Шаги Реми эхом разносились по узким улицам покинутого города. Он прижимал амулет к груди, его свет едва освещал путь. С каждым шагом тишина вокруг становилась все более угнетающей, словно тени наблюдали за ним из каждой трещины, из каждой пустоты.
Мысли о той женщине, чей голос, казалось, вел его, не давали покоя. Кто она? Почему ее слова так странно отзывались в его сознании? Он вспомнил, как она произнесла: «Истина всегда там, где ее меньше всего ждут». Реми попытался отыскать смысл в этих словах, но в них была лишь загадка, еще одна нить, которая, казалось, вела его в никуда.
Внезапно он остановился. Впереди, прямо посреди улицы, возвышалась фигура. Это была женщина, но ее лицо скрывала плотная вуаль. Она стояла неподвижно, но Реми ощутил тяжелую, почти осязаемую силу, исходящую от нее.
— Ты долго шел сюда, — произнесла она низким, спокойным голосом.
— Кто ты? — Реми сделал шаг вперед, сжимая амулет так крепко, что костяшки побелели.
— Вопрос не в том, кто я, а в том, кто ты.
Ее слова заставили его замереть. Он почувствовал, как амулет в его руке становится горячим, а свет, казалось, усилился. Женщина подняла руку, указывая на дальний конец улицы.
— Твой путь еще не окончен. За этой дверью ты найдешь ответы, но будь осторожен: ответы могут уничтожить того, кто их ищет.
Реми взглянул туда, куда указывала женщина. Он заметил массивную, железную дверь в конце улицы, наполовину заросшую плющом. Она выглядела древней, словно была здесь задолго до самого города.
Когда он снова обернулся, женщины уже не было. Лишь тихий шепот ветра напоминал о ее присутствии. Реми вдохнул глубже, собираясь с духом, и направился к двери. Каждый его шаг сопровождался замиранием сердца, а мысли о том, что ждет за этой преградой, пульсировали в голове.
Подойдя к двери, он заметил, что на ней выгравированы символы, которые казались ему знакомыми, но он не мог вспомнить, где их видел. Амулет в его руке вдруг начал вибрировать, словно откликаясь на эту гравировку.
— Что ж, — пробормотал он себе под нос, проводя рукой по старой металлической поверхности. — Пришло время узнать правду.
Он приложил амулет к центру двери, и свет начал заполнять символы, заставляя их оживать...
Реми почувствовал, как амулет в его руке начал вибрировать все сильнее. Свет наполнил выгравированные символы, и они начали пульсировать, словно сердце этого места пробудилось. Глухой скрежет металла эхом разнесся по улице, когда массивная дверь медленно начала открываться внутрь, выпуская густой поток холодного, мертвенного воздуха.
За дверью раскинулся зал, чьи размеры терялись во тьме. Потолок был столь высок, что его очертания исчезали во мраке, а по бокам стояли колонны, покрытые старыми, едва различимыми изображениями. Реми медленно вошел, его шаги отдавались гулким эхом. Амулет теперь светился настолько ярко, что свет освещал несколько метров вокруг него, но тьма за этим кругом света казалась непробиваемой.
В центре зала находился алтарь. На нем покоился массивный черный куб, его поверхность была гладкой, как зеркало, и казалась совершенно чуждой всему вокруг. Когда Реми подошел ближе, он заметил, что куб отражает не его образ, а нечто иное — силуэт человека с глазами, горящими красным светом.
— Это ловушка, — прошептал Реми себе под нос, инстинктивно отступая.
Но было поздно. Тьма вокруг него сгустилась, и двери за его спиной захлопнулись с громким ударом. Куб начал мерцать, издавая низкий, вибрирующий звук, который словно проникал прямо в разум, заставляя сердце Реми бешено колотиться.
Из тьмы вокруг алтаря начали проступать фигуры. Они двигались медленно, словно только что пробудились от векового сна. Их очертания были расплывчатыми, будто это были не тела, а сгустки ночи, обретшие форму.
— Ты пришел за ответами, — произнес один из силуэтов голосом, который одновременно звучал где-то рядом и в его голове. — Но готов ли ты заплатить цену?
— Кто вы такие? — выкрикнул Реми, стараясь удерживать голос твердым, хотя его сердце стучало от ужаса. — Чего вы хотите?
— Мы — отражение твоих сомнений, — ответил другой силуэт, приближаясь. — Твоего страха. И твоих истинных желаний.
Реми почувствовал, как амулет в его руке разогрелся до предела, словно пытался предупредить его. Но отступать было некуда. Куб начал подниматься над алтарем, вращаясь в воздухе, а тьма вокруг становилась плотнее, обволакивая его, как липкая сеть.
И тогда Реми сделал то, что, возможно, показалось бы безумным. Он поднял амулет над головой и выкрикнул:
— Если это мой страх, то пусть он падет передо мной!
Свет амулета вспыхнул ярче, чем когда-либо. Тьма заколебалась, фигуры отступили на мгновение, но затем куб раскрылся, извергая поток энергии, которая устремилась прямо к Реми…