиз, – Анна присела на кровать, – ты в последнее время какая-то другая. Может, поговорим? Я приму всё что ты скажешь.
Дочь застыла перед зеркалом, и Анна увидела, как побелели костяшки её пальцев, сжимающих расчёску.
– Всё нормально, мам. Просто... – она запнулась, – просто взрослею, наверное.
"Взрослеешь... – горько подумала Анна. – Слишком быстро и слишком больно".
Ночью Лиза вернулась раньше обычного. Анна услышала, как хлопнула входная дверь, как дочь проскользнула мимо их с Сергеем спальни, сдерживая всхлипывания.
– Лиза? – Анна выскочила в коридор. – Что случилось?
– Ничего! – резко ответила дочь, но голос предательски дрожал. – Просто вечеринка отстойная.
– Эй, – Анна догнала её, обняла за плечи. – Давай чайку? Как в старые добрые?
В кухне, под мягким светом лампы, они сидели как раньше – только мама и дочка, без тени между ними.
– Знаешь, – Лиза крутила в руках чашку, – иногда мне кажется, что я какая-то неправильная. Влюбляюсь не в тех, мечтаю не о том... Там есть парень, Егор. Он хороший, но такой еще ребёнок. Мне с ним не интересно. Только и может рассказывать про свой "Майнкрафт" и "Доту". Не то, что... – Лиза осеклась, и с каким то странным испугом посмотрела на мать.
Анна сразу же заметила этот взгляд. Она почувствовала, как сердце пропустило удар.
– Настоящая любовь, она ближе, чем можно представить, – продолжала Лиза, и эти слова прозвучали как приговор. – И от этого только хуже.
– Лиза... – начала Анна, но дочь уже вскочила.
– Спасибо за чай, мам. Пойду спать.
Анна осталась сидеть на кухне, глядя в пустоту. В голове крутились обрывки фраз из дневника, наложенные на сегодняшние откровения. Она не заметила, как на кухню вошёл Сергей.
– Не спится? – он положил руку ей на плечо, и она едва удержалась, чтобы не вздрогнуть.
– Думаю...
– О чём?
"О том, как ты спишь с моей дочерью. О том, какая же ты двуличная сволочь. О том, что я не знаю, как теперь дальше жить с этим".
– О жизни, – ответила она вслух. – Всё так сложно, Серёж.
– Брось, – он улыбнулся той самой улыбкой, из-за которой она когда-то в него влюбилась. – Прорвёмся!
"Прорвёмся ли?" – подумала Анна, глядя, как он уходит обратно в спальню. Завтра ей предстоял серьёзный разговор с мужем, и она понятия не имела, как его начать, но начать его надо было, больше тянуть нельзя.
Утро началось с телефонного звонка. Анна, не спавшая полночи, схватила трубку как спасательный круг.
– Алло, Анют! – голос бывшего мужа, Павла, звучал непривычно бодро. – Слушай, тут такое дело... У меня отпуск наметился, думал с Лизкой время провести. Махнуть куда-нибудь на море, как в старые добрые. Она же на каникулах?
Анна замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Вот оно. Решение само постучалось в дверь.
– Паш, ты прямо мысли мои читаешь, – её голос дрожал. – Лизе и правда не помешало бы проветриться.
– Что-то случилось? – бывший муж, несмотря на все их разногласия, всегда чувствовал её настроение.
– Потом расскажу. Может быть, – она перевела дыхание. – Когда сможешь её забрать?
– Да хоть завтра! Путёвки уже присмотрел, в Крым сгоняем, как когда-то мы с тобой в молодости. Покажу дочке места, где у нас с тобой всё было...
Закончив разговор, Анна почувствовала странное облегчение. Словно гиря, давившая на плечи, стала чуточку легче. Оставалось самое сложное – разговор с Сергеем.
Она дождалась, пока Лиза уйдёт на занятия по английскому, и решительно вошла в домашний офис мужа. Сергей, уткнувшийся в три монитора разом, увлечённо работал.
– Серёж, нам надо поговорить.
– Секунду, милая, – он быстро дописал строчку кода.
– Я знаю про Лизу, – слова вырвались быстрее, чем она успела их обдумать.
– Что знаешь? – он резко развернулся в кресле, и его лицо стало серьёзным.
– Ты ещё спрашиваешь?! – взорвалась Анна, и швырнула в мужа дневник дочери, который заблаговременно взяла с собой – на, читай! Полюбуйся что она пишет о том, как вы весело проводите время без меня! С кем угодно ожидала, но спать с моей дочерью у меня за спиной... Какой же ты подлец!
– Стоп, Ань подожди! Давай медленно, и всё по порядку: с чего ты взяла, что я спал с Лизой? – сохраняя спокойствие, спросил Сергей.
– Да она в своём дневнике про тебя пишет, открой и почитай! – кричала Анна.
– Где ты взяла её дневник? – спросил Сергей.
– Случайно нашла, когда убиралась в комнате, это не важно, как ты мог изменить мне с моей же дочерью?
– Так, ладно, – Сергей присел рядом c Анной, которая уже захлёбывалась в слезах. – Давай по порядку. Я замечал за Лизкой странные признаки, но я старался держать дистанцию, не давать повода... Поверь, у нас с Лизкой ничего не было.
– Да?! А почему тогда она об этом в дневнике своём пишет?! Ты открой, почитай! – кричала Анна.
Сергей открыл дневник Лизы, и стал читать. Он пробежался глазами по нежным строкам Лизы, и признаниям ему в любви. Наконец добрался до того места, где Лиза писала: “Сегодня я проснулась от его поцелуев, мамы дома не было, я словно побывала в сказке, это был мой первый мужчина..." Сергей прочитал как девушка красочно и в подробностях описывала чем она с ним занималась, пока Анны не было дома, и неожиданно улыбнулся.
– У твоей дочери писательский талант, ей бы женские романы писать – сказал мужчина.
– Ты что издеваешься?! – снова взорвалась Анна.
– А ты до конца прочитала? На, почитай до конца – сказал Сергей, возвращая дневник жене.
Анна принялась читать откровения дочери до конца, и когда она прочитала последнюю строчку, то вздохнула с облегчением, упала на диван, и засмеялась. В конце своих откровений Лиза писала: “Как жаль, что это был всего лишь сон”.
– Я ведь люблю тебя, Ань – сказал Сергей – и Лизу люблю, но как дочь. Только как дочь.
– Правда? – она впервые за разговор посмотрела ему в глаза.
– Правда, – он сел на диван рядом с ней, и взял её за руку. Анна обняла мужа, и положила голову ему на плечо.
– Я отправила Лизу к отцу, пусть отвлечётся, проветрится.
– Может оно и правильно – согласился Сергей.
Анна спрятала дневник дочери туда, где она его нашла, что бы дочь ничего не заподозрила. Вечером, когда Лиза вернулась, Анна уже приготовила речь про внезапную возможность поехать с отцом на море. Но дочь, к её удивлению, согласилась почти без возражений.
Через неделю, разбирая вещи в Лизиной комнате, Анна снова взяла дневник дочери. Последняя запись была сделана накануне отъезда:
"Я уезжаю. Наверное, это к лучшему. Знаешь, дневник, говорят, первая любовь не забывается. Но моя должна. Потому что она неправильная. Мама с дядей Серёжей счастливы, а я просто запуталась. Здесь, в этом доме, в своих чувствах. Папа зовёт на море, в Крым, там они познакомились с мамой, и я еду. Может быть, солёный ветер выдует из головы все эти глупости. Может быть, загорелый спасатель на пляже затмит собой того, кого нельзя любить. А может, я просто повзрослею наконец".
Анна закрыла дневник и подошла к окну. Всё правильно, думала она. Дождь смывает старое, чтобы могло прорасти что-то новое. Может быть, когда Лиза вернётся, они все будут готовы начать с чистого листа.
Снизу раздался голос Сергея:
– Ань, спускайся! Я тут пиццу заказал – твою любимую, с морепродуктами и ананасами!
– Иду! – крикнула она, в последний раз проводя рукой по бархатной обложке дневника.
Жизнь продолжалась. Не такая безоблачная, как раньше, но, может быть, более настоящая. А главное – у них всех было время: у Лизы – чтобы повзрослеть, у Сергея – чтобы доказать свою верность, у Анны – чтобы научиться снова доверять.
"Всё будет хорошо", – подумала она, спускаясь по лестнице. И впервые за последние недели по-настоящему в это поверила.
Читайте ещё больше интересных историй от автора канала ХУРМА РЫЖАЯ | Авторские рассказы и аудиорассказы: